Женское счастье

Великолепный, великолепный Чехов. Я не любитель малой прозы, но Чехов это большое и единственное исключение. Как же у него образы!
В повести речь идет о живущем на Кавказе молодой человеке с красивой фамилией Лаевский. Живет в открытую с замужней женщиной, не работает, проводит время в карточных играх и развлечениях. Его Надежда Федоровна такая же пустая и никчемная, ничего не умеющая, бросившая мужа ради влюбленности. За 2 года их чувства остыли, сами они становятся в тягость друг другу, и в своем обоюдном цинизме каждый думает как отделаться от другого. Пока не случается дуэль, которая переворачивает просто все. Я не ожидала такого конца, для меня он показался оочень спорным, но спорить с Чеховым - да кто я такая. А так повесть прекрасна, как и все у Чехова.

Признаюсь честно: читать «Вишнёвый сад» мне было скучно. В пьесе такое меланхоличное, осеннее настроение. Здесь мало действия в привычном смысле, но много тишины, пауз, недосказанности и слов, сказанных не вовремя.

Сюжет очень прост и его можно пересказать буквально в двух предложениях: Любовь Андреевна Раневская с дочкой и гувернанткой возвращается в родовое поместье, которое вот-вот потеряет из-за долгов. Все что-то говорят, планируют, мечтают, но по сути никто ничего не делает, хотя им предлагают вариант выхода из ситуации.

Герои живые, но не яркие и, честно говоря, вызывают раздражение. Раневская и Гаев - взрослые люди, за плечами у них жизнь, опыт, потери. А внутри - сплошная растерянность, мечтательность и удивительное умение игнорировать очевидное. Они красиво говорят, но действовать не могут или не хотят. Или и то, и другое сразу.

Особо хочу отметить атмосферу пьесы. Она мягкая, меланхоличная, немного тревожная и абсолютно инфантильная. Так и хочется вмешаться, крикнуть им: у вас жизнь рушится, да возьмите хоть кто-нибудь себя в руки! Сделайте хоть что-нибудь!

Это не история семьи. Это трагедия инфантильности и упущенного времени. Когда дочитала пьесу, в голову пришла мысль, что возможно в жизни тоже часто всё рушится не потому, что случилось что-то страшное, а потому что мы просто слишком долго делали вид, что всё само как-нибудь решится.

Хорошая повесть. С интересными, колоритными героями, с внутренней борьбой и моральным дилеммой, почти как у Достоевского, но «по-чеховски».

Кавказ. Александр Самойленко, военный врач, человек работящий, но простой, о таком и ничего интересного на напишешь. Другое дело, его друзья – зоолог фон Корен и Лаевский, который...просто Лаевский. Первый строго идейный, живущий наукой и делом, готовящийся к следующей экспедиции, другой – сожительствует с чужой женой и кроме долгов за вино и проигрыши, ничего за душой не имеет. «Чужая жена», а именно Надежда Федоровна, превосходно играет роль любовницы и вообще этакой падкой, развратной дамы.

Кто там про этот Кавказ не писал, в школе порой только им и зачитывались. Но если у других Кавказ – место романтичное, то у Чехова – это место какой-то порочной истомы и безделья. Впрочем, на то и сатирический ум писателя, чтобы показать, что не в месте проблема, а в человеке.

Главное достоинство в историях Чехова – их легко и приятно читать. А самое главное – за хорошей сатирой скрывается настоящая трагедия. Да, есть такие «праздношатающиеся» Лаевские всегда и всюду, но не всегда найдутся рядом фон Корены, деспотичные идеологи, но по натуре с добрым сердцем, и удачное стечение обстоятельств, которое пойдет на пользу обоим.

Для себя отмечу, что преодолённый кризис пошел на пользу не только Лаевскому, но и фон Корену, смягчив его сердце и, возможно, чуть усомнившемуся в своей жестокой идеологии. Найти в себе сострадание даже к «опустившемуся» тоже непросто.

Когда девушке шестнадцать лет, по описанию Антона Павловича ход её мыслей напоминает перемещение цыплёнка по птичьему двору. Те же метания, беспорядочные скачки сознания, напоминающие броуновское движение.

