Три Дюма

Дюма – дед, Тома-Александр Дюма наполовину гаитянин, жизнь которого достойна сериала. Его отец, маркиз Александр-Антуан Дави де ла Пайетри, в 1760 году сбежал от долгов на Гаити. Одна из чернокожих рабынь стала его наложницей и родила четверых детей. Дети после смерти матери были проданы - ведь они были рабами, Тома-Александр Дюма через четыре года был выкуплен своим же отцом. Смуглый, курчавый, толстогубый и одновременно ловкий, высокий и необычайно сильный. Дальше была армия, где он сначала был драгуном, а закончил свой путь в армии командованием дивизией, а затем и всей западной пиренейской армией. Потом был плен. Попытки отравления мышьяком, немилость Наполеона и нищета. Вот в такой нищете и родился Дюма - отец.

Дюма – отец. С двумя луидорами Дюма - отец в 22-летнем возрасте прибывает в Париж. Любвеобильный, добродушный, фанатически работоспособный (ежедневно из-под его пера выходило порядка 24 000 букв – около 500 строк текста!), кулинарный гурман, зарабатывающий огромные деньги, но не умеющий отказывать любому просящему, любящий роскошную жизнь, закончил свой жизненный путь с двумя луидорами в кармане. Французская революция 1830 года, дружеские отношения с Гарибальди, газета «Мушкетер», замок «Монте-Кристи», путешествия и кулинария – таким он был Дюма -отец. "История — только гвоздь, на который я вешаю свои романы»,- говорил Дюма. Более 500 томов произведений всевозможных жанров - таков итог писательского творчества плодовитого автора.

Дюма – сын, которому тоже пришлось выживать в жестоком мире – бастарду изначально ничего не давалось просто так. Сначала отношения отца и сына были никакими, но со временем установились самые нежные отношения. Дюма- сын полная противоположность своему отцу – и в поведении и в писании. В последние дни Дюма-сын признался: «Когда-то я осуждал своего отца так же горячо, как и любил. И только в глубокой старости я его понял. Тот, в ком течет кипучая кровь Дюма, не способен запретить себе любить!».

Такими они были три Дюма.

Помню, как сейчас: мне лет 5 и я завороженно смотрю "Мушкетеров". Потом: мне 10 и я нахожу в книжном шкафу собрание сочинений Дюма-отца. Черный переплет, и вот они - "Три мушкетера". Я открываю книгу и забываю про сон. Любимая история обрастает подробностями, обретает новые краски, а я как будто прикасаюсь к сокровищу, на которое раньше любовалась издалека.

И вот мне 29 и я принимаюсь за "Три Дюма" Андре Моруа. Мне уже мало увлекательных сюжетов, мне хочется узнать, как они появлялись, и кто за ними стоит. Андре Моруа готов раскрыть все секреты.

Недоверие, с каким обычно берешься за биографию, улетучивается мгновенно: Моруа оперирует документами и фактами. В комментариях педантично разъясняет ошибки других биографов, ссылается на источники. И ты вдруг понимаешь, что перед тобой не просто биография, а обстоятельное скрупулезное исследование. Ведь не зря в заглавии "Три Дюма" - Моруа начинает с фигуры Дюма-деда, чтобы потом протянуть нить наследния через три поколения.

Вот именно в этом главная ценность книги: она не только о жизни двух писателей, но и о природе творчества, которое рождается из кипучей смеси врожденного таланта и приобретенных травм и обид, счастливых случайностей и закономерностей истории, взлетов и падений, потакания спросу и риска пробовать новое.

Чтобы раскрыть каждую из этих граней, Моруа потребовалась не одна сотня страниц, чтобы ввести читателя в курс дела. Описания исторических событий, нескончаемая галерея лиц, события светской жизни начинают утомлять.

Но именно в этот момент начинается магия - вот дама полусвета превращается в Даму с камелиями, вот над морем вздымается скала в форме сахарной головы - остров Монте-Кристо и Дюма-отец решает написать роман в память о путешествии на Эльбу, вот Маке приносит план романа об эпохе Людовика XIII - и ты, затаив дыхание, понимаешь: "Мушкетеры!"

