Tortilla Flat

"И если я умру, то хотел бы умереть танцующим на карнавале" (с)

Под ней жил большой паук, и поэтому мы боялись снимать эту книгу с полки. Всего один раз он показался из под корешка, а мы уже визжали и зарекались касаться зеленой книги. Было скучно, совсем нечего читать, и мы, дрожа от ужаса, таки достали этот сборник работ Стейнбека. Книжку я начала читать задом наперед, с "Заблудившегося автобуса" и только потом уже, по совету сестры, прочитала "Квартал Тортилья-флэт".

Было нам тогда не очень много лет, но, все-таки, мы смогли разглядеть явную иронию "Квартала...". Конечно же, это далеко не ода пьянству и блуду, как и Дэнни - совсем не божество, а Хесус Мария - не сама доброта. Разве можно всерьез воспринимать слова автора о бескорыстной и безграничной доброте Хесуса Марии, когда он подкрепляет ее вот таким фактом: Хесус Мария всегда был готов утешить несчастных молоденьких девушек. Пилон - просто напыщенный увалень, который красивыми словами пытается оправдать свои далеко не хорошие поступки (например, он резко начинает "беспокоиться" о своем умалишенном "друге" Пирате, когда узнает, что у того припрятано немало бабла). В общем, ирония и там, и сям, хотя и не отрицается то, что у наших пайсано есть хорошие качества (а они, безусловно, есть), и я не могла подумать, что кто-то может всерьез воспринимать все эти увещевания автора о благородстве и красоте образа жизни пайсано, но, нет, - бывает и такое.

На полном серьезе я воспринимаю только одно - священные узы дружбы между Дэнни и его компанией. Да, они были собутыльниками, но история доказала, что, по крайней мере, именно эти пьянчуги (непросто романтизированные самой историей, а также сами по себе романтически настроенные персоны) способны на такие чувства.

До сих пор меня печалит концовка повести. Описан типичный случай: Дэнни не видит смысла жизни, он скучает по молодым горячим денькам, когда он пил, гулял и не знал покоя, но сейчас эти гулянки не спасают его от тоски, как не спасает и размеренная серьезная жизнь. Дэнни не знает, куда приткнуться. По идее, у него есть дом, да и опыт за плечами - есть, но все это не идет ни в какое сравнение с упоительными приключениями юности. Тоска по веселью и разгулу доводит Дэнни до того, что он так и погибает, - в самом разгаре вечеринки. И хоть это написано в ироничном ключе, со свойственным всей повести юмором, холодок опять пробежал у меня по спине, и опять мне стало грустно от того, что Дэнни никак не мог найти себе покоя при жизни. Повесть кончилась, веселье тоже, а "Консервный ряд", написанный примерно в том же ключе, мне не нравился. Но сейчас я попробую его перечитать, может, тогда я не смогла оценить его в силу малого возраста, и упоение, с которым я зачитывалась историей о Дэнни, вернется, а также забудется и эта ужасная концовка, которая так расстроила меня-ребенка. Я плакала над ней так, как не плакала над историей Мегги и Ральфа! Я тогда читала много грустных книг (в том же сборнике Стейнбека все было грустноватое), но для моих десяти лет смерть Дэнни оказалась страшнее всего.

Стейнбека до этого не читала. Слышала немного о его книгах и на этом мое знание об этом авторе заканчивалось. После прочтения аннотации ожидала от книги что-то похожее на пьесу Горького "На дне". Как же сильно не оправдались мои ожидания. Если русские маргиналы это про страдания всех. То тут всё подпитывается юмором, и осознанием того, что герои счастливы. Ведь даже после того, как один из друзей Дэнни совершает грех против другого, они прощают его и продолжают жить своей большой семьёй во главе которой стоит очень неординарный персонаж. Вместе они функционируют как один большой организм, который сначала появляется на свет, разрастаясь все больше, но после потери мозга умирает. После прочтения пары глав, я обозвала сюжет этой книги театром абсурда, и не поменяла своё мнение и после полного прочтения. Такого просто не может быть в современных реалиях. Быть может просто мой менталитет не позволяет мне понять людей Монтерея 30-х годов прошлого века.