Жерминаль

С предвкушением взяла второй роман Золя - мне очень понравился его "Человек-зверь". И эта книга не разочаровала - сердце сжалось, дыхание сбилось, и я буквально проживала эту историю. Не читала, а жила с героями. Дышала их чёрным воздухом.

***

Главный герой — Этьен Лантье. Молодой, без гроша, без еды, без будущего. Он приезжает в деревушку Монсу, в северной Франции, и устраивается на шахту.

️ Шахта. Не просто фон.
Шахта здесь — почти как персонаж. Она дышит, убивает, держит всех в своей тьме. Когда читаешь, чувствуешь, как капает вода со стен, как трясёт от подземного грохота, как не хватает воздуха. Я настолько погрузилась в эту атмосферу, что чувствовала чуть ли не приступ клаустрофобии, когда описывались узкие проходы и постоянно хотелось откашляться - казалось, что ты тоже дышишь этой угольной пылью.

Этьен быстро понимает, что это не просто тяжёлый труд — это система, которая пожирает людей. А потом выбрасывает, когда они становятся бесполезными.

Рабочие — мужчины, женщины, дети — пашут в ужасающих условиях. Голодные, оборванные, измотанные.

Бунт. Когда уже невозможно терпеть.
И тут — забастовка. Всё начинается с капли: урезают зарплаты. А потом — как лавина. Рабочие перестают работать, надеясь, что их услышат. Но кто услышит бедняков?

И вот, день за днём — ни еды, ни угля, ни денег. Муки, страх, предательство, паника.

Этьен становится лидером, почти случайно. Не революционером по профессии, а человеком, который просто не может молчать. У него идеи, он говорит вдохновенно. Но и он не святой. Он ошибается. Его несёт.

Вот тут — весь трагизм. Ты хочешь перемен, но не знаешь, куда они приведут. Всё рушится, а новой опоры ещё нет.

Женщины — в грязи, в боли, в мужестве
Как-то особенно больно читать про женщин в этой книге. Потому что их боль — это боль тихая. А тихая боль — самая страшная. Они живут как животные - с 14 лет уже любовницы какого-нибудь парня, в 19 у нее двое детей, мужья бьют, женщины работают наравне с мужчинами и просто выживают.

ОЧень много времени на страницах книги отведено теме плотских утех. И показано все именно с примитивной точки зрения, ведь физическая любовь чуть ли не единственное развлечение и утешение людей.

Даже маленькие дети "играют в любовь".

️ Жестокость
Да, не без этого. Когда людей доводят до грани, они теряют человечность. Во второй книге уже замечаю, что Золя быстро разворачивает финал и начинает пачками всех убивать.

Он выкашивает всех - главных героев, детей, с особой ненавистью показывает сцену оскопления лавочника, который принуждал за продукты женщин рассчитываться своим телом.

Чем цепляет «Жерминаль»
Не фабула. Не стиль. Даже не сцены насилия или страсти (хотя они очень сильные). А то, как Золя обнажает человека.

Ты видишь, как люди превращаются в тени. А потом — вдруг вспыхивают. Любят, мечтают, дерутся. Ошибаются. Падают. И всё это — на грани звериного.

Последние страницы читаются, как откровение. Как свет в конце долгого-долгого туннеля.

А стоит ли читать?
Да. Обязательно. Но только если Вы готовы. Это не роман для отдыха. Это роман, который делает больно. И долго не отпустит.

Соучаствовать в заранее обдуманном оправдании черни, описанной Золя в романе, не намерен. Животные, они и есть животные. Обстоятельства, ведущие к скотскому существованию, понятны. Что тогда, что сейчас. И мало, что изменилось с тех пор. У нас материализовался Ленин на броневике - им не повезло. А, по большому счёту, никакой разницы. Вы будете, наверное, удивлены, но, по сегодняшним меркам, шахтёр во Франции зарабатывает… Знаете во сколько раз больше, чем у нас? Хм… в 10! Проверьте. И почему так случилось? Не от того ли, что европейцы вовремя вычислили, что из себя представляют, обрисованные писателем, Этьены, крикуны-карьеристы?