Моруа препарирует литературный процесс: раскапывает корни новых жанров, приоткрывает завесу писательского и театрального закулисья. Вы думали, это только в эпоху айфонов придумали блогеров отправлять в путешествия ради пиара новых туристических направлений? Ха! Дюма так делал до того, как это стало мейнстримом.

Но тут история поворачивается новой гранью и превращается в семейную сагу: сын, выросший в лучах славы отца, одновременно единодушный его страстям и не приемлющий их. Он перенял эстафету отца, но вместе с ней и груз отцовских грехов, который не мог сбросить. И так формируется второй Дюма.

Читала и вспоминала "О водоплавающих", прочитанных в минувшем месяце: живые люди становятся персонажами книг, писатель рождает и формирует писателя, а все они вместе становятся героями третьей истории. И с этого самого момента угол зрения меняется и ты начинаешь все воспринимать по-новому и вот уже хочешь перечитать любимое, и познакомиться с еще нечитанным.

Моруа как будто бы по кирпичикам собирал Вселенную имени Дюма, чтобы если вдруг по нелепой случайности все произведения отца и сына исчезли и лица Земли, у читателей все равно бы остался шанс хоть немного, но познать их творчество. Он одинаково педантичен как в описании сюжетов, так и в фактах. А сама биография тянет одновременно и на энциклопедию истории и нравов 19 века, на очерк истории театра и литературоведческое исследование, на психологический анализ и на семейную сагу. И ведь тут дело не только в таланте биографа, но и в том, как его "предмет исследования" "писал" свою жизнь.

Фердинанд Брюнетьер, который отказывал Дюма-отцу в таланте, тем не менее дал очень точное описани его жизни:

И это счастье для читателя, что благодаря Моруа мы можем насладиться этой историей в мельчайших подробностях.

Замечательная биография не одного, а целых трёх Дюма (два из которых нам хорошо известны). Написана интересно, приятным языком, не приукрашая жизни великих людей, не боясь показать неприглядные стороны, не скупясь на похвалы, когда они этого заслуживают. Жизнь каждого Дюма описана подробно от рождения до старости.
Тома-Александр Дюма Дави де ля Пайетри ( отец всемирно известного писателя Александра Дюма-отца), сын рабыни- мулат, благородный, сильный воин, славился честью и отвагой, получил звание генерала в тридцать лет, воевал с удовольствием, но не всегда сходился во мнениях со своими главнокомандующими. Умер в 40 лет, оставив после себя сына.
Александр Дюма-отец унаследовал огромный рост, богатырскую силу, но быть военным не захотел. Его манил театр, он хотел вершить судьбы и творить. Это был почти великан с негритянскими волосами с проседью, отличался детским простодушием, обладал тщеславием большого ребенка, в котором не было ничего раздражающего, искрился остроумием и был необычайно талантлив. Был очень падок на красивых женщин, имел множество любовниц, незаконнорожденных детей, двоих из которых официально признал. Деньги текли у него сквозь пальцы, 10 раз он становился богачом и 11 раз - разорялся. Был необычайно плодовит в сфере своего творчества:

Александр Дюма-сын внешне походил на отца - такой же могучий и великолепный, с голубыми глазами, но отличался от отца большей сдержанностью и в плане любви и в плане денег. Поль Бурже писал о нём:

Он отличался отвагой и независимостью, никогда не пресмыкался перед высокопоставленными лицами, умел отстоять своё мнение, защитить свои произведения. Написано ним было гораздо меньше чем Дюма-отцом, но это тоже очень известные и горячо любимые нами произведения. И лучшими его пьесами были автобиографические пьесы, прожитые каждой частичкой его души.
Это были великие люди, достойные славы и почестей. Их книги читают и любят миллионы, на них выросли многие поколения и будут помнить вечно.

Эта цитата может смело относиться к каждому из Дюма.
От этой книги получила истинное наслаждение, побольше бы таких биографий.

Андре Моруа - яркий представитель жанра художественной биографии. Его жизнеописание представителей трех поколений рода Дюма - не научное исследование, а увлекательное литературное произведение.

