А смерть всегда надежнее любви

... меня охватили отчаяние и злоба при мысли о том, что умереть труднее, чем жить.

— Какой ужас, Хосе! Какой ужас! — говорила она сквозь смех. — Хосе убивает человека! Ну кто бы подумал, что такой солидный человек, такой праведник, что кормит меня задарма бифштексами и болтает со мной, пока я жду клиентов, — самый что ни на есть убийца. Какой ужас, Хосе, я боюсь тебя!

К счастью, авторами некоторых книг бывают не те, кто их пишет, а те, кто их выстрадал.

И потому, когда мужчины вернулись и принесли весть о том, что и в соседних селениях утопленника не знают, женщины почувствовали, как в их слезах проглянула радость.

— Благодарение Господу, — облегченно вздохнули они, — он наш!

— По его лицу видно, что его зовут Эстебан.

“Можно прожить в море целый год, но наступает такой день, когда вы больше не в силах выдержать ни часа.”

под предлогом борьбы с желтой лихорадкой в страну вторглись морские пехотинцы и рубят головы всем явным и тайным торговцам зельями, каких встречают на своем пути, и рубят не только коренным жителям, этим на всякий случай, но и, по рассеянности, китайцам, по привычке неграм, и за то, что те умеют заклинать змей, индийцам

И в конце концов он потерял надежду на то, что я стану предсказателем, это из-за того не работает твоя железа прорицаний, что ты после обеда спишь, а потом, чтобы удача к нему вернулась, ударил меня палкой по голове

И это был единственный раз, когда я ответил ему серьезно и сказал правду, что хотел бы научиться гадать и предсказывать, и тогда он перестал смеяться и сказал, будто размышляя вслух, что для этого мне не хватает совсем немногого, глупое лицо, которое для этого необходимо, у меня уже есть

Я никогда не думал, что можно стать героем только потому, что пробудешь десять дней на плоту и вытерпишь муки голода и жажды. А ведь ничего другого я не мог сделать.

“Прошло двенадцать часов, но мне не верилось. Не верилось, что ночь равна дню. Проведите ночь в море, сидя на плоту и поминутно глядя на часы, и вы поймете, что ночь неизмеримо длиннее дня.”

Президент Республики на сей раз пожелал без подсказки советников определить меру своей исторической ответственности перед согражданами.

Кое у кого, кто при том присутствовал, хватило ума и догадки, понять, что они стали свидетелями рождения новой эпохи.

Освобожденный ангел бродил взад-вперед, как обессилевший лунатик. Отчаявшаяся Элисенда кричала, что это настоящая пытка - жить в этом аду, набитом ангелами.

Кое-кто говорит, что я все это выдумал. А я таких людей спрашиваю:

• Тогда что же, по-вашему, я делал десять дней в море?

Посмотреть женщину-паука стоило дешевле, чем посмотреть ангела.

Отчаявшаяся Элисенда кричала, что это настоящая пытка - жить в таком аду, набитом ангелами.

Я всегда находил какую-то возможность выстоять, цепляясь буквально за соломинку и вновь обретая надежду.

... его спокойствие было спокойствием затихшего урагана.

“Оказывается, умереть труднее, чем жить!”