Нежданно-негаданно

Матёра — это вымышленная деревня на грани конфликта с неизбежно наступающим прогрессом и привычным укладом жизни её жителей, которые в ней рождались, прожили долгую жизнь, а теперь вынуждены в срочном порядке сменить место жительства. На Ангаре строят плотину для электростанции, вода поднимется, разольётся и всё собой накроет. Не останется ничего. Огороды, засаженные картошкой, скотные дворы с курицами и коровами, дома и кладбище, на котором покоятся несколько поколений жителей Матёрой.

Грустная книга. Я помню, как моя бабушка, достигнув определенного возраста, должна была покинуть свой дом, потому что одна уже на справлялась. Помню с какой грустью она окидывала взглядом свои владения. Поэтому представляю, что чувствуют герои книги, зная, что уезжают туда, где им больше ничего не принадлежит, где не будет самовара на углях, коровы во дворе, овощи будут не с грядки, а за деньги. При этом им ещё предстоит стать свидетелями того, как сжигают их дома, в кучу скидывают кресты с могил родственников и тоже делают из них костёр, потому что если не сжигать, а река выйдет из берегов, то впечатление, произведённое на туристов, которые будут плавать по Ангаре на пароходах, будет явно испорчено, если вдруг, мимо них проплывёт табличка с двумя датами. Какое впечатление произведет на восьмидесятилетнюю бабушку разоренная могила её отца никого не волнует.

Но! Как же утомительно читать по пять страниц печатного текста посвященного дождю! Как он падает, как капли разбиваются о землю, собираются в лужи, блестят на ещё не скошенной траве. Как стоит дерево, у которого тоже есть своя история, и о ней обязательно надо рассказать, описав каждый его листик, каждую веточку и особенности коры. Красиво, но хочется о людях.

Лес рубят - щепки летят. Прощание с Матерой - это последние месяцы жизни таких щепок, наблюдающих за уничтожением их леса. На месте вековой чащи вырастет город, с заводами, школами, больницами и парками. На месте Матёры разольется водохранилище - построенная ГЭС будет обеспечивать электроэнергией население огромной страны. Те самые школы, больницы, заводы и квартиры обычных людей. Слом жизнь во имя прогресса, во имя блага для тысяч и миллионов от корней нужно оторвать сотни и тысячи. Кто помоложе - отрывается легче. Совсем молодежь горит идеями, смотрит в будущее и радуется переменам. Кто постарше - переезжают с трудом, но всё же не с такой болью, как старики и старухи. Им уже нечего видеть впереди, большая часть их жизни там, за спиной. И от этой жизни, от всех её бед и радостей, от переживаний, от родных хат и кладбищ, где похоронены родители и дети - из всего этого их выдергивают, отрывая от корней, вырывая с кровью. Трагедия обычных людей, не совершивших ничего плохого, но вынужденных на старости лет вдруг оказаться в непривычном им мире, остаться без опоры родного дома и малой родины.

Книга очень тяжёлая морально, потому что с самого начала дышит этим ощущением "ухода". Это последние месяцы в поселке, выселение вопрос решённый. Но это очень тяжело для старух (они тут по сути главные героини) вдруг прощаться с местом, где прошла вся жизнь. Мало того, что жизнь, так и все предки здесь же рядом лежат на кладбище. Они особо не бунтуют против переселения, но, конечно, не могут его понять и принять. Прощаются, как могут, с родным поселком, со своими хатами, убирают последний урожай, уже находясь в процессе переселения. Всё это время и эта книга - это такая мучительная растянутая во времени пытка, по крайней мере для меня. Очевидно, что ГЭС построят, поселок затопят. Очевидно, так же, что дело это в общем благое и прогресс не остановишь. Но мучительно переживать вот этот слом жизни на старости лет. Поэтому читается очень тоскливо и морально тяжело - проживать каждый день прощания вместе с героями, понимая его неизбежность и находясь разумом по другую сторону баррикад - с той молодежью, которая видит в этом благо.

Еще не приступив к рассказу, я понимала, о чем там будет повествование. Но я не ожидала, что будет вот такой произведенный на меня эффект.

Итак, это не просто история о клочке земли, который нужно покинуть жителям. Это глубокая, печальная и очень сильная история.

