Замок. Новеллы и притчи. Письмо отцу. Письма Милене

Постижимо ли непостижимое?
Логичен ли абсурд?
Уродлива ли красота?

Линейка подобных вопросов – бесконечна. Ответы – определенны в собственной неопределенности. Линейка вопросов вроде бы и бесконечна, но в итоге приводит к началу. А, значит, и топология логики абсурда, постижимости бесконечности или уродства красоты, имеет форму круга. Замкнутость и обращенность на себя. Отсюда – либо бесконечный нарциссизм, либо разрушительная саморефлексия. Самокопание на старый манер. Что было «выбрано» Кафкой – почитайте Франца Кафку.

Наверное, всегда возникает вопрос: как всё это могло прийти в голову? «Всё это» - Кафка, процесс и замок и рассказы. Кафка без «всего этого» - наверное, его «Из дневников». Итак: как всё это могло прийти в голову? Думаю, рецепт безобразно прост. Много таланта (а для меня Кафка – гениален). Много переживаний. Обостренное до болезненности, как сказал бы Достоевский, восприяние – мира, себя и собственной судьбы. Достаточно «свободного» времени. Микст – взрывоопасен. Ну он и взорвался. Помните ли вы памятник Кафке в Праге? Ну вот как-то так и есть.

Что, Кафка был первым, кто увидел всю нелепость, абсурдность невротичного государства, пытающегося снять собственный невротизм максимальным упорядочиванием общественных нравов и государственного же управления? Нет, конечно. У любого мыслящего человека возникали сходные чувства и размышления. У любого, даже и не обладающего литературными талантами. Был ли Кафка первым, таковым талантом обладающим? Нет, конечно же. У него столь же гениальные предшественники – Гоголь и Достоевский.

Представим себе ежедневно приходящего на службу в страховую компанию «нервического» молодого человека, мужчину, вообще не стремящегося к какому-то карьерному росту. По причине бессмысленности в его понимании самой службы. Тупая и бессмысленная? Да. Ненавистная? Абсолютли. Но кормящая, так или иначе. Это как с ранним Пелевиным, не сразу ушедшим в профессиональную литературу. Представить ситуацию этого молодого человека тем более не так сложно, потому как большинство креативного ли класса, офисного ли планктона, - определения суть дело вкуса, - так и живет-трудится, быстренько сделав «основную» работу, занимается рефлексией или чем-то там ещё. Но, безусловно, одно: чтобы получился «Замок» помимо таланта и воли необходимо знание фактуры. А этого у пражского гения было более чем.

Не думаю, что будет офигительно смелым утверждение о том, что лично для Кафки Замок – это фигура отца. В классическом виде. А есть ли в романе фигура матери? Думаю, что Гардена, трактирщица, - ну уж очень мутная такая фигура. Предположение, что она – это фигура матери – такое предположение будет офигительно смелым. Смелым до офигелья. Возможно, столь же офигительно глупым. Кто их, этих Кафок, знает! Мы в пражских университетах не учились!
Несколько прочитанных романов (Бёлль, Томас Манн, Джойс и, конечно, наш автор) открыли для меня различные способы миротворения. Кафка для меня – это такое насекомое-созидатель (насекомое, конечно же, метафора): он выстроит мир везде, к чему прикоснется, к любой, самой ничтожной точке, песчинке, пылинке, былинке. Через какое-то время здесь обязательно будет нечто, какое-то сооружение, в котором можно укрыться (укрыться, уединиться – разве не это было эмоциональной доминантой поведения самого Кафки?!), переждать, дождаться лучших времен. Посмотрите, что он делает с персонажами – к кому бы он не прикоснулся, обязательно здесь будет что-то, что защитит, прикроет, что обязательно будет интересным, как минимум, и непростым как максимум. Ну, например, Пепи. Никто и звать никак – так сегодня выражаются в подобных случаях. Но что это? Она начинает говорить. И что? А то, что она – не моль бледная, тварь дрожащая и бессловесная. Она маленький-маленький, но человек! И сердце у неё, пусть и не замысловатое (уж прощу прощения за корявое слово), но теплое, доброе, сердце человека у неё. И ум – да, незамысловатый, но по-человечески простой, даже ясный. И душа у неё – совестливая, пусть и своей правдой.
Миростроительство автора ведь на самом деле удивительное. Строить миры из абсолютной сингулярности, наделять их гуманистическими смыслами – дело божественное. Наш автор с этим справляется изрядно. Разве кого-то смущает незаконченность романа? Да ради бога! Как творить законченные миры, являющиеся в то же время составными частями друг друга? Это – к Францу Кафке.

