Идешь, на меня похожий, Глаза устремляя вниз. Я их опускала — тоже! Прохожий, остановись! Прочти — слепоты куриной И маков набрав букет, — Что звали меня Мариной И сколько мне было лет. Не думай, что здесь — могила, Что я появлюсь, грозя… Я слишком сама любила Смеяться, когда нельзя! ... Я очень люблю стихи Марины. Я вижу в них удивительное сочетание женственности и изящества с волей и страстностью, филигранность слога, предельную искренность, глубокие раздумья и полную внутреннюю свободу. Для меня Цветаева – безмерна и безгранична, она - мечтатель и, в то же самое время, бунтарка. Мятежная душа! Некоторые из ее современников были убеждены, что Марине, по существу, было даже не особо важно, против чего «буйствовать» и когда гербы были под запретом, она их прославляла с особым пафосом и дерзостью. Ее поэтическим кумиром был Блок, а по силе психологизма в поэзии ее, наверное, можно сравнить с Достоевским. Она все пропускала через себя, и ее бросало то в одну стихию, то в другую. Судьба Цветаевой сложилась трагично, а до нас дошли стихи, несущие в себе отпечаток ее личности – порывистой, темпераментной, возможно дерзкой, но в то же время преисполненной непобедимой нежности и любви. Она могла жить среди грез и творить при таких условиях, при которых многим только и остается, что жалеть себя, стонать, болеть и умирать…Ее душевная сила и любовь помогала ей освобождаться от боли и тоски, вдохновлять других и непрестанно двигаться вперед.
Никто не может вообразить бедности, в которой мы живём. Мой единственный доход — от того, что я пишу. Мой муж болен и не может работать. Моя дочь зарабатывает гроши, вышивая шляпки. У меня есть сын, ему восемь лет. Мы вчетвером живём на эти деньги. Другими словами, мы медленно умираем от голода. (Из воспоминаний Марины Цветаевой)
В феврале 1941, в то время, когда Цветаева, скитаясь по чужим углам, занималась в основном лишь поэтическими переводами, чтобы прокормить себя и сына, она написала следующее (один из моих любимейших стихов):
Пора снимать янтарь, Пора менять словарь, Пора гасить фонарь Наддверный…
А уже в августе того же года ее не стало.
З.Ы. Ее сравнение с Ахматовой неизбежно. Лично мне по духу ближе порывистость и безмерность Марины, чем гармоничность Ахматовой (хотя творчество Анны я тоже очень уважаю).
65 понравилось