У капиталиста Денелена ноет сердце:

Но нам-то американцы пропАсть не дадут даже в промышленный кризис! А если вдруг? Хрен их знает этих пиндосов! Так есть выход! Идеи чучхе! Мы же с северокорейцами вообще друзья навеки вечные! Они научат. Так, что, без паники!

Конечно, увлёкся. Виноват. Опять скажут: «не рецензия». Так вот. Конкретно по роману. Это уже не картонно-тривиальные Бальзак и Стендаль с их женоподобными юношами. Это действительно реалистично. Какие-то несчастные 50 лет и исчезла архаичность! Хотя, что греха таить, временами она прослеживается…

Продолжаю читать цикл романов Э.Золя о Ругон-Маккарах . В этот раз роман "Жерминаль" о тяжелом труде и жизни шахтеров. Главный герой, Этьен Лантье в поисках работы приходит в шахтерский поселок Монсу и устраивается там откатчиком на Шахте. Вокруг он видит беспросветную жизнь шахтеров, семьи которых не живут, а выживают. Тяжелейший труд с рассвета до заката за мизерное жалование. Голод и нужда, болезни, распущенность, жалкие жилищные условия, все это удручает и подавляет Этьена, но и заставляет думать о том, как переустроить, как облегчить жизнь этих несчастных.

Вокруг него и нескольких лидеров шахтерского движения, создается союз единомышленников, где обсуждаются насущные проблемы и все предпосылки приводят к объявлению забастовки на Шахте. Шахтеры соглашаются, объявляют забастовку, не выходят на работу, а лидеры идут с требованиями к руководству шахты. Руководители не собираются идти на уступки, два месяца шахта стоит, люди без работы и выплат нещадно голодают. Начинаются беспорядки, толпы разъяренных рабочих и их семей идут крушить и громить все вокруг, требуя: Хлеба! Хлеба! Хлеба!

На подавление мятежа вызваны солдаты. Проливается первая кровь. Несколько человек расстреляны. Забастовка подавлена. Условия рабочих не выполнены, они вынуждены вновь выйти работать. После обвала шахты, где погибло много людей, Этьен покидает Монсу и уходит в другую жизнь, что его ждет неизвестно.

За загадочным названием больше похожим на женское имя скрывается остросоциальный роман. Золя прекрасно передаёт атмосферу и переносит в мир классовой борьбы, социальной несправедливости и трудовой эксплуатации.

Некий механик Этьен Лантье скитался с узелком пожитков по провансу в поисках работы и жилья. Близ городка Воре в посёлке Двухсот Сорока ему посчастливилось устроиться в шахту компании Монсу.

Забегая вперед, отмечу, что я понимаю всю глубину произведения, и какое влияние оказывает на человеческое будущее борьба за права, но в данном случае хочется сказать: «Слышь, Этьен! Шел бы ты мимо дальше».

Углекопы – мужчины, женщины, старики, дети и Лантье вкалывают в невыносимых условиях и живут в нищете. Угледобывающая компания штрафует работников за несоблюдение техники безопасности и использует любой предлог для сокращения заработка. Шахтёры решают бросить вызов трудовым эксплуататорам. Очередное урезание выплат становится идеальным поводом для забастовки и возглавляет её Этьен. Правление шахт не идёт на уступки, а вовсю рассуждает о своей несчастной доле и откушивает деликатесы.

« - Но… скажите на милость, разве это наша вина? Мы сами жестоко пострадали. Заводы закрываются один за другим, и нам теперь невероятно трудно сбывать запасы угля. Поскольку спрос на уголь все уменьшается, мы просто вынуждены снижать себестоимость. А рабочие не желают этого понять»

Серьезно? Шахтёры должны их понять, грызя один сухарь всей семьей, пока директор Энбо и совладельцы шахт Грегуары объедаются омлетом с трюфелями и речными форелями?

