Крысы. Романы

ЗДРАВСТВУЙТЕ! В любом романе, когда бы он ни был написан, кем бы ни был написан, независимо от жанра и авторской идеи, если книга хорошая и слог приятный, читатель найдёт для себя занимательные моменты. Они, как искорки, рассыпаны по всему произведению, если писатель вкладывает в свою работу душу и ему самому интересно то, о чём он пишет.

На сей раз Джеймс Херберт увлёкся крысами биологического вида Rattus rattus – чёрная, или корабельная крыса, превратив их в фантастические чудовища – крыс-мутантов. Мы узнаем о крысах-людоедах Херберта практически всё. Но при этом человеческие персонажи уходят на второй план: им отводится роль жертвы или героя в противостоянии с монстрами.

Люди, которые стали жертвами пасюков-людоедов, психологически не на много отличаются от персонажей, которым автор отводит главную роль. Возможно, что Джеймс Херберт это делает намеренно, привлекая внимание не к человеку как индивидууму, а результату взаимодействия людей с окружающей средой, природой.

Но увидеть можно не только это, если взглянуть на морально-нравственные проблемы «хомо сапиенсов» глубже. Деградации нашего вида Херберт тоже уделяет немалое внимание. Стоит обратить внимание, кто в первую очередь становятся жертвами нападения жаждущих крови мутантов. Не просто же так. Автор что-то хочет сказать …

«Крысы», «Логово» и «Вторжение» Джеймса Херберта – не психологический триллер, а зоохоррор. Хотя границы между этими жанрами во многих произведениях бывают размыты, здесь хоррор проступает чётче, но не так шокирующе кровожадно, как в современных произведениях этого жанра. Лично для меня это более приемлемо. Точнее, хватает.

«… зрелище множества черных крыс, спрыгивающих с подоконников, дрожащих от нетерпения, визжащих от ярости, вполне могло бы довести любого человека до инфаркта.»

** Итак, «Логово» – это вторая книга трилогии «Крысы», которую многие воспринимают как классику жанра. Книга была написана в 1979 году, т. е. отстоит от первого романа «Крысы» (1974) на 5 лет. Действие второй книги разворачивается четыре года спустя после «лондонского Нашествия», описанного в начале трилогии.

Читатель сталкивается с тем, что популяция крыс-мутантов не только не уменьшилась, но увеличилась, достигнув критического уровня. А поскольку реально в Лондоне на время написания «Логова» – 1974 год – популяция крыс, по мнению автора, близка к достижению критического уровня, то, думается, это обстоятельство могло послужить триггером для продолжения романа «Крысы», а также следующего за «Логовом» третьего романа – «Вторжение», в котором действие перемещается в Лондон.

В «Логове» крысиная опасность распространилась на зелёный пояс Лондона: лесопарковая зона вокруг столицы – заповедник Эппинг-форест и прилегающие территории. Здесь есть не только лес, но и водоём, а также развалины «заброшки». В целом ландшафт фермерский. Есть улицы трейлеров – ненадёжное жилье для людей с низким социальным статусом. Как видим, эта черта характерна не только для США, но встречается и в Великобритании. И есть воинская часть. Для полчищ крыс «корма» более чем достаточно.

Персонажи в романе новые. Почти все. Главный персонаж – Лук (Лукас) Пендер, сотрудник компании «Крысолов». Ему предстоит сыграть ведущую роль в очистке территории от крыс.

Действие разворачивается вокруг конфликта между людьми и мутировавшими крысами в ходе бездумного человеческого эксперимента. По сути, это было надругательство над природой, связанное с ядерными испытаниями и усиленное любительскими генетическими пробами скрещивания мутировавших крыс с крысами вида Rattus rattus.

Эти грызуны-мутанты стали более сообразительными, научились скрываться и избегать прямого контакта с людьми, пока не обнаружат их уязвимость. В их сообществе сформировалась сложная социальная структура с четкой иерархией: появились вожаки с двумя головами, «стражники», охраняющие территорию, и обычные «солдаты».

В отличие от первой части, где напряжение нарастало постепенно, основные события «Логова» разворачиваются в середине и конце.

