
Дафна
Жюстин Пикарди
3,4
(312)
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Если вы ищете легкий и быстрый способ погрузиться в осеннюю хандру и меланхолию, то он прямо перед вами: “Дафна” Жюстин Пикарди, прошу любить и жаловать.
А если серьезно, то это один из самых печальных и тоскливых романов среди прочитанных мною за последний год. Является ли это недостатком? Для меня, скорее, наоборот - люблю книги с пессимистичным настроением.
Автор разворачивает свое повествование сразу в 2 временных плоскостях. Сначала мы знакомимся с буднями Дафны Дю Морье, переживающей непростой жизненный период и пытающейся отвлечься от личных и семейных проблем в работе. Она погружается в биографию Бренуэлла Бронте, стремясь реабилитировать его репутацию в литературном мире, ведь он считался неудачником и пропащим человеком на фоне своих невероятно талантливых сестер, получивших признание и любовь публики.
"Несмотря на все препятствия, несмотря ни на что, Дафна знала: отказаться от книги еще хуже, чем продолжать писать. Мысль о том, что она окажется без работы, была ей невыносима — иначе ее поглотит пустота и ощущение собственной бесполезности. Ей необходимо чувство цели, устойчивого каркаса, внутри которого она могла бы поместить свое растущее беспокойство".
Разумеется для этого ей необходимо найти новые и никому прежде не известные произведения Бренуэлла, которые бы стали ярким свидетельством его таланта. Для этого она обращается за помощью к мистеру Симингтону, бывшему библиотекарю и куратору коллекции Бротертона в университете Лидса, когда-то уволенному за участие в махинациях с подделкой подписей сестер Бронте. Естественно, Дафна не была в курсе сомнительной репутации Симингтона - иначе вряд ли првлекла его к своему исследованию.
Вторая часть действия разворачивается уже в наши дни. Молодая студентка, вышедшая замуж за своего университетского преподавателя, начинает ощущать себя героиней романа своей любимой писательницы - Дафны дю Морье. Здесь и правда прослеживаются четкие аналогии со знаменитой “Ребеккой”: большая разница в возрасте с ее мужем, постоянно мелькающий призрак бывшей жены Рэйчел (только она не умерла как Ребекка, а вполне себе жива и здорова), которая настолько идеальна, что рядом с ней никто не выдерживает сравнения.
Но самое интересное - наша героиня, точно так же, как и новая миссис де Уинтер, безымянная, и лишь к концу романа мы узнаем, что ее зовут Джейн. Очень символично получилось - ведь именно в заключительной главе перед ней откроется новая жизнь, и она сделает первый и самый важный шаг навстречу самой себе.
Именно эта история понравилась мне больше всего - она очень жизнеутверждающая и дарит вдохновение и смелость быть самим собой, без изматывающих попыток соответствовать чьим-то ожиданиям.
"Может быть, в этом и есть смысл поисков? Ты не знаешь, что в конце концов найдёшь, даже не представляешь в каком направлении движешься, пока не достигнешь цели".
Еще одна ценная мысль, которую я почерпнула от Джейн: “...любить кого-то - недостaточно и что сделaть свою жизнь спокойной и блaгополучной - этого слишком мaло”. Не признала бы это безоговорочной аксиомой, но доля здравого смысла в этом утверждении определенно есть.
Что касается линии Дю Морье и Симингтона, то она получилась крайне депрессивной и мрачной.
Если спросить меня, что я думаю о мистере Симингтоне, то первым на ум мне придет украденный им из музея томик стихов Эмили Бронте - который, в конце концов, превратился в отсыревший комок бумаги, покрытый плесенью. Этот символ прекрасно иллюстрирует то, во что в итоге превратил свою жизнь наш герой.
Как говорила Дафна: “Жизнь каждого человека - это дневник, в который он намеревается записать одну историю, а пишет другую, и самый унизительный час в его жизни - когда он сравнивает фактический объём сделанного с тем, что он давал обет сделать”.
Читая главы, посвященные писательнице, меня неотступно преследовала мысль, насколько соотносится то, как Жюстин Пикарди описала внутренние переживания и мысли писательницы, с тем, что она переживала на самом деле. Понятно, что мы имеем дело с художественным вымыслом, пусть и основанным на автобиографических источниках, но все равно любопытно узнать, насколько Пикарди попала в настоящие чувства и мысли Дафны: приступы беспричинной тревоги, параноидальные мысли, сожаления о прошлых ошибках, периоды депрессии и размышления о суициде.
"Поскольку я сама без всякой видимой причины много лет являюсь потенциальной самоубийцей, думаю, что такой поступок совершается не от безысходности, а от злобы - это удар по ДРУГИМ, тем, кто для потенциального самоубийцы представляет собой все то, чем ОН не является. Ожесточение, зреющее внутри, можно смирить только еще большим насилием... Утратившее равновесие "Я" говорит мифическим Другим: "Раз вы так поступаете со мной - что ж, получайте!"
До конца романа я была уверена, что мы узнаем нечто грандиозное о Бренуэлле Бронте, что вместе с Дафной нас ожидает какое-то из ряда вон выходящее открытие. Но в жизни такие открытия встречаются крайне редко - а роман, безусловно, очень реалистичный и жизненный. Может, именно поэтому он получился таким пессимистичным?
"— Есть то, что есть, — сказала она себе, — и ничего больше".