Для меня счастье – находить в себе какую-то каплю человеколюбия Кафки, его гуманизма.
Книжку, конечно, к прочтению. Из подборки «100 книг, которые необходимо прочесть прежде, чем…»

Бесспорно , что Кафка гениален и его творчество - и объект , и продукт, и первоисток откровенного новаторского в психологии, философии и литературе.
Половину я читала, дальше слушала аудиокнигу, потому что мне так было легче, нет такого сильного погружения.
Атмосфера тотального АБЬЮЗА - это атмосфера «Замка».Я была внутри таких отношений и меня это «накрыло», как говорят. Кто хочет понять каково это- почитайте диалоги К. И Фриды , особенно во втрой половине произведения. Про абьюз тела, души и мозга - для меня здесь об этом : отношения деревни и чиновников, устройство комнат, портреты людей - абьюз про абьюз во время абьюза.

После " Франц Кафка - Превращение , которое мне понравилось, но без сомнения показалось сложноватым, я не спешила продолжить дальнейшее знакомство с писателем. И если б не игра я, наверное, ещё долго не решилась на следующее творение Франца Кафки.

И ВОТ Я ПРИБЫЛА В ДЕРЕВНЮ ПОЗДНЕЙ НОЧЬЮ - частично прочитала, частично прослушала книгу...

РАННИМ УТРОМ Я ОТПРАВИЛАСЬ В ЗАМОК, РАСПОЛОЖЕННЫЙ НА ГОРЕ -мне нужно уложить в голове, создать образ, организавать свои впечатления о произведении...

НА СЛЕДУЮЩИЙ ДЕНЬ Я СНОВА И СНОВА ПРОБОВАЛА ДОБРАТЬСЯ ДО ЗАМКА -начинала писать свою рецензию...

У МЕНЯ НИЧЕГО НЕ ПОЛУЧИЛОСЬ - я вынуждена была снова и снова откладывать...

Я ПЫТАЛАСЬ СНОВА ДРУГИМИ СПОСОБАМИ (К ПРИМЕРУ ВСТРЕТИТЬСЯ С ОБИТАТЕЛЯМИ ЗАМКА) - я читала критику и анализ произведения...

И ВОТ ДО СИХ ПОР Я НЕ ПОПАЛА В ЗАМОК-я до сих пор не закончила рецензию и публикую её незаконченной...

А если серьезно, я не доросла до Кафки... Я, конечно, с помощью анализов и критических статей поняла общую суть произведения и метафору, но душой, сердцем я не почувствовала это сама лично. При этом я оцениваю высоко произведение, потому что было интересно , мне ни разу не хотелось отложить и начать другое произведение. Может это был просто интерес, интрига: к чему все это приведет ? Я не знаю, но было любопытно, было смешно и грустно. Кроме того я ставлю оценку авансом, я надеюсь, я почти уверена, что если я прочитаю произведение лет через 5 глубокий смысл книги до меня дойдёт:)

Давно собиралась познакомится с творчеством Франца Кафки. Хотела "замахнуться" на "Замок" или "Процесс", но сетевые источника не советовали этого делать, а начать с чего-нибудь менее глобального, не по содержанию, по объему.

Думаю, что сюжет новеллы известен многим, я также была знакома с ним в общих чертах.

Молодой человек Грегор Замза, работающий коммивояжером, проснувшись утром в своей постели, обнаружил, что превратился в огромное мерзкое насекомое. Кафка подробно описывает новое тело Грегора, какие тот испытывает неудобства (как ему еле-еле удается встать с постели, ценой больших усилий повернуть ключ в замке, чтобы открыть дверь...) Далее, читатель видит реакцию семьи на превращение Грегора...