В сравнении с первым романом, Херберт значительно углубил свою повествовательную технику, уделив особое внимание детализации. Он искусно передает атмосферу и обстановку, предоставляя читателю тщательно проработанное описание окружающей среды. Кроме того, автор демонстрирует более высокий уровень мастерства в изображении сражений, что придает тексту дополнительную динамику и глубину. Чувствуется рост писательского мастерства.

Джеймс Херберт исследует психологию крыс, уделяя особое внимание их поведению в стае, инстинктам и психологическим моделям поведения, присущим более высокоорганизованным существам.

Автор долго подготавливает конфликт между людьми и крысами. Может показаться, что развитие действия затягивается. На мой взгляд, это оправдано. Дж. Херберт включает много событий, которые как будто не влияют на основной сюжет. Но если отдать бразды правления развитием сюжета Её Величеству Природе, то именно на природе человека (наиболее её гнусной стороне) сосредоточено внимание писателя: отход от веры священника, греховодничество – прелюбодеяние, сексуальное извращение. Люди подвергаются нравственной «мутации»; крысы-мутанты только начинают перенимать у людей их повадки.

Конфликт между крысами и людьми можно сравнить с борьбой дикой природы, возмущенной человеческими действиями, и цивилизации, которая, несмотря на свои достижения, постепенно деградирует морально и нравственно, создавая угрозы своему существованию.

В «Логове» Джеймса Херберта противостояние людей и крыс выходит за рамки банального хоррора про опасных зверей. Автор выстраивает напряжённый диалог двух стратегий выживания – человеческого разума и звериных инстинктов, которые у мутировавших крыс тоже трансформируются и усложняются.

Крысы перестают быть просто носителями рефлексов. Их поведение обретает черты разумной деятельности. Их стая социально организована и имеет чёткую иерархию. Появляются вожаки и правящая элита, а хаос агрессии, который был в первой книге, превращается в управляемую угрозу.

Стратегия поведения крыс приобретает заметные очертания. Вот тут-то и пригодились, казавшиеся ненужным затягиванием сюжета, эпизоды. Крысы выбирают людей для нападения. Может быть это инстинктивный, но всё же расчёт: напасть на слабых, неосторожных, изолированных.

Мутанты адаптировались к технологиям: они научились избегать ядов и ловушек; «просчитывают» наперёд шаги людей. Крысы учатся выживать, а люди нет. Они не смогли извлечь уроки из «лондонского Нашествия». Природа может научиться противостоять самоуверенному превосходству человека. Человека порою ничему научить невозможно …

Теперь мы видим, что страшна не столько звериная кровожадность, сколько недооценённые изощрённость и непредсказуемость.

Человеческий разум, как показывает писатель, может не только спасти, но и подвести. Обе эти ипостаси хорошо здесь отражаются. Бюрократическая инерция – бич современности везде, где требуются решительные и незамедлительные действия. Потому что разумом чиновников управляют политические игры, корыстные интересы … Поэтому информация замалчивается, необходимых ресурсов либо нет, либо они ненадлежащего качества, либо их не умеют использовать рационально. В общем, как всегда. А если война, то такой разум противнику только на руку. И когда наступает критическая ситуация, то не враги-мутанты действуют хаотично и паникуют, а люди, причём ответственные.

На этом фоне только один крысолов Лук Пендер – герой. Выходит, что индивидуальная сила воли способна противостоять надвигающейся угрозе. Спасать мир почему-то часто приходится в одиночку.

** Мутациям в романе отводится ключевая роль. Они отражают человеческую деятельность. И в то же время мутации могут стать грозным оружием против человечества. Мы видим, как Джеймс Херберт выстраивает чёткую причинно-следственную связь.

Дикая природа «отвечает» людям их же оружием. То, что люди используют для доминирования (адаптация, организация, технологичность), возвращается в виде мутировавшей угрозы. Крысы адаптировались к человеческой цивилизации и могут отражать её: они тоже строят иерархию, «воюют», используют тактику.

Проникновение «человеческого» в «звериное». Крысы Херберта не только чудовищно плодовиты, но и рост их интеллекта невероятно интенсивен: они уже не те, что были в первом романе. Всё труднее определить грань между их действиями и стратегическим мышлением людей. Этот аспект часто встречается в хоррор-произведениях XX века: люди боятся не только чудовищ, но и того, что они становятся слишком похожими на них.