Жюстин Пикарди
3,4
(312)

Ух...наконец то я дочитала эту книгу...долго же я ее мурыжила...
Изначально эта книга привлекла меня тем, что была посвящена моей любимой писательнице Дафне Дю Морье. В произведении присутствует две сюжетные линии - пару лет из жизни Дафны - период, когда она писала биографию Бренуэлла Бронте и такой же период из жизни современной девушки, которая пишет диссертацию на тему Дафны.
В общем на обложке все было так заманчиво, что мол вы такого еще со времен "13 сказки" не читали...И как раз прочитав накануне "13 сказку", решила следом почитать и "Дафну". Если честно, я вобще не понимаю издателей, которые спикулируют бестселлерами, чтобы продать другие новинки, потому что между этими двумя произведениями ничего общего нет совершенно! Книга уже с самого начала показалась мне скучной, а дочитав до середины у меня было большое желание вобще отложить ее в сторонку, но любовь к Дафне и элементарный интерес к ее биографии заставили дочитать ее до конца.
Сюжет развивается вяло, Дафна на протяжении всей книги пишет биографию брата сестер Бронте, и в конце сама же понимает, насколько он был скучный и вобще стоит ли о нем писать книгу. Вот у меня то же самое ощущение сложилось и об этой книге. Автор конечно молодец, что собралась написать биографический роман о Дафне Дю Морье, но вот тему выбрала скучную и повествование оказалось таким же занудным...
Лично у меня эта книга ассоциируется со словом унылая...
Не ставлю отрицательную оценку только за то, что все таки отметила для себя несколько интересным моментов биографии Дафны, но для хорошей оценки этого мало...
А обложка то красивая заррразза)

Жюстин Пикарди
3,4
(312)