Перед нами три Александра Дюма - дед, отец и сын. Самому старшему отведено меньше всего страниц, да и самого младшего затмевает монументальная фигура Дюма-отца. Человек широкой души, не умевший копить деньги, но тративший их с поистине королевским размахом, щедрый в отношении менее удачливых собратьев по перу и своих многочисленных любовниц, добродушный великан, написавший за свою жизнь несчетное количество строк, среди которых нет ни одной скучной - таким предстает перед читателем автор "Трех мушкетеров" и "Графа Монте-Кристо".

Как пишет Моруа, прочитать все произведения Дюма невозможно, как и написать их. Никогда не было тайной, что свои знаменитые романы Дюма писал не один. Порой он просто собирал своих помощников за столом, рассказывал им сюжет нового романа, а они, разделив между собой на главы, писали его. Окончательную редактуру вносил сам Дюма, поэтому все они носят печать его индивидуальности.

Дюма всю жизнь был окружен женщинами, он не переставал дарить им свою любовь до самой смерти. При этом он не понимал, как можно хранить верность одной женщине, поэтому любовницы сменяли друг друга очень быстро, и их количество, пожалуй, можно сравнить с количеством написанного (или, если хотите, подписанного) им.

Естественно, при таком количестве любовниц у него не могло не быть детей. Старший из них - и есть Александр Дюма-сын. Отец любил его и гордился им, хотя не все и не всегда было в их жизни гладко. Верный своей природной щедрости, Дюма поддерживал его мать и его, когда он был еще ребенком, а после и вовсе решил его усыновить. Но в то время это понималось несколько иначе, и усыновить фактически означало отобрать у матери. Поскольку он был незаконнорожденным ребенком, мать при рождении должна была изъявить желание усыновить собственного ребенка, если хотела оставить его у себя. Она же этого не сделала, и поэтому Дюма не составило труда забрать сына себе. О времена, о нравы!

Сын был противоположностью отцу. Не так плодовит, не так щедр, не так любвеобилен. Он был моралистом, но, надо заметить, в большей степени на словах. Но и он был знаковой фигурой во французской литературе. Недаром Моруа величает отца и сына Александром Первым и Александром Вторым.

Для обоих Дюма важной вехой творчества был театр, но и сами они "разыгрывали на сцене Франции прекраснейшую из драм - свою жизнь".

У всех есть первая любовь. Даже у самого отъявленного скептика и циника. С запретами, слезами, частыми порывами из крайности в крайность, сложностями, лишь разжигающими страсть и прочими прелестями жанра. У меня это был Дюма... Да-да, вот такой вот роман, сквозь века. Впервые мы встретились, когда мне было 12, я едва ли обратила на него внимание, лишь равнодушно скользнув по уже изрядно обветшавшему шершавому переплету, даже не помню в какой именно ипостаси тогда мсье Дюма-отец (ой, ну конечно, отец, сына и деда я впервые встретила лишь сейчас, спустя годы), явился ко мне. Бабушка отерла пыль с обложки, исподлобья взглянула на меня, усмехнулась чему-то своему, особенному и сунула фолиант обратно, в недра гигантской библиотеки. С той поры минуло два года, меня начало интересовать все, что связано с любовью, отношениями, красивыми людьми. Папа периодически чертыхался по этому поводу и "скармливал" мне Гюго, Золя, потом настала очередь Бальзака и... СВЕРШИЛОСЬ. В книжном магазине, куда я зашла в компании подруги, в глаза бросилась яркая иллюстрация в обрамлении красного глянца. Александр Дюма. Уже зная о его существовании по фильму "Три мушкетера", я раскрыла первую страницу, пробежала глазами несколько строк, перевернула до десятой, двадцатой, тридцатой... Не помню как я добралась до библиотеки, но после в моем рюкзаке уютно разместились сразу три упитанных томика сего автора. С той поры и аккурат до совершеннолетия, моя жизнь прошла под эгидой этого великого человека. Мне запрещали его читать, звонили в библиотеку, просили не давать произведения "развратника и пустозвона" (слова папы), я зарабатывала деньги и тратила их на книги этого "бумагомараки" (слова мамы), а когда с отличием закончила школу, на вопрос какой подарок я хочу в день выпускного бала, не задумываясь отчеканила "Полное собрание сочинений Александра Дюма-отца". Родители посмотрели друг на друга, горестно покачали головами и ответили: "Дорогая, у самого Александра Дюма не было и не могло быть такой роскоши".
Подарок я таки получила, куда скромнее, чем желала. А сейчас, к 30 годам, прочитав биографию трех Дюма, узнала какую несбыточную мечту вынашивала все эти годы... Ах, господин Моруа, вы раскрыли мне глаза, благодарю Вас...

