Цитаты из книги Дафна

Я вспомнила, что однажды в студенческие годы слушала лектора, который говорил, что писать книги — значит беседовать с мертвыми, а для меня то же означает чтение. С живыми-то я не слишком часто разговариваю.

Люди подчас недолюбливают библиотекарей и библиотеки, словно эти слова — синонимы скуки и застенчивости. Но разве не там хранятся все самые лучшие истории? Упрятанные от посторонних глаз на книжные полки, утерянные и забытые, ждущие, терпеливо ждущие, пока придет кто-то вроде меня и захочет воспользоваться ими.

...наше понимание тех или иных явлений не обязательно истинно, и сама истина — это не твердая неизменная субстанция.

— Есть то, что есть, — сказала она себе, — и ничего больше.

"Жизнь каждого человека - это дневник, в который он намеревается записать одну историю, а пишет другую, и самый унизительный час в его жизни - когда он сравнивает фактический объём сделанного с тем, что он давал обет сделать."

Может быть, в этом и есть смысл поисков? Ты не знаешь, что в конце концов найдёшь, даже не представляешь в каком направлении движешься, пока не достигнешь цели.

Смешная вещь эти табели о рангах. Как будто можно измерить литературное мастерство точными приборами, словно существует наука писательства со своими уравнениями, открывающая непреложные истины.

Однако добро никогда не остается безнаказанным — так говорила ему мать, и она была права.

Прекрати, сейчас же прекрати этот скулеж, перестань жалеть себя. Ненавижу в себе это. Вот почему мои мысли все время перескакивают с Брэнуэлла на Дафну Дюморье: мне нравится в ней полное отсутствие всякого нытья, её безжалостный, лишённый сантиментов взгляд на мир. У Эмили Бронте тоже присутствует эта черта: в «Грозовом перевале» все ужасно относятся друг к другу. И ничего тут не изменишь, это как погода.

- Помнишь, что писaл Джим Бaрри о нaшем дядюшке Гaе, когдa его убили нa Первой мировой? "У него был суровый вид, но при этом он грустно улыбaлся, кaк человек, который притворяется, что жизнь веселaя штукa, но знaет, что это не тaк".

Нынешнее утро оказалось хуже всех предыдущих на этой неделе: я ощущаю их металлический вкус во рту — они безрадостные, как химикаты или вирусы, — совсем не так я себя чувствовала год назад, когда просыпалась рано утром, и руки Пола охватывали меня, и он говорил: «Привет, дорогая! — проводя по моему лицу кончиками пальцев. — Ты как лепесток!» — и целовал меня снова и снова, словно никак не мог насытиться.

... совпадений не бывает слишком много: совпадение  - это всего лишь случайное событие в пребывающей во власти хаоса вселенной.

Прошлое - оно ещё и будущее

Поскольку я сама без всякой видимой причины много лет являюсь потенциальной самоубийцей, думаю, что такой поступок совершается не от безысходности, а от злобы - это удар по ДРУГИМ, тем, кто для потенциального самоубийцы представляет собой все то, чем ОН не является. Ожесточение, зреющее внутри, можно смирить только еще большим насилием... Утратившее равновесие "Я" говорит мифическим Другим: "Раз вы так поступаете со мной - что ж, получайте!"

Она написала Ребекку и может вычеркнуть ее из своей памяти. В конце концов она убила Ребекку — заставила умереть, выбрала, как это произойдет, а если Ребекка появится вновь, что ж — без Дафны она ничто, ведь она творение Дафны.

Стихотворение живое и яркое, но при этом губительное - крайне опасное, если вы хоть в малой мере лишены душевного равновесия.

Как будто можно изменить литературное мастерство точными приборами, словно существует наука писательства со своими уравнениями, открывающая непреложные истины.

Без особых усилий - это клише. Ничто не даётся без усилий.

Хочу сказать: позвольте своему мужу читать вам бесконечные лекции о Генри Джеймсе, и вы неминуемо проникнетесь отвращением к ним обоим.