Цитаты из книги Крестный отец

Предстоял долгий вечер в одиночестве. Проще всего было бы прибегнуть к услугам «мясокомбината», как Джек Вольц прозвал свой табунок начинающих и доступных кинозвездочек, ― но Джонни стосковался по человеческому общению.

- Ты сказал, что хочешь учиться, - сказал он. - Так вот, послушай. Первейшая обязанность человека оставаться живым. А уже потом следует то, что люди именуют честью. [...] Всегда помни это и живи так, чтобы быть не героем, а живым.

Самое выигрышное из всех положений — такое, когда враг преувеличивает твои недостатки; лучше этого — лишь когда друг недооценивает твои достоинства.

Правительства, если разобраться, не шибко-то пекутся о своих народах.

Но время расправляется с благодарностью с еще большей скоростью, чем с красотой.

Не следует любить мужчину за лицо.

Вито Корлеоне

То был пример свойственной дону человечности. Он знал по горькому опыту, сколько требуется мужества, чтобы просить от одолжении.

Знаешь, как принято у полярных исследователей — оставлять за собой по дороге к полюсу запасы провианта через определенные отрезки пути? На случай, если когда-нибудь в них возникнет надобность. Так и с добрыми делами отца. Для каждого его должника наступит день, когда раздастся стук в дверь, и уж тогда — изволь раскошеливайся…

Суметь бы умереть со словами: "Жизнь так прекрасна", - и тогда все остальное неважно

Я не полагаюсь на то, что общество нас защитит, и не намерен доверять свою судьбу людям, чье основное достоинство - умение правдами и неправдами заполучить на выборах большинство голосов.

Дон преподал ему главные заповеди: «Никогда не выходи из себя. Никогда не угрожай. Людей надо убеждать». По— итальянски «убеждать» звучало как «заставить мыслить здраво», разбираться. Искусство дона заключалось в умении не слышать оскорблений и готовности подставить левую щеку, получив пощечину по правой, но добиться в конце концов своего.

Снова почувствовал Майкл, что задыхается, и впервые понял смысл классической ревности итальянцев. В этот момент он готов был убить каждого, кто осмелится дотронуться до этой девушки, кто попытается добиваться ее, отобрать ее у него. <...> До свадьбы этот молодой человек будет слепым орудием в руках их дочери. Потом, разумеется, все изменится, но это уже не имеет значения.

The bloody victory of the Corleone Family was not complete until a year of delicate political maneuvering established Michael Corleone as the most powerful Family chief in the United States.

With this one savage attack, Michael Corleone made his reputation and restored the Corleone Family to its primary place in the New York Families.

Michael said formally, “Freddie, you’re my older brother, I have respect for you. But don’t ever take sides with anybody against the Family again. I won’t even mention it to the Don.”

Freddie’s moon face was anxious. “Mike, you sure about Moe Greene selling? He never mentioned it to me and he loves the business. I really don’t think he’ll sell.”

Michael said quietly, “I’ll make him an offer he can’t refuse.”

The words were said in an ordinary voice, yet the effect was chilling, perhaps because it was a favorite phrase of the Don’s.

From 1935 to 1937 Sonny Corleone made a reputation as the most cunning and relentless executioner the underworld had yet known.