Так используем слова одного из знаменитейших персонажей Дюма-отца д'Артаньяна и "Не начнем ли мы?.." песочить биографию достойного семейства великих мужей.

НАЧНЕМ-С...

1. Жизнь между строк или Любите ли Вы Дюма так, как люблю Его я?... Вообще, конечно, неправильно, что анализируя книгу о трех Дюма, слова мои то и дело обращаются лишь к тому, что посередине, но своим рассказом о первой любви, думаю, я вполне объяснила такую необъективность. Однако постараюсь говорить все же обо всех персонажах прочитанного произведения.
Несмотря на то, что книга входит в серию "Жизнь замечательных людей" и вроде как должна бы быть биографией, она скорее био-графична, такой чертеж, набросок черновой, жизни, а не биография. Повествование куда больше и лучше воспринимается как роман. Кстати, о том, что это роман, повествует заглавная надпись, что меня насторожило и озадачило одновременно. Лишь по мере вчитывания в текст, так сказать опытным путем, было установлено, что в самом деле, вгрызаясь в действие сюжета как в описание фактической жизни, запоминая даты, названия, имена людей, географические подробности, читатель рискует заработать себе мигрень и полное отсутствие понимания происходящего, а вот поменяв свое отношение к линии рассказа и смирившись с ситуацией невозможности объять все и вся, наслаждаясь течением мысли автора и отдавшись его логике повествования, можно вполне себе насладиться рисуемой картинкой. Да, между строк чувствуется присутствие колоссального труда Моруа по изучению исторических источников о семействе Дюма, но куда более ощущается любовь и нежность автора по отношению к выбранным персонажам. Вот так читалось куда проще.

2. Дюма-дед, Дюма-отец, Дюма-сын или Атос, Портос, Арамис и все они сплошной д'Артаньян. Очень здорово, ярко, романтически сочно описаны все три исторических фигуры, колосса, военного дела и литературы.
Несмотря на то, что первому отдается лишь страниц сорок-пятьдесят, скорый набросок столь западает в душу, что генерал Дюма, чьей мамой была чернокожая рабыня, а отцом знатный французский дворянин, его горячность, смелость, геркулесова сила и южный темперамент, казалось, гарцует вместе с читателем по всем страницам романа. Пережив так много побед, поражений, не скрывая своих чувств, живя для служения собственным идеалам этот мужчина напомнил мне обожаемого персонажа "Трех мушкетеров", Атоса. Думаю, сам Моруа стремился к этому, ибо не раз подчеркивал позднюю задумчивость, мудрость, опыт генерала. А у кого было больше всего перечисленного, если не у моего любимца их троицы мушкетеров?
Что касается центральной фигуры (очень, кстати, дородной и большой) повествования, Александра Дюма-отца, то тут автор даже ничего не вуалировал, а периодически так и называл своего героя, Портос. Подходит все, от физиологических признаков, мол, хорошего человека должно быть много (а в случае с Дюма, лучше написать, мнооооооооооого), до психологических, темперамент, характер, восприятие информации и ответная реакция.
Александра Дюма-сына окрестила Арамисом я сама, как читатель. Данную параллель так и тянет провести, вновь и вновь вылавливая взглядом такие словосочетания, касаемые великого отпрыска как "меланхолия", "грусть", "морализм на бумаге, аморальность в жизни", "постоянная борьба с собой" и прочее. Да, он не был религиозен, даже просил похоронить себя без отпевания и прочей церковной ритуальщины, но служение долгу, своим идеалам делают персонажа литературы и фактического человека похожими между собой.
Удивительно все-таки, как предугадал Дюма подобную схожесть, придумал и описал на бумаге то, что происходило в далеком прошлом и еще должно было произойти в будущем... Моруа дает очень простой ответ, Дюма-отец никогда ни о чем не задумывался, он просто писал что думал, а в таком случае сложно не отразить, хотя бы в общих чертах жизнь как она есть. В конечном счете, в каждом из нас спит свой д'Артаньян...