Спустя время после начала забастовки, рабочие ожесточаются от голода и перешагивают черту отделяющую голодовку от преступлений.

Почему я сказала, чтобы Этьен лучше проходил мимо? Потому что он для жителей этого шахтерского посёлка ничего не изменил в лучшую сторону. Да, произошёл мифический сдвиг и над головами буржуа повис топор. Но сколько же людей и тем более детей погибло от голодной забастовки и последующих заварушек… Какой же переворот без жертв… Пишу и осознаю, что Этьен является образом революции.

Название романа символично. Жерминаль – это первый весенний месяц по французскому республиканскому календарю. Календарь был введён в ходе Великой французской революции, действовал с октября 1793 по январь 1806 гг., обозначал разрыв с существующими традициями, ассоциировался с началом жизни и близостью к природе. События романа начинаются в марте и заканчиваются в апреле следующего года, т. е. финал наполнен надеждой на новую жизнь.

Тяжелый и сильный роман, на удивление правильно отображающий и обличающий всю чудовищность капиталистического строя. Золя представляет максимально объективный взгляд на всю систему через пример угольной шахты:

.Рабочие (основные герои произведения) отлучены от результатов собственного труда. Они обречены на непосильный самоубийственный труд, оплаты которого не хватает даже на пищу, но при этом не превращаются в скот. Это в первую очередь люди, лишенные образования и культуры, имеющие единственной отрадой выпивку и "свободную любовь", но всё же люди, сохраняющие в себе лучшие порывы души, даже в самых нечеловеческих условиях.

.Мелкие рантье (Грегуары) отлучены от самого труда. Они проживают благообразную и сытую, но пустую жизнь. Их благополучие зависит от финансовых кризисов, обеспечивается чужим трудом, и в любой момент они могут стать случайными жертвами классовой борьбы, которой пытаются не замечать.

.Небольшой капиталист (Денелен) пытается открыть своё дело и работать не меньше других, но при малейшем промахе пожирается крупным капиталом.

.Управляющий Компании (Энбо) обеспечен всеми возможными материальными благами, но отлучен от самой жизни. Ибо богатство несовместимо с простыми человеческими радостями и чувствами. Он роскошно питается частью украденного у рабочих труда, но в мыслях готов лишиться всего, лишь бы жить и любить, как эти нечастные.

.Сама Компания, как крупный капиталист, вынуждена конкурировать с соперниками и действительно не может ни улучшить жизнь рабочих, ни отказаться от её ухудшения.

.И наконец, главные выгодополучатели. Владельцы самых больших капиталов, которые сами отлучили себя от всего человеческого. Сложно представить себе этих "человекоподобных" существ, что способны накормить и вылечить всё человечество, но ввергают миллионы людей в нищету. Автор совершенно логично не называет конкретных имен, ведь герои максимально далеки от тех, о ком даже более успешные персонажи говорят лишь намеками.

Но самое главное, что автор не называет никого виноватым. Словами персонажа он заключает: "никто не виноват, все виноваты". И пусть в расписанной мной цепочке ответственность участников растёт вместе с уровнем власти и богатства, Золя совершенно прав. В происходящем ужасе нет личного умысла. Виновна сама система, не раз упомянутая автором, как "злобное кровожадное божество, скрытое в неведомом капище". Отъем прибавочной стоимости в первую очередь бьет по рабочим, ставя их на грань физического выживания, но его жертвами становятся все участники процесса. И богач и бедняк страдают по своему, они все лишены чего-то важного, и даже если отдельные люди могут найти своё счастье, они не застрахованы от несчастий, что во множестве порождает чудовищная капиталистическая система, основанная на страдании.