Обитатели Матёры в основном уже старики, которые доживают свой век. Их говор, их отношение к дому, к земле, их чайные церемонии в конце концов с самоваром во главе стола (я когда читала, аж слюнки потекли, как захотелось вот такой чаек попробовать) - невозможно устоять и не принять близко-близко к сердцу. С ними я успела и посмеяться, и поплакать.

Возможно, если бы я читала в школьные годы, я бы не поняла. Возможно я бы сказала "подууумаешь. отчего бы и не переехать". Возможно. Но сейчас я поняла и прочувствовала.

Отдельно хочу отметить слог Распутина. Красивый, емкий и одновременно какой-то простой, без лишних заковыристых слов.

Всем настоятельно советую!

Тема актуальная и сейчас - моральный облик учителя и допустимые методы воспитательного процесса. Со стороны всем понятно, что такое "хорошо" и что такое "плохо", но так ли очевидна эта грань при ближайшем рассмотрении и углублении в каждый конкретный случай? Очевидно, что пичкать всех без разбора направо и налево антибиотиками нельзя, но в отдельных случаях они жизненно необходимы и польза от их назначения может оказаться намного больше,й чем вред отказа от них. Но принцип индивидуальности даёт сбои в образовательной сфере - людям, принимающим решения, проще и безопаснее действовать в общих рамках, не предпринимая попыток разобраться в деталях и не брать на себя ответственность за "сомнительные" методы поиска доброго и вечного в детских душах... Хорошо, когда все заинтересованные могут вмешаться в происходящее, высказать своё мнение, тревоги и сомнения, когда рождаются дискуссии. Главное, чтобы это не превращалось в публичную порку по итогам общественного мнения, незнакомого со всеми деталями, чтобы все могли донести до другой стороны свои аргументы. Плохо, когда дискуссий не ведётся и решения принимаются по-тихому, за закрытыми дверями, на усмотрение одного человека, какие бы благие побуждения (по его мнению) им не двигали.
"Уроки французского" - воспоминания мужчины об эпизоде своей далёкой школьной жизни и о встрече в ней с учительницей. Заметно, как мысли взрослого автора накладываются на описания прошлого - как своего тогдашнего характера, так и на разъяснения действий Лидии Михайловны. Чувствуется пронесённая через десятилетия безграничная теплота его душевных чувств к этой учительнице, которая проявила небезразличие к судьбе маленького деревенского мальчика, к его трудностям, к его гордости. Сдаётся мне, что и девушка за свою заботу получила отклик в виде эмоций заинтересованности и благодарности детского сердечка.
Да, для каждого из них в этой встрече был свой урок.

На чтение этой прекрасной книги уходить чуть больше часа. Но столько всего в нее заложено, что только успевай понимать посыл. Она очень душевная и грустная одновременно.

Пару лет назад я видела фильм и все происходящее я уже знала, но я не думала, что фильм снят полностью по рассказу. Слово в слово, каждая сцена именно такая как и описано и меня переполняли все те же эмоции к героям. Главному герою я желала только сил и успехов в дальнейшей жизни, ведь он с детства был далеко от семьи. Лидии Михайловне и дальше быть таким прекрасным человеком. Других героев мало, только мальчишки запомнились, но они тут, по моему мнению, на третьем плане. На втором тут... эпоха, жизнь людей после войны, то как они справляются и пытаются выжить.

Когда я принималась за чтение этой повести, даже подумать не могла, что она вызовет у меня столько эмоций! Оказывается, есть ещё (просто не прочитанные ранее) книги, способные перевернуть сознание, разворошить душу, ранить сердце...