Сказать по правде, эта реакция меня вначале озадачила. Я бы не стала её сравнивать, как если бы Грегор заболел какой-нибудь жуткой болезнью или стал инвалидом. Ведь, в этом случае окружающие проявляют сочувствие. Здесь же, реакция другая, сравнимая с той, если бы вы узнали, что ваш близкий человек маньяк-убийца. Грегор внешне стал чудовищем, хотя и не утратил человеческих качеств. Однако, его семья считает по-другому, им стыдно и неудобно.

Сестра Грегара, поначалу пытается  ухаживать за братом, видимо вспоминая, как тот заботился о ней. Мать не может принять ситуацию, поэтому, когда видит Грегора, каждый раз находится на грани обморока. Отец испытывает злость, так как считает, что сын их "опозорил".

Меркантильные интересы также играют определенную роль, ведь Грегор был кормильцем семьи. Тем не менее, после превращения семья худо-бедно справляется с материальными трудностями. Отец устраивается на работу, одну из комнат решают сдать. Но жильцы, случайно увидев Грегора, пришли в ужасе. Они отказывается от комнаты. Становится понятно, что семья не сможет наладить быт, пока Грегор жив.

А что же Грегор? Почему он превратился в насекомое? Об этом нам ничего не известно. Вначале Грегор  испытывает вину, что подвел семью. Хотя, в чем он виноват? Потом его начинает раздражать, что о нем не заботятся. Не пытаются выяснить какую пищу он хочет съест, не убирают у него в комнате. И умирает он, хотя Кафка и пишет, что от воспаления, яблоко застряло у него в чешуйках и начало гнить, но на самом деле оттого, что семья от него отвернулась...

С одной стороны, мерзкая история, но с другой, пронзительная и трогательная.

Каждый раз, когда я читаю Кафку в моей жизни происходят необъяснимые досадные явления, которые мешают обычному рабочему процессу, на решение которых нужно потратить время в очередях, общении с чиновниками или клерками, которые не могут решить мой вопрос сразу, а просят предпринять дополнительные действия с ненадёжным результатом. Например, банк просит предоставить странные справки, или принести странные документы, но даже если я принесу все что надо, не сможет решить мой вопрос, попросят что-то ещё. Зато стоит мне книгу дочитать, как ситуация временно разрешается. Или кажется, что разрешилась. Но тут я встречаю М., который говорит, что такие ситуации происходят постоянно, вне зависимости от того, читаю ли я Кафку, или Энн Рэнд, просто я обращаю на них больше внимания. Всё равно что, присмотрев красный автомобиль, на улице то и дело замечаешь красные автомобили, и кажется их стало гораздо больше, чем было раньше.
Простой, но совсем не понятный текст, оказывает какое-то гипнотизирующее действие, меняющее окружающую реальность. Или меняется восприятие реальности, надеваются странные очки с мутными стёклами, которые от того, что из протираешь, становятся ещё более мутными. Или читаешь, и погружаешься в странный сон. Или просто слишком устала за день, и скучное действо без конца и без края, засасывает в своё болото. И в этом процессе нет скуки, езатотполно экзистенциального ужаса. Или внезапно, ловишь себя на мысли, что то, о чем сейчас подумал, вовсе не то, что есть на самом деле, но и другой вариант не ближе к истине, чем первый. А то, что будто промелькнуло вдали, рассыпается и исчезает, стоит за этим потянуться. Почва уходит из-под ног. Безумие вселяется в мир и сознание. И смерть не избавляет от мучений.
Сюжет - условный, герои схематичны, цель призрачна, смысл туманен, чтение бесконечно. Но не читать невозможно.
Моё впечатление не претендует на объективность и понимание глубин текста, не раскрывает ничего и вообще вряд ли имеет для вас значение и смысл, но мне стало хорошо, от моей графомании.

