Через три дня, как и было сказано, конунг Эомер Рохирримский подъехал к Вратам во главе эореда из лучших витязей Ристании. Его встретили с должным почетом, и за праздничной трапезой в Меретронде, Обеденном Чертоге, он был поражён красотой обеих государынь. После трапезы он не пошёл отдыхать, а попросил, нельзя ли вызвать к нему гнома Гимли.
Когда же Гимли явился, Эомер ему сказал:
- Гимли, сын Глоина, секира у тебя под рукой?
- Нет, государь, - сказал Гимли, - но за нею в случае чего недолго и сходить.
- Сам рассудишь, - сказал Эомер. - Помнится, вышла у нас размолвка насчёт Владычицы Златолесья, и покамест размолвка не улажена. Так вот, нынче я видел Владычицу воочию.
- Ну и что же, государь, - спросил Гимли, - что ты скажешь теперь?
- Увы! - отвечал Эомер. - Не могу признать её первой красавицей.
- Тогда я пошёл за секирой, - сказал Гимли.