• Стиль автора или Рюшечки да завитушки, ах, какой узор...

Красивые аллегории, метафоры, частое использование либо имени собственного, либо местоимения, обозначающего героя, большое количество характеризующих прилагательных, уточняющих и рисующих мельчайшие детали. Приведенная мною цитата не отражает всего того, что сказано под нею, но в полной мере доказывает, автор обращался со своим пером достаточно уверенно;
2) абсолютно не щадя читателя, Моруа сыплет прям-таки гигантским потоком имен, знакомые, друзья, любовницы, актеры, актрисы, режиссеры, покровители, соавторы, просто мимо проходящие зеваки... может для французского уха да глаза все Эжены, Елены, Селестины, Магдалены, Анри, Антуаны и тэ дэ и тэ пэ являются нормой, а мои органы чувств изрядно пострадали от подобного обилия всего на свете.
Помимо всего этого, автор постоянно перескакивает с даты на дату, вновь возвращаясь в прошлое, кузнечиком прыгая в далекое от повествовательного момента будущее, снова залихвацки выныривая двадцатилетие назад... в этом смысле, читать тяжело. Впрочем, язык произведения столь хорош, что простить сей факт не сложно;
3) по всему видно, перелопачено гигантское количество литературы: газетные статьи, очерки, отзывы, личная переписка, мемуары, дневники, хроники, прочее-прочее. На самом-то деле произведение достаточно серьезно подготовлено. Однако автор относится к собственным усилиям совершенно наплевательски, не считает нужным элементарно подписать цитату, кавычки-то вроде есть, а кому принадлежат слова непонятно. Впрочем, даже если он и поставит имя автора, то настолько вскользь и без ремарок, что по мне лучше бы и дальше продолжал "забывать". Это можно объяснить и моей национальностью, возможно во Франции все эти имена не нуждаются в дополнительных объяснениях, и стремлением автора подчеркнуть не-научность своего детища. Во всяком случае, историзм и научность тут явно хромают на обе ноги. Моруа говорит о Дюма, мол, он знал, что как историка его никто не воспримет всерьез, как знать, может этими словами он и себя оправдывал?..
4) произведение не воспринимается как единое целое, то и дело разваливается на глазах на исторические анекдоты, случаи из жизни и литературно-театральные обзоры. Причиной тому может быть и перегрузка именами, фактами, отвлеченными рассуждениями самого Моруа или просто тем, что цель повествования, охватить три поколения не просто Дюма, но и Франции, французской цивилизации, оказалось писателю не по силам;
5) автор то и дело отвлекается на "мораль сей басни такова", собственные размышления о случившемся только что, или собирающемся произойти событии, или, что чаще всего, о характере своих героев. С одной стороны, данный момент хорош, ибо, как я неоднократно повторяла, язык Моруа прекрасен и лишний раз его почитать полезно, но уж очень грубо, однобоко судит психолог-писатель. Отец гулял, потому сын стал моралистом. Избили мальчишки, он стал ненавидеть богатых. Как-то... прямолинейно что ли, не рассуждая. Возможно, автор и прав, не спорю, но хотелось бы все же отследить мысль между "если" и "то", но читателю подобного шанса не предоставляют.
6) симпатия к Дюма, а особенно к Дюма-отцу совершенно не скрывается. Моруа открыто заявляет о величии своего персонажа, но при этом, будто извиняясь, оправдываясь, добавляет объяснение этому факту или утверждение, что Бальзак и Гюго тоже входят в число его фаворитов. Складывается впечатление, что мсье Андрэ боялся порицания от своих пристрастий в литературе;
7) финал произведения безбожно скомкан. Конечно, персонажи умерли, почил отец, за ним сын, я не говорю уж о деде, но Моруа будто не хочет этого признавать. Едва ли описав смерть Дюма-отца, на следующей странице он вновь бросается описывать эпизод из бурной жизнедеятельности любимца. Исчерпав-таки тему, писатель утихомиривает свое повествование до минимума страстей и тихо, спокойно, размеренно, даже скучно заканчивает рассказ о сыне. Возможно, так он еще больше подчеркивает весь динамизм отца и стремление к устойчивости, стабильности, постоянству Александра Второго.