В 89-м, разбирая макулатуру, сваленную в Пионерской комнате, я наткнулась на журнальную публикацию. Пионерская организация тогда только что почила, но преддипломной практики старшей пионервожатой никто не отменял, директриса школы, где я должна была ее пройти, предложила пересидеть в Пионерской, куда снесли макулатуру. Там я и отыскала "Замок". О Кафке к тому времени только слышала, попробовала читать осторожно, и провалилась в иррациональный, холодный, жестко структурированный мир романа.

35 лет спустя у ВИМБО вышла аудиокнига,и я поняла, что хочу переслушать. Герой - землемер К, на всем протяжении повествования он будет обозначаться инициалом. Работу по специальности К. найти непросто, к тому же, у него сложные жизненные и финансовые обстоятельства. Приглашение в качестве землемера - это своего рода приз в житейской лотерее. Во всяком случае, обещающий возможность продержаться на плаву некоторое время. Если повезет - долгое. К. привлекателен, образован, неглуп, обладает чувством собственного достоинства. Возможно, на каком-то из жизненных этапов, ему не хватило усердия и настойчивости, чтобы реализовать собственные неплохие задатки более полно и добиться более высокого положения, а главное - уровня независимости. Но, скорее всего, обстоятельства не благоприятствовали ему, как многим из нас. Так или иначе, он в деревне у врат замка и впускать, как выясняется, его не собираются.

Замок - не столько архитектурный объект, сколько невероятно сложное по структуре бюрократическое образование, управляющее подданными посредством распоряжений, циркуляров и постановлений. Использующее всю мощь своих укреплений для еще большего обособления от людей, которыми управляет. Положение старшего помощника младшего дворника в Замке выше любой из выборных должностей вне его пределов. Получить пропуск для аудиенции почти так же сложно, как верблюду пройти сквозь игольное ушко.

Собственно, история сосредоточена на получении этого пропуска. К., пользуясь обходительностью и обаянием, обзаводится знакомствами, по большей части благосклонными среди женщин (Ольга, Амалия, Трактирщица, Пепи), и настороженно-враждебными среди мужчин (Учитель, Староста, Мом, Брунсвик, навязанные помощники Артур и Иеремия). Он встречает девушку, которую, кажется, любит (Фрида - буфетчица в замке и любовница могущественного чиновника Кламма,). Хотя непонятно, любовь это или попытка пробиться в Замок с другого входа. Кстати, в аудиокниге, начитанной Макаром Запорожским, имя Кламма звучит как Дупль, я постоянно испытывала при его упоминании некоторый дискомфорт. У этой прозы свойство внедряться в сознание предельно глубоко - даже не вспоминая треть века о книге, я привязывала к тексту именно Кламма.

В романе как-бы ничего не происходит, и в то же время постоянно что-то случается, и человек проходит сквозь череду унижений. одно другого горше, а оставить время-место, в которых все происходит, не может. И тень Замка, демонстративно отстранившегося, нависает над всем, определяет до малейших нюансов здешние поведение и обстоятельства, искажает нормы морали и понятия порядочности до полной отмены. В этом смысле интересно рассмотреть отношение Деревни к чиновникам Замка, вступающих с местными женщинами в сексуальные отношения: уважение и почет, окружают Фриду с Трактирщицей, но всеобщий остракизм практически уничтожает семью Амалии, посмевшей отказать чиновнику.

Даже намек на наличие или отсутствие внимания со стороны Замка мгновенно и радикально изменяет. уровень социального престижа индивида. Здесь ничто не говорится, не делается напрямую, но все ввязаны в сложнейшее переплетение намеков, умолчаний, экивоков. И начиная слушать, я думала, что отдаю дань своей ностальгии, а закончив - не сомневалась в сегодняшней актуальности Кафки.