К сожалению для героев романа, на дворе лишь 1866 год. Ещё готовится к публикации первый том Капитала Маркса, положивший начало научному пониманию происходящих процессов. Ещё действует первый Интернационал, расколотый анархистами (наглядный пример которых приводит Золя в лице Суварина). Ещё очень далеко до первой победы трудового народа в октябре 17го, в годовщину которой я, по совпадению, пишу данную рецензию. Автор не дожил до неё, и произошла она в другом государстве, но победа свершилась. В результате неё страна была спасена от разорения, человечество было спасено от фашизма, а положение рабочего класса во всём мире было улучшено именно из страха перед ней. К несчастью предательства, испытания и ошибки вернули многое вспять.

На сегодняшний день, ситуация едва ли лучше описанной в книге. Миллионы людей лишены воды и пищи, миллиарды едва сводят концы с концами, а единицы владеют результатами труда всего человечества. Они отправляют нас на убой в больших и локальных войнах; разделяют нас разницей в доходах, национализмом, религией, лицемерными "правами" каких-либо "меньшинств"; соблазняют развитыми в своем убожестве дешевыми удовольствиями. Но Эмиль Золя в своё время, в последних строках этого замечательного произведения, надеялся, что рабочий класс одержит победу в борьбе с эксплуатацией и такая победа была. Образовывайтесь и оставайтесь людьми, тогда мы одержим Победу снова.

Читатели, находящиеся в трудных жизненных обстоятельствах, делятся на две категории: первые предпочитают читать нечто позитивное, чтобы поднять себе настроение, и почувствовать, что В ЖИЗНИ все не так плохо; вторые - нечто негативное, чтобы почувствовать, что У НИХ все не так плохо. Я из вторых. И эта книга прям в десятку! Читала ее в сложный период жизни и она меня очень бодрила. Но это прям чернуха-чернуха. Прям даже чересчур для классики. И на вопрос "чем все закончилось?" хочется ответить "все умерли". Ну это не буквально, но по ощущениям. Канал "Остросюжетное". Или даже "Шокирующее". Книга наполнена революционными идеями и рассуждениями о несправедливости распределения материальных благ в обществе. Но если отбросить очевидное мнение автора и задуматься самому... Люди, дошедшие до крайней степени скотского существования, естественно этим не довольны. Но они по сути заложники ситуации, потому как ничего другого не могут и выхода никакого нет. Логично, что семья, где из 4-х человек работают четверо, живет лучше, чем семья, где из 10-ти человек работают пятеро. Простая арифметика. Можно перестать размножаться как кролики, но это же надо мозг напрячь. Проще полить грязью благополучных соседей. А у них, у богатых, свои причуды, как говорится, и свои проблемы. И они тоже несчастливы, но по своему. Но это невозможно понять нищеброду. Одним словом сделать ничего нельзя. Равенство недостижимо. Справедливости нет. Есть неудачное рождение, не в том месте и не в то время.

Роман о тяжелой жизни рудокопов, Золя мастерски показал всю натуральность жизни шахтерского поселка: как спят в кровати по несколько человек, как соседи все друг про друга знают, как семья вынуждена буквально по крохам делить еду (причем если есть всего одна порция мяса, она достается хозяину дома), автор великолепно отразил всю гнетущую атмосферу поселка. И вот в таком поселке появляется новый работник - деятельный, со своими убеждениями. Сначала Этьен становится просто работником шахты, но с течением времени начинает проявлять активность: организовывает кассу взаимопомощи, начинает пропагандировать свои идеи, которые приводят к забастовке.
Золя отлично показал эскалацию конфликта: рабочим становится все тяжелее прожить на ту оплату, что они получают, а параллельно мы видим жизнь хозяев шахты, их показную благотворительность. И как всегда, автор показывает все ужасные сцены конфликта не только между рабочими и хозяевами шахты, но и между отдельными группами рабочих.
Сильный, правдивый роман о жизни рабочего класса не может оставить никого равнодушным.