Надя Зеленина была с мамой в театре на «Евгении Онегине». Судя по её реакции на спектакль, он произвёл на девушку сильное впечатление. Ей захотелось написать такое же письмо, как Татьяна Ларина Онегину. Проблема была только в том, что она сама никого ещё не любила, но точно знала влюблённых в неё офицера Горного и студента Груздева. Вот только опера дала ей подсказку, что «быть нелюбимой и несчастной – как это интересно!» Поэтому в письме к Горному Надя написала, что не верит в его любовь, что он ошибается в ней, так как она – «неинтересная, ничтожная девушка, и вы сами отлично знаете, что в вашей жизни я буду только помехой… Мне тяжело оставить маму и брата, а то бы я надела монашескую рясу и ушла, куда глаза глядят. А вы бы стали свободны и полюбили другую. Ах, если бы я умерла!" Вот такие необычные мысли у девушки под влиянием «Евгения Онегина». От жалости к себе она даже заплакала…

Тут же вспомнила о том, что студент Груздев тоже влюблён в неё, поэтому тоже заслуживает письма от неё. Интересно, как Чехов показывает перепады настроения девушки. Только что она плакала, а теперь – «Без всякой причины в груди ее шевельнулась радость: сначала радость была маленькая и каталась в груди, как резиновый мячик, потом она стала шире, больше и хлынула как волна». Ей захотелось вспомнить что-нибудь смешное. И тогда ей стало душно от смеха, так как она подумала «о смешном пуделе, который вчера погнался на дворе за вороном, а ворон оглянулся на него и сказал:- Ах ты, мошенник!
Пудель, не знавший, что он имеет дело с ученым вороном, страшно сконфузился и отступил в недоумении…»

Опять перепад настроения у Нади. Она решает разорвать письмо к Горному, а любить лучше Груздева. И снова потекли её мысли «о студенте, об его любви, о своей любви, но выходило так, что мысли в голове расплывались и она думала обо всем: о маме, об улице, о карандаше, о рояле...» Вот так Чехов описывает бесконечный поток сознания Нади. И, хотя я не юная девушка, почему-то верю в это броуновское движение её размышлений, проявившихся в результате пережитого катарсиса от встречи с настоящим искусством, а точнее оперы «Евгения Онегина» Пушкина на музыку Чайковского.

Фраза – «Боже мой, как интересны, как обаятельны мужчины!»

Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 398

Как я рад, что в школе мы не успели пройти это произведение. Я бы не сумел так ахнуть от персонажей. А они… просто невероятно живые. Такие глупые, чувствительные или до тошноты практичные. Особенно я жалел Раневскую, что-то было у нее от наивного ребенка, как она скучала даже за мебелью.

И расточительство, эта женская жертвенность, ранимая глупость…

А еще Фирс. Бедный, глухой, старый Фирс…
Мелькают где-то далеко в моем сознании и Трофимов, исполненный какой-то подростковой гордыней и протухшым максимализмом. Шарлотта – зачем? И все, все, все...
Но за живимы персонажами я больше не увидел ничего. Конечно, можно придумать что-то, что автор даже близко не умел введу. Но зачем?
Сад продавали, продавали, продали.
Оценка моя за убедительную плоть и характеры.

Возможны небольшие спойлеры

Как-то неудобно говорить, что мне понравилось не на все сто) Но "Выстрел" Пушкина понравился больше)
Здесь мне показалось немного затянуто. Но несколько сцен просто великолепны.

- Лаевский и Наталья Федоровна обедают. Выписано так, что я представила живо - я бы повесилась за таким обедом, ей богу! Образ томатного супа (или рисового?) - это предмет для отдельного сочинения. Мне кажется, автор не просто так "подал" на стол именно его.

- К Наталье Федоровне приходит соседка/приятельница, мама двух детей, берегущая их нравственность (естественно). Монолог этой (с позволения сказать) подруги - шедевр. Столько напора, мыслей, самоотречения, даже самобичевания. Просто стихия)

- Самойленко в гневе. Я была горда им и рада за него Потому что этот герой вызывал у меня больше всего эмоций. Не приведи быть кому таким лучшим другом! Уж лучше с врагами дело иметь.
А тут он, образно, стукнул кулаком по столу)

Остальная история стара как мир. Все беды от баб и от скуки. В уж если баба плюс скука - туши свет.
Сама дуэль, честно говоря, немного разочаровала. Может я кровожадна, но ждала чего-то более резкого.
И насчет надежды в конце сомневаюсь. Оно под эмоциями сначала да, вот так, а потом снова здорово (но может и тут я слишком пессимистична).