Одно из лучших произведений, которое я когда-либо читала. Нет. Лучшее произведение среди тех, которые были и еще будут перед моими глазами. Я не помню ни одного другого, которое бы я читала от начала и до конца с такими чувствами и со слезами на глазах (да простят меня мои любимые книжки).
"Превращение" ошеломительно - ОТ и ДО.
В одной из рецензий была мысль о том, что Грегор еще до превращения был похож на насекомое - пресмыкался перед родными, был лишь источником дохода для семьи и прочее. Но разве можно стремление сделать своих родных счастливыми назвать пресмыканием или унижением? То, что они это не поймут или не оценят -другой вопрос. Мы можем говорить о самопожертвовании Грегора, но никак не об унижении.
Но почему же он превратился все-таки именно в жука... Уж не потому ли, что многие люди их так боятся? Один вид их приводит в ужас и вызывает чувство омерзения? Особенно "смелые" тут же бросаются их давить... Но что они сделали плохого, что бы заслужить к себе подобное отношение? Безответные, трудолюбивые, но пугливые и беззащитные, которые только и могут что попытаться убежать от агрессивных недочеловеков...
Я до последнего надеялась, что финал будет хотя бы открытый, потому что за Грегора болела душа, но... Конечно это было невозможно...

Рано или поздно это должно было случиться – я наконец-то по-новому взглянул на творчество Кафки. И как же я этому рад. Когда-то в далеком уже 20ом году моё поле зрение упало на “Процесс”, а прочтя его роман оставил меня с такими мыслями: “В чём смысл?”, “Где искать метафоры?”, “Почему именно так и зачем?” и тд. Было много таких вопросов, но они оставались не решёнными, а скорее заброшенными вместе с произведением в долгий ящик. НО в 21ом году меня настигает повесть Достоевского “ Двойник. ”, ставшая моей любимой в его малой прозе. В какой-то степени мне тогда стал больше понятен жанр гротеска, хоть Кафка пишет не в нём, но не суть. Похожая атмосфера, герои, их мысли. Всё это помогло понять уже с другой стороны творчество Франца, но этого было недостаточно, как сказало мне моё внутреннее чувство.
Дальше случился Булгаков, с его “ Дьяволиадой ” – это было похоже на двойника, но и отдавало кафкианским ужасом перед бюрократической машиной. Такие же в меру запутанные лабиринты коридоров, дверей и чувств персонажей. Всего, что было у Достоевского, только помноженного на два. Такова была следующая ступенька к познаю творчества Кафки. Но мне и этого было мало.
Третья ступень, имеющее название снисхождения на меня Владимира Набокова. А именно “ Приглашение на казнь ” – одно из самых сложных и увлекательных произведений, позволивших наконец п р о ч у в с т в о в а т ь Кафку. “Процесс” и “Замок”, собранные воедино, погрузившие в это состояние, которое испытывает Цинцинат – дали мне наконец понять, что я готов. Около двух лет пути к творчеству Кафки завершились. Я пришёл к “Замку”.
Один из атмосферных романов Кафки, меня затянуло с головой. Мы вместе с К. переживали все события, что происходили с ним. Все это было для нас суровой реальностью. Ведь одно из первых уроков, который дал мне путь к Францу – это воспринимать все всерьёз, жить этим миром, а не говорить, что это какой-то бред, ерунда и абсурд. Погрузитесь и посмотрите глазами К. или Йозефа К. Детектив, головоломка, лабиринт – неважно. Ломать голову над загадками мира Замка интересно, даже если он не закончен, всегда можно закончить или предположить самому. Мне нравится тот вариант, что К. деградирует до состояния обывателей деревни, возвращаясь в начало, но теперь в качестве жителя, который будет мешать остальным путникам добраться до истины, до иллюзорного Замка. Более чем уверен, что с каждым перечитыванием оно будет складываться по другому.
Замок – машина, а жители часть этой машины, некие шестерёнки, что помогают ей существовать. Даже если её не существует, то люди верят в неё, они её и создают. Есть много интерпретаций пути К. в Замок, самого романа, творчества Кафки, но не воспринимайте их в серьёз, ищите себя и свой взгляд на его творчество. Больше мне понравилось читать его после “ БиоГрафический роман о Кафке ”, потому что я больше узнал о самом человеке, о его жизни. Почему его творчество такое и какие внешние давления были двигателем творчества. Хоть Набоков говорит, что восприятие произведения через биографию плох, но я с ним крайне не согласен. Это не только не сужает твоего взгляда на произведение-творчество, сколько даёт больше чувств и отдачи для произведения. Так же было и с “Замком”. Для большего погружения надо будет прочитать Письма без исключений ко всем, кому писал Кафка, особенно к отцу, где происходит анализ его личности от него самого же. А не от кучи левых философов, кхм. После писем и дневников я обязательно ещё раз вернусь к К. и Замку!

