Черный обелиск

- Достаточно, и я подозреваю, что они представляют  собой самую терпимую часть христианства. А все, чему до сих пор меня научила жизнь, - это ценитьте терпимость.
- Терпимость… - подхватывает Бодендик.
- Терпимость, - повторяю Я. - Бережное отношение к другому. Понимание другого. Пусть каждый живет по-своему. Но терпимость в нашем возлюбленном отечестве звучит как слово на незнакомом языке.
- Короче говоря, анархия, - отвечает Бодендик вполголоса и вдруг очень резко.

«Я где-то читал, что все люди братья. Вот это действительно «чудно́», когда посмотришь на этот мир!»

«…прощать — значит принимать другого таким, как он есть, не требуя покаяния, рабской преданности и покорности в обмен на «ego te absolvo» [Отпускаю тебе грехи твои]».

«Многие люди добры и приветливы лишь, пока им плохо, и становятся невыносимыми, как только судьба проявляет к ним благосклонность».

«То, что недоступно, всегда привлекательней того, что имеешь! В этом и заключается романтика и идиотизм человеческой жизни!»

«Странно, но факт: если бы «скорбящие родственники и близкие» заботились о своих мертвецах при жизни больше, чем когда те переходят в мир иной, «безвременно ушедшие» наверняка с удовольствием отказались бы от самых роскошных мавзолеев. Но так уж устроен человек: он ценит только то, чего у него нет».

Когда люди лежат рядом - всё равно о чем говорить. Говоришь то, что приходит в голову.

С каждым прожитым днём наша жизнь становится на день короче. Мы проживаем капитал, а не проценты. Доллар поднимается каждый день, но каждую ночь курс твоей жизни на один день падает.

Смерть немилосердна, от неё не ускользнешь.

Десять лет назад я бы никогда не поверил, что буду пить вино со своим духовником; но я бы тогда тоже ни за что не поверил, что буду убивать людей и меня за это не только не повесят, но наградят орденом, — и все-таки это случилось

Вопрос о повышении пенсий инвалидам и престарелым передан на рассмотрение особого комитета. Через несколько месяцев комитет должен высказаться по этому вопросу. А тем временем умирающие от голода пенсионеры и инвалиды просят милостыню или ищут поддержки у родственников и знакомых.

Она холодно смотрит на меня, как вечный прообраз клиента с набитым кошельком.

- Ведь пьяный своей силе не хозяин.

Вперед, в гущу жизни, говорю я себе. Да здравствует земная любовь! Долой грезы! Долой видения! Это столь же относится к Эрне, как и к Изабелле. А для души у меня останется Платон.

Даже старая фрау Кроль ходит между памятниками, проверяет, достаточно ли черен и тщательно ли обработан гранит, и время от времени с мечтательной грустью поглядывает на стоящий возле двери черный обелиск — единственное приобретение ее мужа, которое еще уцелело после его смерти.

Сад охвачен зеленым пламенем, весна поет в молодой листве тополей, точно арфа, и зацветает сирень.

- Да как можно заниматься нашим делом иначе, чем с благочестивым цинизмом, если хочешь сберечь свою душу?

- Я лучше вас знаю практическую жизнь и предпочитаю честно погибнуть, чем пользоваться сомнительными спекулянтскими методами, чтобы существовать.

Вскоре после войны я в течение девяти месяцев учил ребят в глухой степной деревне, пока не бежал оттуда, преследуемый по пятам воющим псом зимнего одиночества.

Он снова барахтается в мелководье тупых сарказмов.