История острова-деревни Матёры и её жителей, доживающих свои последние месяцы вместе. Казалось бы, ну о чём тут можно писать? О чувствах. О чувствах, что испытывали жители Матёры, о страхе и сомнениях, что терзали, кажется, и сам остров, и все строения, и всё, и всех кругом... Вся повесть проникнута щемящей грудь тоской. Тоской по родине, по теплу, по жизни. Всё будто уже умерло, хотя, пусть и старческая, но жизнь ещё идёт. И именно старики, ну а кто ещё?, прожившие всю жизнь на Матёре, прикипевшие к ней душой и сердцем, так отчаянно цепляющиеся за старую жизнь: Дарья, приводящая избу в порядок перед сожжением, Сима и Коля, плачущие и цепляющиеся друг за друга перед запертой дверью, Настасья, похоронившая мужа и вернувшаяся в деревню, Катерина, плачущая не сколько о сгоревшем доме, сколько о прожигающем жизнь сыне, Богодул, оставивший "кур-рву" и притихший перед таинством расставания — как живые, вставали передо мной. Нужно отдать должное автору, так точно передавшему характеры и жизненные уклады столь разных, но одинаково крепко любящих Матёру, людей. А как он описал природу!? Такие пейзажи, я уверенна, есть только у нас в стране, и только мы можем ощутить физически ту красоту и бесконечность природы, что описаны Распутиным на бумаге...
Немало важным героем является и Хозяин. Он дух, душа, олицетворение Матёры. Он сгусток любви, эмоций, чувств всех жителей острова, невидимый стражник матёринской земли. Мне думается, что у всех мест, которые истинно важны даже для небольшого количества людей, есть такие вот Хозяева... А "царственный листвень"? В его стойкости перед топорами и огнём очистителей отражены стойкость и непреклонность жителей деревни. Вся Матёра восстаёт против затопления! Но что могут старики и постаревшее дерево пред ликом и напором молодости и нового времени? Ничего...

Всё имеет конец, время неуклонно бежит вперёд, и рано или поздно каждый из нас замрёт и, как Дарья, задастся вопросом: "А так ли я живу? И живу ли я вообще?" И кто знает, что каждый ответит себе и небу. Кто знает, есть ли в нас силы противостоять течению или управлять им. Может только и осталось нам в последний раз пройти по любимым местам, помянуть давно ушедших родных, встать на паром и отправится к новой, но лучшей ли, жизни? На это нет ответа.

Начала читать с легкой грустью. Вот так же и моя мама уехала из родной деревни в райцентр для того, чтобы учиться. Правда жила она в интернате. И, наверное, ей повезло больше. Не было доброй "тети", которая "помогала" бы "сохранить" запасы, которых и так не много. Мальчик же на удивление разумен для своих лет. В нем нет озорства, он серьезен и целеустремлен. Учительница то же неплохая ему попалась, хоть какой-то выход нашла. Вот когда дочитала до игры в "Пристенки" поняла, что уже читала этот рассказ. Но как и тогда не поняла поступка директора. Да, линия партии запрещала все подобное, но человечность же никто не отменял. Может быть вместе с учительницей они бы нашли другой выход из положения. Но нет, решение было принято другое.

Рано утром мы спустились с сеновала и крадучись, чтоб не потревожить хозяев, пробрались в избу. Отец достал из печи картошки, положил на угол кондового стола хлеб, жареных окушков, поставил солидную кружку молока... Конечно я не помню, что там было в далеком детстве, но вариантов совсем не много: мясо-молочные продукты и в райцентр не завозились.
Река начиналась сразу за огородом. Мы сели на бревно, закинули березовые удочки и наши поплавки встали как два гвоздика на белой стене. Такой вот туман создавал могучий Вочаж, одно из чудес света по мнению Калевалы. Крупнейший порог Европейской Части. Туман (и южный склон) обеспечивал микроклимат - защиту от ночных заморозков, - самое важное дело для земледельца Севера. Деревня называлась Подужемье, одно из первых русских поселений в Поморье, известное с начала 15го века.
После собственно рыбалки и обеда из ушишки - посещение порога. Семга идет прямо по берегу, буквально выражаясь. Метровые рыбины скачут по урезу воды, по валунам. Иначе им никак. В страшном грохоте падающей воды двое мужиков ловят их как бабочек, другие тащат на носилках на рыбзавод. Выше деревни - поле, там растут диковинные цветы - настоящие белые ромашки. Набрать букет для мамы было обязательной частью программы.
Недавно решился сьездить, посетить родные края. Наверно не следовало это делать, только душу травить. Походил, посмотрел. Население района сократилось на треть с советских времен. Аборигены пребывают в пессимизме, переходящим в апатию. Рыбу в озерах вычистили китайскими сетями, леса повырубили. Больше делать нечего.
Еду обратно по трассе. На месте порога стоит здание ГЭС, в глупой надежде смотрю вниз, - нет ли следов деревни. Нет, зеленый, некошенный луг плавно уходит под воду. Вдруг автобус остановился, из передней двери выскочила девушка и побежала по полю, - нарезать ромашек. Неторопливые северяне молча ждали продолжения движения.
P.S. История получилась. Опять меня вырубят модераторы. Хотел написать рецензию, да как можно, на крик души?