4.48 Психоз

После прочтения последней пьесы моего любимого драматурга Сары Кейн, которую я называю голосом современности, я испытал глубокое отчаяние. Чувство всепоглощающей безнадёжности, когда каждая минута жизни кажется адом...

Сара Кейн принадлежит к «проклятым поэтам». Её слава и признание по трагической закономерности таких литераторов, пришли к ней только после смерти. Её внутренний голос проникает в самую суть и ты уже не можешь воспринимать её просто как автора; она становится для тебя некой духовной сестрой...

Сюжет и стиль повествования «Психоза» отличаются от остальных её пьес. Ведь написано это произведение было перед смертью. Читать творение автора, который тяжело болен и который стоит на краю пропасти и рассказывает нам о своей боли. Эта пьеса очень необычна, да и вообще она существенно отличается от стандартных пьес. Мы не можем порассуждать и выстроить логическую цепочку событий. Здесь такие методы не работают.

Сквозь строки чувствуется дикое желание прекратить своё существование и обусловлено оно многими факторами... Вся прелесть этой работы в том, что каждый из нас  сможет спроецировать эту пьесу на себя; просто остаться наедине со своими проблемами в самый худший период жизни и взять в руки «Психоз 4.48».

За двадцать восемь лет жизни (конец которой был трагическим) она сумела понять самые тёмные стороны нашего мира и прочувствовать всю боль своего и последующих поколений.

Каждый раз перечитывая это произведение, я чувствую духовное родство с Сарой Кейн. Её незримый образ присутствует во многих моментах моей жизни. И мне кажется это единственный человек, который мог бы понять меня по-настоящему.

- Ты моя последняя надежда. (Молчание.) - Тебе нужен не друг, тебе нужен врач. (Молчание.) - Как ты ошибаешься. (Долгое молчание.)

Очень печальный, но прекрасный пример книги как средства психотерапии. С обеих сторон: для автора эта пьеса, написанная в психиатрической клинике незадолго до самоубийства, вероятно, была последней попыткой самотерапии; для читателя она снова и снова может стать терапией с продолжительным действием, каким образом - замечательно и подробно описано в этом отзыве. Потому что эта пьеса в конечном итоге - абсурд, но не бред сумасшедшего. В ней есть сложный, но стройный ритм, местами напоминающий кромешную "Бесплодную землю" Элиота; в ней есть то объединённое с мудростью остроумие, которое называют english wit; в ней есть, наконец, нежный, как рассвет, финал. В ней есть и сюжет: печальная, печальная история женщины, которая любила всей душой и осталась без души, когда любовь оказалась ложью. Самое удивительное и жуткое вот что: может показаться, что эта пьеса - монолог, но на самом деле это - диалог с молчанием. Героиня отворачивается от мира, потому что мир отворачивается от неё. Творчество - последняя попытка коммуникации, безнадёжная до того самого момента, пока часы не пробили 4:48. Зато теперь разговор с молчанием превратился в диалог с вечностью.

Пожалуйста, не вскрывайте меня, чтобы узнать, отчего я умерла. Я скажу вам, отчего я умерла.

Сто Лофепремина, сорок пять Зопиклона, двадцать пять Темазепама и двадцать Меллерила.

20 февраля 1999 года в психиатрическом отделении больницы Королевского колледжа в Лондоне в возрасте 28 лет покончила жизнь самоубийством Сара Кейн, известный британский драматург, представитель поколения “in-your-face”. Последнее, что она написала – эта пьеса. Где 4.48 – точное время, когда она решила уйти из жизни. Психоз – её диагноз.

Я погружусь в депрессию         в холодный черный пруд своего я         в колодец моего неумного ума

Я даже не подозревала, что когда-нибудь буду читать такую пьесу. О таком. Но встретила упоминание в книге, перешла по ссылкам и сразу же забыла обо всем на свете, замерла, читая маленький вордовский файл в 25 страниц, изучила афиши московского театра, где была постановка и прочла отзывы. Но главное не это… а ее слова. Разум человека, который уже давно стоит за гранью рассудка, воспринимается мной как разум нормального человека, стоящего на грани. Мне все еще кажется, ее можно спасти. Пока она пишет, ее же можно спасти?

Она. Её – я дистанцируюсь изо всех сил, чтобы не подпустить эмоции близко к сердцу. Иначе будет слишком больно.

- Нет на свете лекарства, способного наполнить жизнь смыслом. - Но ты допускаешь это состояние отчаянной бессмысленности. (Молчание.) - Допускаешь (Молчание.)

Я всегда боялась читать такие книги/ произведения, потому что мне казалось невозможным читать что-либо лишенное логики, мне нужен рациональный последовательный текст, мне нужен смысл. А как можно найти смысл в безумии. Но оказалось, абстрактное, сюрреализм, постмодернизм и проч. мне в сто раз тяжелее читать, чем пьесу написанную действительно сумасшедшей девушки, пациентки клиники, доведенной до крайней точки. Я прекрасно вижу логику, и мотивы, и понимаю, почему вот здесь на странице рассыпаны цифры, а вот здесь она подробно описывает побочные действия всех лекарств, которые ей приписывали, подбирая лечение. Это очень логичная и адекватная пьеса для человека, который все это пережил, переживает прямо в момент написания, который живет в этих условиях. И тогда становится понятным, почему она не хочет в них жить. Пьеса, если что, нисколько не оправдывает и не призывает к самоубийству, но объясняет логику и механику конкретно ее случая. Дает полную картину, а не краткую причину смерти «сошла с ума».

Настроение: О**ительно злобное Эффект лечения: очень злобное настроение Соразин, 100 мг. Спала. Стала спокойнее. Венлафаксин, 75 мг с увеличением до 150 мг, затем до 225 мг. Головокружение, низкое давление, головные боли. Других реакций нет. Применение прекращено.

Самое жуткое во всем этом – не факт безумия как таковой, а тонкая грань, которая отделяет разум от потери рассудка. До и после. Норму и искаженную реальность. Когда я узнаю что-то, что могла бы сказать сама (какую-то фразу, реакцию, уничижительную характеристику, описание своего состояния) я широко распахиваю глаза. Потому что это очередное доказательство того, как это близко и легко, что это может случиться с каждым. Никто не застрахован. Потом я читаю длинный список того, что есть норма, и понимаю всю относительность «норм», потому что никто не будет обладать всеми параметрами по списку, и тогда выходит, что отсутствие любого из них делает человека потенциально сумасшедшим.

Когда я читаю пьесы, то каждый раз дико завидую тем, кто видел постановку, кто вживую видел героев и наблюдал за их игрой. Но здесь… Нет. Я не хочу видеть постановку. Текста для меня вполне достаточно.

Впечатлена. Рекомендовать и советовать, естественно, не буду. Но сама совершенно точно рада, что прочла. Такие вещи отрезвляют.