4. Пожелание читателям или Пора-пора-порадуемся на своем веку...

Думаю, что Андрэ Моруа будет существовать безошибочно еще долгое время. И дело не только в том, КТО были героями его романа, а в том КАК он его написал. Читайте и поймете о чем я.

Это очень объемная книга, и не менее интересная! Для меня она стала открытием! Во-первых, я много нового узнала о Дюма, во-вторых, я окуналась во Францию, а в третьих я узнала, что Дюма-старший очень многое писал не сам. А для себя я сделала вывод, что он во многих случаях лишь редактировал и дополнял чужие романы. Ну а то каким он был любовником! Здесь и подавно слов нет. Вот сейчас пишу и думаю, а как бы я..хотела бы я упасть в объятия этого ловеласа...Говорят у него было чудовищное обаяние, а также щедрость, которой можно было лишь позавидовать. Любопытно было узнать и биографию Дюма первого! Бесстрашного безумца, иначе не сказать.
Всем любителям исторических, биографических, французских книг - советую!

В одной из поездок прикупила себе интереснейшую книгу Анрде Моруа "Три Дюма".

История начинается с жизнеописания генерала Дюма, отца Дюма-отца и деда Дюма-сына. Очень люблю хорошо написанные биографии, и Моруа в этом плане один из моих любимых авторов. До этого я уже читала у него о Гюго и Бальзаке, и просто мечтала добраться до биографии с детства любимого создателя приключенческих романов, о котором по сути ничего не знала, кроме того, что он очень плодовит и в своём роде гениален. Ведь именно благодаря Дюма-отцу я в своё время нашла историю довольно увлекательной и не только заинтересовалась ею, но и полюбила со страстью.

А что же можно сказать о самом Дюма-отце? О, это большой ребёнок! Со слабостями и недостатками, которые прощаешь за его непосредственность и добрый нрав. Превосходный рассказчик, фантазёр, хвастливый, влюбчивый, но при этом щедрый, великодушный... Говорят, на него невозможно было долго сердиться. Энергия в нём била через край. Кроме драмы он любил кулинарию и женщин. Совсем как Портос и Арамис, для которых он сам же послужил прототипом.

Но рассказать я хотела не о нём, а о его сыне - полной противоположности своему отцу.

