Повелитель мух. Шпиль

- Что лучше - быть бандой раскрашенных черномазых, как вы, или же быть разумными людьми, как Ральф?
Дикари неистово загалдели. Хрюша снова орал:

• Что лучше - жить по правилам и дружно или же охотиться и убивать?

• Что лучше - закон и что нас спасли или охотиться и погубить всех?

Мир - удобопонятный и упорядоченный - ускользал куда-то.

Если лицо совершенно меняется от того, сверху ли или снизу его осветить, – чего же стоит лицо? И чего все вообще тогда стоит?

И тогда его ангел простер крыла, которыми закрывал свои раздвоенные копыта, и вытянул его по всей спине раскаленным добела цепом. Жгучий огонь опалил ему хребет, и он вскрикнул, потому что не мог этого вынести и все же знал, что должен вынести.

— Главным могу быть я, — без обиняков сказал Джек, — потому что я староста и я запеваю в церкви и до-диез могу взять.

You knew, didn't you? I'm part of you? Close, close, close! I'm the reason why it's no go? Why things are what they are?

«- Зверя - бей! Глотку - режь! Выпусти - кровь! Зверя - прикончь!»

- И вы вообразили, будто меня можно выследить, убить? - сказала голова.
Несколько мгновений лес и все другие смутно угадываемые места в ответ
сотрясались от мерзкого хохота. - Но ты же знал, правда? Что я - часть тебя
самого? Неотделимая часть! Что это из-за меня ничего у вас не вышло? Что все
получилось из-за меня?

Он их успокоил. Он им сразу понравился, и вот теперь они поверили в него.

Или вот врач скажет: прими лекарство, а то умрешь, — разве ты не послушаешься?Ну скажи, не послушаешься?
— Конечно, послушаюсь.
— Как же они этого не видят? Как же они не понимают? Не будет сигнального дыма — так мы здесь и умрем.

Они убеждали, что жизнь — ужасно скверная штука.

«Убей свинью! Перережь ей глотку! Выпусти кровь!»

Я боюсь. Я нас самих боюсь. Я хочу домой. Господи, как я хочу домой.

Ральф теперь уже не стеснялся думать при всех, он теперь разрабатывал решения, как будто играл в шахматы. Только не силен он был в шахматах, вот что плохо.

Там, на другой стороне, за кисеей миражей, за надежным щитом лагуны, еще можно мечтать
о спасении; но здесь, лицом к лицу с тупым безразличием вод, от всего на мили и мили вдали, ты отрезан, пропал, обречен, ты...

Нам нужны правила, и мы должны им подчиняться. Мы не дикари какие-нибудь. Мы англичане. А англичане всегда и везде лучше всех. Значит, нам надо вести себя как следует.

«Внутри каждого человека сидит зверь, и чем меньше человек, тем сильнее зверь»

Ralph tried indignantly to remember. There was something good about a fire. Something overwhelmingly good.