- Тебе уже ... лет, а ты все еще не читала Кафку!

• Отстань, не хочу Кафку.
• Один маленький мальчик по имени Генри читал Кафку каждое утро и вырос большим, здоровым и красивым.
• Во-первых, я не мальчик, и уж точно не маленькая. Насчет "здоровым и красивым" у меня, конечно, имеются сомнения, но Кафка точно не поможет.
• Ну как ты не понимаешь, все приличные люди в твоем возрасте его уже по третьему разу перечитывают, а ты Громыко в очередной раз берешь.
• Громыко не трожь! Так и быть, будет тебе Кафка.

  Сюжет "Превращения" был известен даже мне: некто коммивояжер Грегор Замза однажды обнаруживает, что превратился в жука. И спокойно сей факт воспринимает. Уже на этом этапе я поняла, что просто не будет. Хотя бы по тому простому признаку, что любой другой человек испытал бы хоть какие-то эмоции от превращения: удивление, ярость, гнев, истерику, переходящую в мысленное потрясание кулаком и угрозы найти того выпивоху мага или бога который и совершил превращение. Но нет, Грегор спокоен и невозмутим, как будто всегда знал, что он всего лишь гигантский жук в человеческом обличье и вот, наконец, эта неудобная шкурка облезла и можно всласть размять лапки. Из дальнейших непоняток: вот родители что-то спрашивают через дверь и Грегор-жук может сказать вполне членораздельное "Да" или "Нет". Вот он через пару минут толкает речь и уже его никто не понимает, а сам он не догадывается, что можно продолжать говорить "да/нет". Что это: запоздалое превращение или глупость людская? Спасибо хоть родители и сестра имеют эмоционально окрашенную реакцию на происходящее. Возможно, слишком эмоциональную. Далее идет описание нескольких месяцев жизни жука Грегора и его вполне человеческой семьи, где Кафка обнажает черствость людскую и наверняка что-то еще, а читателю ненавязчиво подбрасывается мысль, что Грегора и человеком не сказать чтобы особенно любили. Ну приносит деньги домой и спасибо, молодец, паши дальше.

  Хорошо что перед прочтением я ознакомилась с биографией Кафки, потому что в противном случае было бы сложно понять откуда берется эта горечь и беспросветность. Недавно у нас были дебаты и все вертелось вокруг фразы "Художник должен быть голодным". Поразительно, как много людей понимают голод буквально как бурчание в желудке, желание кушать и пустой холодильник. Но у Кафки был именно тот голод, который толкает на путь творчества. Путь он и достаточно обыкновенный, всего лишь желание любви, однако его достаточно, чтобы один еврей обнажал перед нами душу. Причем только из одного "Превращения" заметны неуверенность в себе, неудачные романы, проблемы с отцом и обостренное восприятие мира. Здесь, наверное, я должна бы испускать тяжкие вздохи и проклинать судьбу, но во-первых, Кафка мне пока не близок, а во-вторых, он слишком заметная фигура в литературе и, сложись у него в жизни все хорошо, быть бы ему примерным семьянином, счастливым в своей работе, каждое воскресенье навещающим престарелых родителей и даже не думающим о литературе. Так что пусть Кафка остается Кафкой.

  - Вот тебе Кафка, доволен?

• Что-то слишком тленно для меня и мрачно.
• А почему я по-твоему так долго отказывась его читать? Потому что у него сплошные пушистые зайчатки радостно прыгают по солнечной поляне?
• Угомонись уже, понял я все. Давай лучше Громыко читать.