Это могла бы быть идеальная романтическая история: он – художник, видящий мир в ореоле мечтаний и фантазий. Она – идейная, прагматичная и очень деятельная девушка. Противоположности притягиваются, и вот ненависть быстро переходит в...

...в такую же борьбу с горьким и разачарующим финалом.

Конечно все вышесказанные банальности никак не относятся к данной повести Чехова. Герой знакомится со семьей Волчаниновых с двумя девушками-сестрами. Старшая, та самая прагматичная Лида, на дух не переносит художника и считает всю их творческую братию «нахлебниками», а герой тем временем влюбляется в младшую из двух - Женю, она же Мисюсь.

Автор в своей истории без обиняков дает понять, на чей он стороне, и в уста своего героя вкладывает очень правдивую, на мой взгляд, мысль:

Правда ли на стороне рассказчика? Безусловно! Но на своей правдивости, не подкрепленной никакой жаждой деятельности, чем обладает героиня Лида, далеко не уедешь.

И герой никуда и не уехал, во всех смыслах этого слова. Печальный конец как назидательный урок всем пассивным мечтателем, ну а мне... Мне просто жаль Мисюсь.

Дом с мезонином в этом произведении - своего рода символ, оставшееся теплое воспоминание о нескольких неделях в конце лета, о месте, где рассказчику было хорошо и спокойно и где он был влюблен. Вся эта небольшая повесть буквально пронизана щемящей ностальгией по чему-то ушедшему - дням, любви, а может, мимолетному счастью? Тонкие описания дают прочувствовать эту светлую грусть и читателю.

Квинтэссенцией повести становится спор Лидии с рассказчиком и последующее разрешение ситуации с Мисюсь. Мне не понравился ни один из персонажей, но точка зрения Лидии все-таки кажется более здравой. Главный герой по-своему прав, но в отличие от Волчаниновой он только попусту философствует, не пытаясь воплотить свои слова в жизнь, а потому все его речи кажутся именно праздной философией.

Мне осталось не понятно, что он нашел в Мисюсь и где увидел широту ума. Девушка никогда не участвовала в обсуждениях, предпочитая пересказывать местные сплетни или проводить время в праздности (как и рассказчик). Хотя не исключено, что автор намеренно дал своему герою выбрать ту, которую и завоевывать было не нужно - она и так им восхищалась, не спорила и льстила его мужскому самолюбию, - а не ту, у которой было свое мнение, отличное от мнения рассказчика.

Эх, Антон Павлович, Антон Павлович… Как же может редактор провинциальной газеты отказывать начинающим поэтам в публикации стихов?! Почему? - спросите вы. А потому, что газета носит гордое название – «Кукиш с маслом»… Как можно отказываться от публикации, имея столь непотребное название газеты?!! Разве нормальные поэты будут печататься в столь одиозно названном печатном органе?!
А редактор этого «Кукиша с маслом», господин Почитаев, ведёт себя как капризная девушка на выданье. Влюблённый в актрису Зрякину князь Прочуханцев (надо же какую фамилию Чехов князю придумал?!!) написал стихи и принёс для публикации, а редактор нос воротит. С руками надо отрывать и ещё просить! Особенно вот это четверостишие за душу берёт –
«Сквозь дым мечтательной сигары
Носилась ты в моих мечтах,
Неся с собой любви удары
С улыбкой пламенной в устах...»
Не всем же Пушкиными рождаться… Для «Кукиша с маслом» вполне сойдёт. И жене редактора, Марье Денисовне, тоже понравилось – «Это стихи очень милые!...Князь превосходно сочинил! Отлично! Ты ненавидишь его, ну и не хочешь печатать!» Вот, оказывается, в чем причина!
Но твердолобый редактор с принципами (лучше бы его принципы на название газеты обращены были – «Кукиш с маслом» - просто бред какой-то!) не хочет признавать своей некомпетентности – «…О женщины, женщины! Впрочем, все бабы одинаковы!"
Чехов, конечно, лучше в стихах разбирается, но название для газеты можно было поинтересней придумать. Какая-нибудь – «Фига в провинции», «Шиш с маслом», «Масляная дуля».
Фраза – «Чепуха невозможнейшая! Читаешь их и чувствуешь, что у тебя глаза чешутся и под ложечкой давит, словно ты жёрнов проглотил...»
Прочитано в рамках марафона «Все рассказы Чехова» # 348