- Ты что, не веришь в потоп? Конечно, не веришь.
- Иногда верю, иногда - нет. Но я не верю в то, что имею право на спасение. Я не могу не спросить себя: "Почему Хам?" Я понимаю, почему Яхве выбрал отца и мать, Сима и Керин. Они хорошие люди. Я не уверен насчет Иафета и Мерибэл. Они счастливы, и мне кажется, трудно найти лучшее время для того, чтобы умереть. С другой стороны, они милые дети и никому не причинили вреда. Все ясно мне и с Айшей. Разве можно уничтожать истинную красоту? Но когда я думаю о Хаме, меня гложут сомнения. И мне кажется, что нелепо выделять четырех мужчин и четырех женщин из всего человечества, доказывать, что они лучше всех остальных. На Земле есть плохие люди, смею сказать, я один из них, но только не дети, только не младенцы. Я не могу поверить в такого бога.
- Значит, ты хочешь рискнуть?
- Да... Айша, я хочу, чтобы ты пошла со мной.
- Сейчас?
- Да.
- Почему?
Хам говорил медленно, словно рассуждал вслух.
- Я никогда не решился бы попросить тебя. Но когда ты воскликнула: "Да утонуть бы нам всем и покончить с этим!" - я понял, что ты так же несчастна, как и я, и, значит, у нас есть шанс начать все с начала. Мы воспользуемся этим шансом, если уйдем вместе. Другими словами, - продолжил он более уверенно, - я не хочу целый год жить с тобой в этом чертовом ковчеге и наблюдать за Иафетом и Мерибэл, зная, что люблю тебя в сто раз больше, чем он - свою жену, но не имея мужества первым сделать шаг тебе навстречу.