Итак, «Логово» – это не просто хоррор о крысах-мутантах. Это размышление о том, как выживание вида зависит от баланса между инстинктами и разумом, и о том, что любое вмешательство в природные процессы может обернуться непредсказуемым вызовом, где границы между «цивилизацией» и «дикостью» начинают стираться. Культурные страхи конца 1970 х входят в резонанс с темой «инстинкты против разума».

Сегодня уже никто не сомневается в том, что у прогресса есть своя цена. Если человек преобразует мир ради комфорта и доминирования над природой, осознаёт ли он риск того, что новые системы могут начать функционировать по своим правилам, которые окажутся настолько непредсказуемыми по своей губительности, что и в кошмарном сне не приснится? Вопрос не новый, однако …

Хороший роман в своём роде.

ЗДРАВСТВУЙТЕ! «Крысы» (1974) – это трилогия Джеймса Херберта + четвертая книга – графический роман. Первая книга с одноимённым названием не даёт полного представления о дебютной работе писателя. Есть мнение, что это классика хоррора. И можно догадаться, что будет во второй книге.

Но живописные картины массового нашествия огромных черных крыс размером с собаку, заполонивших сначала район Ист-Энда, а затем прорвавшихся в центральные части Лондона впечатляют до омерзения. И, разумеется, это очень страшно.

Мутировавшие грызуны не лишены интеллекта и кажутся разумными. Это хищники, питающиеся животными и людьми. Читатель ещё не знает, откуда они появились, и какие идеи автор вложил в своё произведение. Пока нас поражают картины жутких апокалиптических сцен массового нападения чудовищных крыс на людей. Они нападают на поезда метро, школу, зоопарк …

Ясно, что писатель не просто так хочет напугать и впечатлить своего читателя. Это нашествие крыс-мутантов – либо фатальная ошибка какого-то человеческого эксперимента, возможно, военных, вырвавшегося из-под контроля, либо карающая рука самой природы, возмущённой беспределом человечества. Во всяком случае, как мне кажется, проступает аллегория человеческой безалаберности, недальновидности и безответственности.

Самое впечатляющее в романе «Крысы» – это то, что случись такая катастрофа на самом деле, её практически невозможно было бы остановить. Автор даёт описание этого вида животных, а затем делает допущения на факторы мутации, и мы можем видеть результат, многократно превосходящий опасность обычного биологического вида Rattus rattus – чёрная крыса.

Крысы и пауки чаще других природных объектов вызывают у большинства людей иррациональный страх. Для меня – особенно крысы как разносчики заразы. Крысы примечательны тем, что это одни из древнейших животных, которым удалось выжить и сохранить признаки вида до наших дней. Неспроста Джеймс Херберт в качестве меча возмездия выбрал именно этих животных.

Автор подчёркивает, что иррациональный страх перед древними и неизвестными существами, такими как мутировавшие крысы, может оказаться сильнее логических аргументов. Нашествие грызунов служит метафорой стойкости и выживания в мире полном опасностей. В итоге крыса, сосуществовавшая с человеком на протяжении веков, берёт верх, демонстрируя, что процессы эволюции и выживания не подвластны человечеству.

«Я черный крыс, любимец темноты. Я чую смерть в пасючьем писке. Я смерти брат. Я с вечностью на «ты». Свеча горит. Текут записки, Трактат о том, в сравненьи с кем коты И не презренны, и не низки. Установив, что человек ― урод В наружности, в любви и в браке, Я заявляю: даром он живет, Его бессмертье ― это враки, Ибо, погибнув, он гниет, как крот, В земле, в безвестности, во мраке.»

(Тарловский М.А. «Я, чёрный крыс, потомок древних рас …»)

**** Неспроста главный герой романа – школьный учитель Харрис проживает в знаменитом своей неблагополучностью районе Лондона – Ист-Энде. Автор применяет социальную критику. Он демонстрирует, как власти предпочитают не замечать проблему, пока она не становится катастрофической. Делает акцент на уязвимости малоимущих и небрежности в области санитарных условий и инфраструктуры (изношенные канализационные системы, послевоенные руины).

