Я читаю фэнтези редко, но метко. Схвачу походя с полки какой-нибудь пухлый томик, изданный, гы-гы, в прошлом тысячелетии, а затем - плачьте, очи, видели, что покупали! - добросовестно воюю за пять народов маленького, но гордого острова. Да, с такими бойцами надо быть как минимум маршалом Блюхером. Могучи великаны, но они пацифисты и веганы, живут в мифологическом времени. Рассказывают (я не проверяла), что если сурку в спячке отрезать голову, он заметит сей факт и умрёт только через трое суток. Вот великаны в таком духе. Слышу - душат, оглядываюсь - меня! Пикси по национальному характеру больше всего похожи на цыган или ирландских трэвеллеров. Воевать умеют, но не любят. В наличии также эльфы, геройские, толковые и вполне матриархальные, да прямо такая беда, у эльфийской королевы клиническая депрессия, отягощённая хроническим алкоголизмом. Чего ни хватишься, ничего нету. Опять отдуваются гномы и человеки. Хоббитов бы сюда.
Кстати, о хоббитах. Была такая старая шутка, как седой красноглазый редактор часами сидит над бесконечной чередой романов фэнтези, присылаемых в издательство, рвёт на себе остатки волос и приговаривает:
- Да когда ж вы все выберетесь из-под Толкина?!
И рассудком я понимаю, что можно придираться и придираться, но - не имею придираться никакой охоты. Сижу умиротворённая и вся такая лапочка, страничками шелестя. Быстро-быстро шелестя, с начала до конца, и опять в начало. Ибо в наш век проектов и перформансов непосредственное чувство дорогого стоит. Это ведь дар, если вдуматься, - относиться к выходящему из-под пера своего не как к шелухе, а как, простите за высокий штиль, к творимому миру, где каждая мшинка, каждый гвоздик имеют значение. Пусть характеры дебютантке ещё не очень даются, но какое внимание к душевным движениям персонажей, какая бережность. И - важно - медицински точное описание истерии в последних главах. Так болели наши крестьянки-предки от непереносимых несчастий скакали "скокухой", лягушкой и в поведении подражали этой холоднокровной твари. Потому что быть теплокровными - иногда непозволительная роскошь.
Патриция Маллен умерла, покончила самоубийством: метастазы, очень сильный болевой синдром. Ещё одна дверь между мирами закрылась, маленький пруд в золотом клайв-льюисском лесу, где бегают морские свинки, заболотился и зарос жёсткой осокой. Мы никогда не узнаем - сбылось ли видение Сины? До чего довоевался этот стратег-самоучка Глис? И наконец, кто кому батька - я тоже не узнаю!
Хотя... может быть, кто-нибудь досочинит? ...и снова бард чужую песню сложит и как свою её произнесёт.
[О.Э. Мандельштам, 1914]
83 понравилось