Сдержанный, пожалуй, даже замкнутый, а в иные моменты и мрачный Дюма-сын. У него я читала только "Даму с камелиями", так как писал он преимущественно для театра. Роман изумительный, тонкий, трогательный. Зная, что рассказаная история отчасти биографична, я считала Дюма-сына романтиком, не таким, как его отец - до самой старости имевший склонность к различным авантюрам - скорее поэтическим, может быть даже сентиментальным. Возможно, таким он и был в 20 лет, когда писал свою «Даму с камелиями».
И вдруг передо мной предстаёт строгий моралист, холодный, язвительный. Будучи сам незаконнорождённым, он всю жизнь выступает в защиту соблазнённых и брошенных девушек, одной из которых оказалась его мать. Находясь под влиянием отца и следуя его примеру, Александр прожил бурную молодость, но с годами остепенился. Он делает отцу наставления, будто своему ребёнку, осуждает престарелого родителя, не желающего угомониться, не смотря на почтенный возраст. Дюма-отец и впрямь ведёт далеко не праведный образ жизни до самой смерти, и всё же язык не поворачивается при этом назвать его распутником.
А Дюма-сын меж тем призывает женщин бороться за свои права, сам встаёт на их сторону, и в тоже время презирает их. Для него все женщины делятся на два типа: ангелы и самки. В первых – невинных, преданных и бескорыстных - он едва верит, вторых - жестоких и сладострастных - ненавидит, и всё же они влекут его к себе с невероятной силой. Он бичует порок, однако сам ищет в любви лишь физического наслаждения. Другая любовь ему не знакома. Неудивительно, что почти все его пьесы имеют трагическую развязку.
При этом Дюма-сын ведёт активную переписку с Жорж Санд. Он не просто отдаёт дань уважения уму и таланту этой женщины, она делается его близким другом, доверенным лицом, он почитает её, нежно называя «матушкой». Cледуя законам нравственности, которые проповедует, Дюма-сын пытается хранить верность давно не любимой женщине, наставляет на путь истинный падших актрис.
Страстный и безжалостный одновременно - личность сложная, противоречивая, в отличие от своего отца, который был естесвенен во всём, что делал. Я так и не определилась в своём отношении к нему. В то время как отец, не смотря на все свои ошибки, порой имевшие довольно серьёзные и неприятные последствия, вызывает безусловную симпатию, сын – натура, казалось бы, в гораздо большей степени цельная и серьёзная, в лучшем случае озадачивает. Нет, пожалуй, ещё вызывает сочувствие. Жизнь не щадила его, как и большинство других... Но есть люди, которые ни при каких обстоятельствах отчего-то не могут быть счастливы, Дюма-сын был одним из них.

Выбирая книгу Андре Моруа, я некоторое время колебалась между Гюго и Дюма, но потом, решив, что пора перестать уже путать отца с сыном, решила взяться за Дюма. Кстати, на страницах этой книги нередко появляется и Гюго, так что эти писатели были, оказывается, связаны не только в моем восприятии, но и в реальной жизни, и даже дружили. Появляется на страницах и такая еще загадочная для меня личность как Жорж Санд, лишний раз напоминая о том, что мне пора получше ознакомиться с французской литературой и одним Золя она не исчерпывается.
Но мы забегаем вперед, придется опять вернуться к началу книги. И в самом же начале меня поразил тот факт, что небезызвестный в истории Дюма-дед, оказывается, был мулатом, сыном чернокожей рабыни с острова Гаити и французом-полковником. И мне не могла не прийти в голову такая параллель, как предок Пушкина Ганнибал. Не знаю уж, какие конкретно черты кем определялись, но оба писателя были талантливы и плодовиты, творили с легкостью, вызывающей зависть окружающих, а еще были невероятно ветрены и жить не могли без красивых женщин и бесконечных любовных похождений.
Несмотря на своё незаконное происхождение, Дюма-дед смог стать даже генералом. Впрочем, в этом ему помогла революция, иначе бы никаких шансов у него не было. Хотя нельзя сказать, что незаконнорожденные дети - такая уж редкость для Франции. Этим отличился и Дюма-отец, и Дюма-сын.
А запомнился дед своей невероятной силой, отвагой и энергией. Иной раз, читая о мощном Портосе, подумывалось мне, что автор уж слишком преувеличивает. Но, оказывается, он просто срисовывал со своего отца.
Та же революция, которая помогла генеральскому взлету, его и сгубила, он ушёл в могилу очень рано, забытый сильными мира и оставив семью почти без средств. Но это не помешало его сыну вырасти легкоувлекающимся мальчишкой, предпочитающим охоту, не любящим учёбу, единственным дарованием которого, как казалось тогда, был хороший почерк.
Но Александр был не только легкомысленен, но и очень упрям. И здесь мы видим юного гасконца д'Артаньяна, который приезжает в Париж с парой луидоров в кармане, но готов покорить его. И ему это удаётся, мы знаем это. Очень быстро он становится автором пьес, а позже и знаменитым писателем.
Однако для меня оказалось новостью, что у многих его известнейших произведений, таких как Мушкетеры и "Королева Марго", есть соавтор. Впрочем, по уверениям Моруа, тот делал лишь черновой сюжет, а оживало происходящее только под пером Дюма. Подтвердились и насмешливые выпады в сторону автора, что объем его произведений зависел от построчной выплаты. И, когда изменились условия, Дюма стал вымарывать прежде часто используемые им односложные диалоги. Да, это так, но если именно такие выплаты породили молчаливого слугу Атоса Гримо, то честь им и хвала, очень колоритный и запоминающийся персонаж!
Дюма всегда был по уши в долгах, но не потому, что ему мало платили, а потому что он щедро тратил заработки, содержал нескольких любовниц, ввязывался в прожектерские проекты. По его собственному высказыванию, он разбогател 10 раз и разорился 11. Его единственный сын оказался незаконнорожденным, его матерью была белошвейка. Не знаю, кому как, а мне на ум сразу пришёл Арамис. Правда его очаровательная кузина-белошвейка была на "короткой ноге с самой королевой". Сам отец довольно спокойно воспринимал такое положение вещей, он просто признал своё отцовство. А вот для сына это осталось большой психологической травмой. Он получил в наследство от отца ту же неодолимую любовь к женщинам, но если отец встречался и расставался с ними с лёгкостью, то сын вечно чувствовал себя виноватым. Как сказали о нем, женщины оказывали ему услугу, бросая его, потому как сам он не собрался бы с духом бросить кого-нибудь. Такие же переживания сопровождают его и в творчестве. Если отец довольно легкомысленен в отношениях с женщинами, то он и не старается их обидеть, и не чувствует угрызений совести. Это позволило создать ему своих мушкетеров, сделать их героями, несмотря на их авантюрные любовные похождения. Сын же, делая то же самое, разрывается от противоположных чувств, он обличает порок на сцене, творя его в жизни. И в пьесах отражается раздвоенность автора, и публика это чувствует. И как человек сын не может служить такой же душой общества как его отец, зато он более бережлив и рачителен, пытаясь в очередной раз спасти отца от кредиторов. Отец когда-то мечтал о политической карьере, сын политикой не увлекается, занимаясь исключительно социальными вопросами. Говорят, сын был талантлив не менее отца, но мы сейчас можем вспомнить мало его вещей, разве что "Даму с камелиями". Прототип этой героини, кстати, будет подробно описан в романе Моруа. Скорее всего именно раздвоенность личности сына, невозможность жить в ладу с собой и не позволили ему довести свои произведения до такого логического конца, избавить их от излишнего морализаторства, чтобы они с радостью принимались и ценились и нынешним поколением.