«— Тогда крысы перестанут быть проблемой только Ист-Энда. Власти не смогут преградить им доступ в другие районы, и они разбегутся по всему Лондону.»

Именно он, обычный школьный учитель Харрис, в первую очередь сталкивается с проблемой необычных крыс, которые внезапно стали агрессивными. Он вынужден искать способы борьбы с ними, поскольку используемые методы дератизации не дают результата. Перед нами история человека, который пытается выжить в экстремальных условиях, когда власти практически оказываются бессильными и не могут самостоятельно принять необходимые меры, чтобы спасти Лондон.

В конце первой книги трилогии мы видим, что истребить древние существа было невозможно. Человек не победил. Но и крысы не победили и не проиграли …

Осталось отметить, что Херберт повествует динамично, и при этом меня не покидало ощущение просмотра фильма. Мало описаний. Акцент писатель делает на действии и диалогах. Тем не менее атмосферность книги довольно-таки ощутимая: и картинки, и запахи, и ощущения персонажей – всё это есть.

Хоррор без напряжения – не хоррор. Писатель напряжение создаёт с помощью кратких, рубленых фраз. А красочные, визуальные детали описания жутких нападений разумных крыс-мутантов вызывают мороз по коже. Слабонервным лучше не читать …

Роман хороший в своём жанре. На шероховатости можно не обращать внимание. Лучше начать читать вторую книгу трилогии – «Логово». Если первая книга, как говорится, зашла.

ЗДРАВСТВУЙТЕ! И всё-таки «Крысы» – мощный роман. Конечно, зрелого и опытного читателя трудно удивить чем-то сегодня. Но эта трилогия не столько удивляет, сколько заставляет думать. И содрогаться …

В третьей книге о крысах мутантах – «Вторжение» Джеймс Херберт компилирует две сюжетные линии: ядерный апокалипсис в Лондоне с атомными взрывами и биологическую угрозу – пожирание людей огромными крысами-людоедами.

Автор не ставит задачу напугать читателя жуткими картинами конца света. Если вдуматься, то хоррор превращается в притчу. Писатель размышляет о человеческой природе, самоуничтожении цивилизации и цене выживания. На мой взгляд, эти ключевые идеи Херберта актуальны сегодня как никогда. Если бы только люди умели слышать и слушать. Особенно те, кто толкает мир к катастрофе.

** Самоуничтожение цивилизации. Херберт не вдаётся в причины, почему случилось то, что случилось в Лондоне: пять ядерных ударов. «Ясно же», виноваты русские. Писатель предвидит последствия ядерной катастрофы: показывающие незначительность и бессилие социальных структур после вторжения врага. Ядерные бомбы превратили в развалины не только город; испарились не только люди, попавшие в эпицентр взрывов, но также исчезли качества людей, которые принято называть человечностью.

Люди собираются в стаи. И эти стаи отнюдь не основаны на инстинктах выживания вида. Здесь правят страх и подчинение силе. Каждый сам за себя. Это – люди! Люди, в скоплении которых больше нет никаких законов, морали. Никто никому не доверяет. Есть один принцип: ЧЧВ (человек человеку волк).

В двух первых книгах трилогии писатель метафорически уже развил идею о том, что закон и порядок – хрупкая плотина, готовая прорваться в любой момент под нажимом экстремальных обстоятельств. Крысы – это метафора скрытого хаоса под тонкой оболочкой притворного порядка.

Апокалипсис. «Пришла беда – открывай ворота». Мало ядерной катастрофы, так автор добавляет ещё и биологическую. Это очень ценно. Если вдуматься, то животный мир – не только крысы. И крысы могли бы оказаться в условиях Армагеддона не самым большим поражающим фактором. Но это уже совсем другая история. Пока хватит с нас и полчищ крыс-мутантов.

По идее Херберта апокалипсис грозит двумя видами поражения. Техногенная угроза (ядерная война) как итог человеческих амбиций, фатальных ошибок, безумия. К ней плотно примыкает биологическая угроза в виде крыс-людоедов. Но она является рукотворной. Из предыдущих книг читатель знает, откуда взялись эти монстры. Силы природы действуют по законам выживания. Хаос апокалипсиса низводит людей до состояния крыс. Грани между цивилизацией и дикой природой стираются.

