Саломея

Гвендолин. То,что они сразу не пошли за нами в дом,доказывает,что у них еще сохранилась капля стыда.
Сесили.Они едят лепешки.Это похоже на раскаяние.

Душа есть самое святое в человеке и дарована нам господом богом, чтобы мы достойно владели ею. Нет ничего драгоценнее, чем душа человеческая, и никакие блага земные не могут сравняться с нею. Она стоит всего золота на свете, и ценнее царских рубинов.

Как это ужасно для человека - вдруг узнать, что всю свою жизнь он говорил правду, сущую правду.

- Куда мы после обеда? В театр?

• Нет, ненавижу слушать глупости.
• Ну тогда в клуб.
• Ни за что. Ненавижу болтать глупости.
• Ну тогда к десяти в варьете.
• Не выношу смотреть глупости. Уволь!
• Ну так что же нам делать?
• Ничего.
• Это очень трудное занятия. Но я не против того, чтобы потрудиться, если только это не ради какой-то цели.

Мы давим виноград, но вино пьют другие. Мы сеем хлеб, но пусто у нас на столе. На нас оковы, но их никто не видит; мы рабы, но зовемся свободными.

- Чего же ты хочешь? - спросила Ведьма и подошла к нему ближе.

• Избавиться от своей души,- сказал он. Ведьма побледнела, и стала дрожать, и прикрыла лицо синим плащом.
• Хорошенький мальчик, мой хорошенький мальчик,- пробормотала она,-страшного же ты захотел!

Мисс Призм. Мне очень не нравится мистер Эрнест Уординг. Это абсолютно безнравственный молодой человек.
Сесили. Боюсь, так оно и есть. Это единственное объяснение его непостижимой привлекательности.

Я это хорошо знаю — ты полюбил бы меня, ибо любовь намного загадочнее смерти. Любовь выше смерти.

- Что за шум! Что за дикие звери там воют!

• Это евреи. Они всегда так. Они спорят о своей вере.

Какая же это по-настоящему прочная помолвка, если ее не расторгнуть хоть раз.