Для меня Дюма это возвращение в детство ,когда до дыр были зачитаны "Три мушкетера","Графиня де Монсоро", "Граф Монте -Кристо"...И я искренне не понимала в том своем возрасте за что же так французы так не любят этого прекрасного писателя. После прочтения этой книги все более менее прояснилось и это было очень познавательно.
Надо сказать,что книга в основной своей массе рассказывает нам все таки о Дюма отце , о деде во обще все было коротко , о сыне побольше,но главный и центральный здесь персонаж все же Дюма отец. Я считаю ,что только такой легкий ,бесшабашный ,непосредственный человек мог создать то ,что он создал . А это всегда вызывает чувства зависти . Потому что кто -то пыжится,старается, а результат так себе, а тут так все легко и непосредственно и такой итог. Я конечно и не предполагала насколько вольно Дюма отец относился к историческим реалиям, когда во главу угла ставился интересный поворот сюжета,а не исторические факты. Но положа руку на сердце, мы же не историческую достоверность любим "Три мушкетера" это просто фон для прекрасного приключенческого романа. Во общем я в восхищении от масштаба личности Дюма отца.

Читал "Графа М-К" в прошлом году (30 лет), и обозначил творчество Дюма словом "нечестно". Можете пролистать мои рецензии о романе. Литературный торгаш-эксплуататор может остаться на уровне сегодняшней Донцовой и не больше. А познакомившись с образом жизни этой семейки, мне настолько опротивел масштаб похоти в их жизни, что "аш есть нимагу".
Желание читать Дюма-отца дальше отбило насовсем, сына же возможно когда-нибудь прочитаю.
Но к самому Моруа претензий нет вообще. Человек беспристрастно разложил по полочкам жизнь не только трёх Дюма, но и селебрити той поры, из которых лишь Жорж Санд кажется более или менее целомудренной.