В романе «Вторжение» Фрэнк Герберт не оставляет людям надежды на спасение. Спасаясь от радиации, они уходят в подземные укрытия, где сталкиваются с крысами. Человечество само загнало себя в эту ловушку. Технологический прогресс без учёта последствий ведёт к гибели на поверхности и под землёй.

Автор рассуждает о человеческой природе. Он безжалостен к людям. Мы видим, что с ними происходит в условиях отсутствия внешних ограничений. Это ужасно, когда дозволено всё. Борьба за власть с позиций силы. Предательство. Жестокость и паранойя. Но случаются и самопожертвования. Правда, исключительно редко.

В общем, писатель рисует постапокалиптическую картину мира, когда остатки человечества не способны объединиться без конфликтов и противостояния даже перед лицом всеобщей угрозы. Люди по-прежнему остаются теми же самыми людьми, что и были до всеобщей беды – Третьей мировой войны. Только ещё злее и беспощаднее.

Люди как люди. А что же можно сказать о крысах? На мой взгляд, крысы – это символ обратной стороны цивилизации и прогресса. Что-то мы вытесняем, маскируем, изгоняем из своего сознания, боимся видеть очевидное. А оно есть, никуда не делось, но спряталось, ушло в трущобы, подземные коммуникации, тёмные углы … И копится там. И развивается. Мутирует. Усиливается. Копит силы, чтобы отыграть реванш.

Разве не очевидно, что природа всегда готова вернуть себе то, что когда-то уступила людям? А люди всегда готовы к тому, чтобы вернуть себе то, что когда-то уступили в ходе войн. Как же может быть иначе, если люди – часть природы? Автор напоминает нам о цикличности истории.

Кроме того, крысы Херберта – это аллегория неуправляемых угроз: эпидемий, стихийных бедствий, в происхождении которых виноваты люди. Человеческий фактор. И последствия влияния человека на природу не предсказуемы и не имеют границ.

… Заключительная часть трилогии вызывает чувство грусти, но не оставляет читателя в полном отчаянии. Автор намекает, что до тех пор, пока существуют люди, сохраняющие свои лучшие качества, есть надежда на возрождение. Это ярко проявляется в моментах, когда персонажи поддерживают друг друга, несмотря на жестокие законы выживания.

Думаю, что трилогия «Крысы» не утратила актуальности до наших дней. На мой взгляд, идеи Херберта сегодня, спустя десятилетия после выхода книг, звучат ещё острее:

• Угроза ядерных катастроф. Риск ядерной войны остаётся. Последствия будут глобальными и затронут всё живое.

• Биологические угрозы. Пандемии, мутации вирусов – всё это делает тему катастроф пугающе реальной. Природа может отомстить за наше пренебрежение.

• Социальный раскол. Разделение на «своих» и «чужих», борьба за ресурсы, недоверие к институтам – эти проблемы, показанные в трилогии, обострились в XXI веке. Книга заставляет задуматься: как не допустить, чтобы кризис лишил цивилизацию человечности?

• Экологические страхи. Трилогия – ранний пример экологической антиутопии. Херберт показывает: разрушение природы неизбежно бумерангом возвращается к человеку. Сегодня, в эпоху климатических изменений, это предупреждение особенно актуально.

• Психологическая устойчивость. «Вторжение» напоминает: выживание – это не только физическая борьба, но и моральная стойкость. В мире, где стресс и неопределённость стали нормой, этот урок бесценен.

** Кратко «Вторжение», как и трилогия «Крысы» Джеймса Херберта, – не просто хоррор, а предупреждение. Автор показывает, что главная угроза человечеству – не бомбы и не хищники, а наша собственная неспособность договариваться, доверять, ставить общее выше личного. Трилогия остаётся актуальной, потому что задаёт неудобные вопросы: готовы ли мы к кризису? Что в нас возьмёт верх – человек или зверь? И если катастрофа случится, сумеем ли мы сохранить то, что делает нас людьми?

Эти книги, на мой взгляд, стоит перечитывать сегодня – не ради острых ощущений, а ради трезвого взгляда на мир, который, как и в романе Херберта, балансирует на грани. Жутко и совсем не наивно …