Судьба меня свела с Жерминалем благодаря роману Кронина "Звёзды смотрят вниз". Тема тяжёлой жизни шахтёров, пропущенная сквозь призму социальных противоречий показалась мне интересной. Жерминаль начал читать в рамках расширения темы.

Стоит заметить, что данный роман я проглотил весьма быстро. Для классики, это было очень увлекательное чтение. Реализм настолько высок и плотен, что роман погружает с головой и немного шокирует. Были даже моменты, где эмоциональный фон напоминал некоторые эпизоды сериала ходячие мертвецы:)) и временами отчётливо чувствовался пронизывающий вереток достоевщины.

По сюжету мы оказываемся во Франции второй половины 19 века: угольные шахты, шахтёрский посёлок, быт и нравы рабочего люда. Вникаем в производство. Видим тяжёлый труд рабочих, проводящих под землёй большую часть жизни и зарабатывающих так мало, что с трудом хватает лишь на скудную еду.

Шахтёры ведут простую и покорную жизнь, влача своё жалкое существование. Наверняка, без влияния извне, они бы ещё несколько сот лет провели бы в покорности, нищете и тяжком труде и вполне возможно, что это был бы для них, лучший и конструктивный исход.

Однако ненависть, подавляемая покорностью, никуда не исчезает, а лишь латентно дремит где-то в глубинах коллективного бессознательного. В тоже время стоит лишь определённому катализатору разбудить эту гремучую смесь, как она проснётся и изольётся страшной бурей.

Катализатор появился. Он забрёл в посёлок покорности и нищеты в виде молодого изголодавшегося человека, просящего дать ему любую работу, лишь бы утолить голод. Рабочие приютили его, дали комнату. Он, в свою очередь, видя вокруг беспросветный мрак и нищету, начинает усиленно саморазвиваться, читать и изучать различные социальные концепты.

Недаром говорят: меньше знаешь - лучше спишь. Так вот, спал он плохо и постепенно заразил весь посёлок. Знание - сила, но этой силой необходимо владеть и если знание аккумулирует силу, превосходящую её самою, то жди беды - сила поглотит знание, низвергнув и захватив всё до чего она может дотянуться в страшный даунгрейд.

Золя пишет очень открыто, даже слишком открыто для классики: обвислые груди и дряблые тела бесконечно рожающих женщин; дети, играющие в любовь ещё до полового созревания; парочки-подростки копошащиеся везде и всюду - во рожи, оврагах и заброшенных сараях. Это для них единственная бесплатная радость жизни. За всё остальное приходится платить. Однако даже это бесплатное удовольствие всего лишь иллюзия бесплатности и доказательство тому - многодетность и нищета. Замкнутый круг.

Из замкнутого круга обычно существует два выхода. Первый: расширение круга, т.е. сферы личного влияния, путём постепенных реформ. Путь долгий и сложный, требующий конструктивной мысли и самоотдачи. Второй путь быстрый. Он заключается в уничтожении круга. Революция. Путь опасный и почти неосуществимый. Т.к. переворачивая всё с ног на голову, на пепелище уничтоженного круга, словно бессмертный феникс, возрождается новый круг, не уступающий, а то и превосходящий в своей порочности своему предшественнику.

Кто же всё-таки виноват? Катализатор, будоражащий шахтёрский посёлок, или может
буржуа, поклоняющиеся капиталу - ненасытному божеству, питающемуся чужим трудом, потом и кровью. Или может сами люди, подчиняясь скрытой и необратимой, свободной от нравственности и морали причинно следственной связи создают как сам катализатор, будоражащий их, так и энергию, уходящую в деструктивное русло, омывающее и питающее ненавистную ими систему.

Автор, в этом вопросе, принимает определённую точку зрения, что ничуть не умаляет шедевральности его труда. Однако вопросы остаются открытыми и бремя их разрешения будет лежать на человечестве до скончания веков.