
Электронная
149 ₽120 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Люблю читать осенью осенние книги)
В холодное осеннее ненастье, на одной из больших тульских дорог, залитой дождями и изрезанной многими черными колеями, к длинной избе, в одной связи которой была казенная почтовая станция, а в другой частная горница, где можно было отдохнуть или переночевать, пообедать или спросить самовар, подкатил закиданный грязью тарантас с полуподнятым верхом...
Погружение в ткань повествования еще больше + огромный писательский талант И. Бунина и вот ты уже находишься в горнице невольным свидетелем встречи двух давних знакомых, Надежды и Его Превосходительства Николая Алексеевича. И сразу становится понятно, что эти двое любили друг друга, когда-то давно, очень давно, лет 30 тому назад, любили словно в прошлой жизни.
Грустно-щемящее чувство от строк рассказа, когда выясняется, что прошла целая жизнь, а они так и не были счастливы (ни поодиночке, ни вместе...) И насколько разный взгляд на любовь у мужчины и у женщины, это тоже нам покажет со всей выразительностью автор. Любить до ненависти, до дрожи, не прощая, не вспоминая, любить одного мужчину 30 лет (!), даже будучи разлученной с ним. Похоже на жертву - только вот для чего и для кого, бессмысленную по сути жертву, ведь молодость и прошедшие дни в тоске по невозможной (безответной) любви не вернешь. Да и жизнь не отмотаешь назад...И мужской взгляд, отчего-то вспоминающий лишь физическую красоту любимой некогда женщины, не ее душевные качества, нет...
— Ведь не могла же ты любить меня весь век!
— Значит, могла. Сколько ни проходило времени, все одним жила. Знала, что давно вас нет прежнего, что для вас словно ничего и не было, а вот... Поздно теперь укорять, а ведь, правда, очень бессердечно вы меня бросили, — сколько раз я хотела руки на себя наложить от обиды от одной, уж не говоря обо всем прочем. Ведь было время, Николай Алексеевич, когда я вас Николенькой звала, а вы меня — помните как? И все стихи мне изволили читать про всякие «темные аллеи», — прибавила она с недоброй улыбкой.
— Ах, как хороша ты была! — сказал он, качая головой. — Как горяча, как прекрасна! Какой стан, какие глаза! Помнишь, как на тебя все заглядывались?
— Помню, сударь. Были и вы отменно хороши. И ведь это вам отдала я свою красоту, свою горячку. Как же можно такое забыть.
— А! Все проходит. Все забывается.
— Все проходит, да не все забывается.
И встреча получилась такая же горькая, бессмысленная, несуразная и ненужная (да лучше бы ее и вовсе не было...), оставившая лишь в душе непонятный осадок и ничего не прояснившая. Ни для нее, ни для него. Как тут не вспомнить Вознесенского: Не возвращайтесь к былым возлюбленным, былых возлюбленных на свете нет...Ни к чему бередить душу тяжелыми воспоминаниями, надо жить дальше...
Прекрасный, как впрочем, и всегда у Бунина язык, тонкий психологизм и потрясающая правда жизни....5/5
«Да, пеняй на себя. Да, конечно, лучшие минуты. И не лучшие, а истинно волшебные! „Кругом шиповник алый цвел, стояли темных лип аллеи...“ Но, боже мой, что же было бы дальше? Что, если бы я не бросил ее? Какой вздор! Эта самая Надежда не содержательница постоялой горницы, а моя жена, хозяйка моего петербургского дома, мать моих детей?» И, закрывая глаза, качал головой.