Мне кажется, все эти сравнения с "Тринадцатой сказкой", а также обещания "самого яркого неоготического романа со времен..." и "не меньше сюжетных зигзагов, чем..." под обложкой оказывают "Дафне" отвратительную услугу - все это имеет очень мало общего с действительностью, и читатели, поверившие написанному, будут закономерно разочарованы. А жаль, книга хорошая, только совершенно не о том. Нет здесь никаких особо непредсказуемых сюжетных зигзагов, от готики - разве что некоторое количество старых домов с живописными окрестностями да общая мрачность, от "Тринадцатой сказки", если уж очень постараться притянуть за уши какую-нибудь параллель, разве что героиня одной из сюжетных линий, тихая книжная девушка, увлеченная в том числе и романами Бронте, столь любимыми Маргарет Ли. Безымянная рассказчица пытается писать диссертацию о влиянии Бренуэлла Бронте на творчество его сестер, но гораздо больше ей интересна не особенно уважаемая в академических кругах Дафна Дюморье - и, кажется, сама жизнь героини, вышедшей замуж за отчужденного мужчину гораздо старше себя и вечно чувствующей себя в тени его бывшей жены, превратилась в один из сюжетов Дафны. Правда, бывшая жена жива, и ее зовут не Ребекка де Винтер, но имя Рейчел тоже слишком знаковое, чтобы это облегчало ситуацию.
А - хочется сказать "тем временем", но нет, лет на пятьдесят раньше - Дафна Дюморье пишет биографию Бренуэлла Бронте, пытаясь реабилитировать потерянного полубезумного мальчика, и, хотя в отличие от Бренуэлла она состоялась как писательница, она чувствует себя почти такой же потерянной, и в стенах собственного дома ей мерещится сотворенная ею же тень Ребекки.
А безработный бывший библиотекарь Симингтон доживает в нищете свои последние годы. Он одержим Бренуэллом и не знает, кого видеть в Дафне, обратившейся к нему за консультацией: то ли сообщницу, которая тоже сумела разглядеть гения в его всеми забытом кумире, то ли соперницу, которая неприятно близка к тому, что ему за всю жизнь так и не удалось.
Если говорить о литературных ассоциациях - забудем о "Тринадцатой сказке" - "Дафна" в какой-то степени кажется мне младшей сестренкой байеттовской "Обладать". Не Байетт, конечно (я байеттоманка, и для меня к ней мало кто может приблизиться), но что-то родственное присутствует. И романтика старых книг и пыльных архивов, и поиски тех самых писем, которые изменят все, и безымянная аспирантка, напоминавшая мне Роланда даже чаще, чем младшую миссис де Винтер, на которую она призвана быть похожей. И само литературное обладание-одержимость - другая его сторона. Если Роланд и Мод в "Обладать", разыскивая Эша и Кристабель, по пути находят себя, то герои Пикарди в погоне за мертвыми писателями и книжными образами себя, как правило, теряют. Одержимость грустным неудачником Бренуэллом сжирает жизнь Симингтона и ничего, совершенно ничего не приносит взамен. Дафну разъедают ее собственные образы: призрак Ребекки, которую она создала, призрак Бренуэлла, которого она пытается воссоздать. А еще есть ее кузен Питер, один из тех самых братьев Ллуэлин-Дэвис, для которых была написана когда-то сказка о мальчике, отказавшемся взрослеть. Когда полвека спустя реальный Питер шагнет под поезд, газеты, конечно же, напишут о последнем полете Питера Пэна (как передернуло бы от этого Питера при жизни). У немолодого мужчины может быть достаточно поводов для самоубийства без всяких старых сказок, но, кажется, в той ноше, что в конце концов переломила ему хребет, есть маленький камешек и от его нестареющего двойника.
И как бы прекрасны ни были романы Дафны, они не лучшее место для жизни, а безымянная рассказчица "Ребекки" - сомнительный образец для подражания. Кажется, другой безымянной девочке пришла пора покончить с играми в готический роман и попытаться создать пусть не складывающуюся в такую романтичную историю, зато принадлежащую именно ей жизнь. Чтобы, в отличие от миссис де Винтер, в последних строках все-таки обрести собственное имя.

Жюстин Пикарди
3,4
(312)

Я вспомнила, что однажды в студенческие годы слушала лектора, который говорил, что писать книги — значит беседовать с мертвыми, а для меня то же означает чтение. С живыми-то я не слишком часто разговариваю.

Люди подчас недолюбливают библиотекарей и библиотеки, словно эти слова — синонимы скуки и застенчивости. Но разве не там хранятся все самые лучшие истории? Упрятанные от посторонних глаз на книжные полки, утерянные и забытые, ждущие, терпеливо ждущие, пока придет кто-то вроде меня и захочет воспользоваться ими.

...наше понимание тех или иных явлений не обязательно истинно, и сама истина — это не твердая неизменная субстанция.












Другие издания

