Плененная Вселенная

Старенькая социальная апокалиптическая фантастика. Ну как старенькая — написано всего-то в 1966 году, полвека с чуточкой прошло. Однако книга, с одной стороны, устарела просто потому, что предсказываемые автором на конец XX столетия события пошли в реальности совсем по другому сценарию. Однако, с другой стороны, актуальность романа сохраняется, потому что вообще вся проблема, обозначенная в книге, остаётся живой.

Дальше...

Итак, перенаселение. При этом страшно не само перенаселение всего земного шарика, а то, что люди в основном сконцентрированы в крупных городах и потому городская инфраструктура не справляется — не хватает продовольствия, воды, нет работы, с медикаментами и соответственно с заболеваемостью проблемы. Скученность создаёт эпидемии, плюс рождаются новые болезни. Преступность растёт. В общем, весь набор апокалипсиса перенаселения к нашим услугам.

Героями романа становятся нью-йоркский детектив-полицейский, а также девушка из категории «бабочек», т. е. живущая с богатенькими и властными в качестве эскортницы-любовницы. И событийной начинкой мы видим красочные (не в смысле красивые, а умело изображаемые Гаррисоном) картины городских беспорядков и бунтов, наблюдаем за бытом в перенаселённом городе. И на фоне всего этого жизнь вот этих двух главных и плюс ещё нескольких чуть менее, чем главных, но всё-таки весьма значимых героев и персонажей — преступление и расследование убийства, совместная жизнь наших героев, выживание и ещё раз выживание. И в конечном итоге автор подводит нас к идее контроля за рождаемостью, который сможет ограничить и упорядочить рост народонаселения, снизить нагрузку на город, на земли, на всю планету — вот тут ничего не возразишь, идея весьма актуальна и ныне.

https://u.livelib.ru/reader/KahreFuturism/o/v8y9alah/o-o.jpeg"> Жара, изматывающая, испепеляющая, пробравшаяся под кожу, солёной влагой стекающая со лба. Она повсюду, от неё не скрыться, её горячее безжалостное лицо жёлтым маревом скользит по небу.

Уставшая иссушенная земля вот-вот затрещит по швам от 344 000 000 людей - и это только в одной стране. Искать пристанища севернее не имеет смысла - на границах любого готовы радушно встретить с пулемётом в руках.

Вода отдаёт ржавчиной, но она - самый вкусный в мире напиток. Если бы только не подрывали акведуки. Еды не хватает ровно, как и её, поэтому крекер из водорослей и жиров из нефтепродуктов - настоящее удовольствие для бурчащего пустого желудка.

Заканчиваются припасы. На исходе полезные ископаемые. С перебоями работают дряхлые электростанции. Цены неумолимо растут. Непрестанно рождаются люди.

Попробуете отыскать справедливость в этом мире? Разобраться, кто виновен во взбудораженной голодной и напуганной толпе, разбивающей витрины и грабящей прилавки? Может быть, в этом мире ещё осталось место для человеческой любви? Может быть, в нём ещё остались крохи смысла?

В 1999 год параллельной реальности, убедительно обещающей стать настоящей в ближайшем будущем, Эндрю Раш, расследуя убийство, встречает любовь своей жизни, Соломон Кан неистово вертит педалями велосипеда, подключённого к электрогенератору, Ширли мечется и пытается найти простое человеческое счастье, простираются длинными лентами очереди с пустыми баками, заполняют улицы протестующие. Все отчаянно ищут своё место на этой планете. Но его для них нет.

К сожалению, не впечатлило, тем более что после Пасынков Вселенной выглядит уж слишком очевидно. Я хотела космической фантастики, вместо этого наблюдала будни ацтеков, раскрытие «тайны» и… все. На мой вкус книга слишком пустая, тем более что я не прониклась обоими главными героями, если ацтеков нам показали подробно, то наблюдатели выглядят лишь наброском. Или это была аналогия? Мы с вами наблюдатели, ставим страшные эксперименты и бессердечно их выдерживаем? Ну, не знаю. Мне скучно было вначале, во всей этой ацтекской бытовухе, потому что очень часто натыкалась в другой космической фантастике – вечно жизнь на далеких планетах изображают отсталой. Я все ждала некоего вах момента, ведь на обложке космический корабль. Но мне скучно было и когда ГГ добрался до наблюдателей – ибо опять же вторично, так еще и без «наполнения». В Сиренах Титана вообще вся жизнь человеческая была объявлена шуткой – вот это было сильно. Здесь я ничего сильного не почувствовала.