Прихожу к мысли, что не подружусь с творчеством Бунина, по крайне мере с его прозой точно, хотя он стал мне интересен как критик, достаточно колко отзывался о работах своих современников.
В рассказе «Господин из Сан-Франциско» писатель рассматривает богачей и их отношение к окружающему обществу.
А еще проводит своего рода исследование о месте человека в глобальном плане.
Он изучает этот вопрос на примере зажиточного человека, но данную параллель легко перенести и на среднестатистического, и на ничего не имеющего бедняка. Ведь, люди всего лишь мелкие букашки, которых с лёгкостью может задавить необъятная природа.
Кроме того, Бунин обращает внимание читателя на неготовность человека принимать неизбежное, демонстрируя страх смерти и всевышней кары за содеянные поступки, мысли и поведение с окружающими.
Рассказ очень даже хороший, многослойный, но мне было трудно пробраться через дебри описаний, в которых скрывались отсылки и символизм. Я как будто читала текст на тарабарщине, настолько мне было сложно через него пробраться. Возможно, еще не доросла, а может просто не мое, пока сложно сказать.

Разочарование от классики, да, такое тоже бывает...Пошлость и подлость, описанные в рассказе, так низки и ужасны главные герои, что не спасает даже мастерское описание Буниным красот природы Кавказа...
Вульгарный роман с замужней женщиной - банально, пошло, предсказуемо, отвратительно. Изменяющая своему мужу женщина и сбегающая на Кавказ, в курортный городок, отвратительна вдвойне. Поступок ее мужа - бежать по ее следу, искать ее в Гаграх, Геленджике , Сочи - вообще нелогичен. Стоит ли того эта низкая женщина?!
3/5, рассказ читать стоит, на мой взгляд, только чтобы полюбоваться видами Кавказа - какие зримые ощущения и впечатления передает нам автор - вот это у него получилось прекрасно...
Когда жар спадал и мы открывали окно, часть моря, видная из него между кипарисов, стоявших на скате под нами, имела цвет фиалки и лежала так ровно, мирно, что, казалось, никогда не будет конца этому покою, этой красоте.
На закате часто громоздились за морем удивительные облака; они пылали так великолепно, что она порой ложилась на тахту, закрывала лицо газовым шарфом и плакала: еще две, три недели — и опять Москва!
Ночи были теплы и непроглядны, в черной тьме плыли, мерцали, светили топазовым светом огненные мухи, стеклянными колокольчиками звенели древесные лягушки. Когда глаз привыкал к темноте, выступали вверху звезды и гребни гор, над деревней вырисовывались деревья, которых мы не замечали днем. И всю ночь слышался оттуда, из духана, глухой стук в барабан и горловой, заунывный, безнадежно-счастливый вопль как будто все одной и той же бесконечной песни.
Недалеко от нас, в прибрежном овраге, спускавшемся из лесу к морю, быстро прыгала по каменистому ложу мелкая, прозрачная речка. Как чудесно дробился, кипел ее блеск в тот таинственный час, когда из-за гор и лесов, точно какое-то дивное существо, пристально смотрела поздняя луна!
Иногда по ночам надвигались с гор страшные тучи, шла злобная буря, в шумной гробовой черноте лесов то и дело разверзались волшебные зеленые бездны и раскалывались в небесных высотах допотопные удары грома. Тогда в лесах просыпались и мяукали орлята, ревел барс, тявкали чекалки...
P.S. Рассказ в какой-то степени, наверное, все же автобиографичен (правда, без такого ужасного конца), от Бунина тоже ушла жена (но это ведь не значит, что все свои страдания надо нести в печать, не вижу я красоты в пошлости и низком поведении и даже любовью назвать это не могу)

- А! Все проходит. Все забывается.

... люди и до сих пор еще больше всего дивятся и ни за что не хотят верить смерти.

Он искал ее в Геленджике, в Гаграх, в Сочи. На другой день по приезде в Сочи он купался утром в море, потом брился, надел чистое белье, белоснежный китель, позавтракал в своей гостинице на террасе ресторана, выпил бутылку шампанского, пил кофе с шартрезом, не спеша выкурил сигару. Возвратясь в свой номер, он лег на диван и выстрелил себе в виски из двух револьверов.

















