Эпос античности

Лесом пошел он в ту сторону, где, по сказанью Афины,
Жил свинопас богоравный

[Песнь XVIII]
535 Там и Смятенье, и Распри теснились, и грозная Кера;
Раненых жадно хватала она, и не раненых также,
За ноги трупы убитых из битвы свирепой тащила;
Кровью людскою вкруг плеч одежда ее обагрялась.
Воины в свалке, как будто живые, теснились и бились,
540 И напрягались отнять друг у друга кровавые трупы.

Громко они закричали; их крик пробудил Одиссея.
Он поднялся и, колеблясь рассудком и сердцем, воскликнул:
«Горе! К какому народу зашел я? Быть может, здесь область
120 Диких, не знающих правды людей? Иль, может быть, встречу
Смертных приветливых, богобоязненных, гостеприимных?

Так ей сказав, светлоокая Зевсова дочь полетела
Вновь на Олимп, где обитель свою, говорят, основали
Боги, где ветры не дуют, где дождь не шумит хладоносный,
Где не подъемлет метелей зима, где безоблачный воздух
45 Лёгкой лазурью разлит и сладчайшим сияньем проникнут;
Там для богов в несказанных утехах все дни пробегают.

Странное слово, однако, ответствуя мне, произнес ты.
Но я клянусь и землей плодоносной, и небом великим,
185 Стикса подземной водою клянусь, ненару́шимой, страшной
Клятвой, которой и боги не могут изречь без боязни,
В том, что тебе никакого вреда не замыслила ныне,

Встала из мрака младая с перстами пурпурными Эос;
Ложе покинул тогда и возлюбленный сын Одиссеев;

Тот, кто свершил бы подобное чудо искусства, не мог бы,
Сам превзошедши себя, ничего уж создать совершенней.

Блеск восходил до небес; под пышным сиянием меди
Окрест смеялась земля; и весь берег гремел под стопами
Ратных мужей.

Яростно билися воины; гром, раздаваясь, железный
К медному небу всходил по пустынным пространствам эфира.

Будет некогда день, и погибнет священная Троя,
С нею погибнет Приам и народ копьеносца Приама.
(«Илиада», 6, 448-449. Перевод Н. Гнедича)

Гнев, богиня, воспой Ахиллеса, Пелеева сына,
Грозный, который ахеянам тысячи бедствий соделал.
(«Илиада», 1, 1-2. Перевод Н. Гнедича)

Но против Геры не столько я злобен, не столько я гневен:
Гера обыкнула всё разрушать мне, что я ни замыслю!

Луком, с усмешкою горькою, бьет вкруг ушей Артемиду:
Быстро она отвращаясь, рассыпала звонкие стрелы
И, наконец, убежала в слезах.

И всех усладитель наших тревог, разрешающий сладко усталые члены, сон овладел им.

...С сыном своим он отмстит им за всё". Так царица сказала.
В это мгновенье чихнул Телемах, и так сильно, что в целом
Доме как гром раздалось; рассмеявшись, Евмею, поспешно
Кликнув его, Пенелопа крылатое бросила слово:
"Добрый Евмей, приведи ты сюда чужеземца немедля;

Слово моё зачихнул Телемах; я теперь несомненно
Знаю, что злые мои женихи неизбежно погибнут
Все: ни один не уйдёт от судьбы и от мстительной Керы.
Выслушай то, что скажу, и заметь про себя, что услышишь..."

...
Это, однако, ему не по нраву, одно тунеядство
Любо ему; за работу не примется: лучше, таскаясь
По миру, хлебом чужим набивать ненасытный желудок.

...не нужно
Рано ложиться в постелю нам: сон неумеренный вреден.