Время для мятежника

– Как же я буду переводить? Ведь я не знаю ни единого слова на их языке, да он и вообще неизвестен.
– Ничего, научишься. Ты переводчик – стало быть, переводи.

Одно дело собирать сведения, читая описания и разглядывая фотографии, обманывать себя, будто можно иметь представление о предмете, никогда не видев его воочию, и совсем другое — увидеть этот предмет во всей его полноте и осознать, что между первым и вторым — пропасть.

– Почему?
– Я рад, что вы задали этот вопрос, потому что это центральный вопрос всей проблемы.

Полное отсутствие таланта у него так и не было обнаружено, потому что в тех картинах, где он играл, прежде чем кто — либо успевал его раскусить, начиналась атака индейцев, или на экран врывалось стадо динозавров, или рушились стены Трои, или происходило что-нибудь еще, отвлекающее внимание зрителей.

люди, самые дерзкие из живых существ.

В мозгу Барни мысли завязались в тугой узел и концы их свободно болтались

Он существует потому, что существует, и это вполне достаточное объяснение.

Мы не можем остановить мир и сойти, где хотим, поэтому нужно изучать его законы, чтобы жить в соответствии с ними.

Когда человек знает, что с ним происходит, он не жалуется на лечение. И ему легче, и всем остальным.

Какая глупая потеря человеческих жизней! – сказал Йенс. Он сидел, согнувшись, на песке, держась за живот обеими руками. – Они все были напуганы как дети. Эмоции детей, а тела взрослых мужчин. Вот почему они убивают друг друга.

Ты только что впервые ступил на землю нового мира.
– Ты чокнутый, Барни. Это тот же самый мир, только место называется Винланд.

Раф выглядел так хорошо потому, что его внешность составляла главное содержание его жизни.

Природа раскрывает свои секреты очень неохотно, и открытие может не состояться лишь из-за того, что запятая в десятичной дроби оказалась не на месте.

Всякая ненужная задержка перед битвой подрывает боевой дух войск.

Вам трудно это понять, но, кроме доллара, в мире существует многое другое. Одна страница моих записей ценней всех катушек вашего целлулоидного чудовища, вместе взятых.

Индейцы знают только одно: все белые люди плохи.

Я совершил ужасную вещь, и то, что она может быть оправдана, не делает ее менее ужасной.

...бренди его согрело — единственное тепло в мире холода