Весна

Я закончила трилогию Бруштейн и полезла в Гугл искать все про автора, про ее отца, про книгу, про Вильнюс, про мужа автора, про дочь и сына. На такие подвиги меня вдохновляют оооочень редкие книги. Эта книга - одна из тех редких.

Да, я помню, я возмущалась «как много про революцию», но чем дальше я читала, тем меньше на это обращалось внимания. Нет, революция никуда не делась, но... как бы объяснить. Я перестала воспринимать ее как что-то чужеродное. Автору удалось невероятное: увлечь меня этим, увлечь борьбой со всей той несправедливостью, что творилась в те времена. Ведь не должны маленькие девочки жить в темных подвалах, не мочь ходить из-за рахита. У каждой такой Юльки должна быть своя светлая и просторная комната с кучей кукол и книг. И не должно влиять дочь ты директора фабрики или сын рядового инженера. Не могу сказать, что сейчас что-то сильно изменилось в этом плане, но, надеюсь, таких юлек по подвалам стало меньше.

И не должны власти ни с того, ни с сего арестовывать студентов, исключать их из университетов за митинги, проводить обыски без ордера... мне что-то это все до зубовного скрежета напоминает... как бы не нынешние времена. За что боролись, за то и напоролись...

В общем, я так боялась третьей книги из-за ее политизированности, а в результате я просто влюбилась в неё. Саша выросла, ей уже 14, а чуть позже 15, лет. Она закончила младшую школу и практически вступила во взрослую жизнь, тогда взрослели рано. Уехала Поль, уехала Лида Карцева, трагически покинула дедушку мерзотная Тамарка, скатертью ей рельсы, но все течёт, все меняется, новые люди приходят в жизнь Саши, новые подруги, новые друзья, новые увлечения. Саша начинает работать и зарабатывать первые деньги, давая уроки английского, и эти уроки принесли мне и много смеха, и многие печали.

Вместе с Сашей мы узнаём о деле Дрейфуса, причём так понятно и доступно изложенном, реально понятно даже детям. Послушаем реальных очевидцев, честно говоря, у меня вообще ощущение, что я тоже очевидец. Очевидец того времени, той эпохи. Боги, я даже не знала, что можно скучать по временам, в которых ты не жил. Я скучаю. По паркам, по мороженщикам, по пончикам, по извозчикам, по лайковым перчаткам, по реверансам, по девчачьим общинам, по такой неспешности и вместе с тем такому быстрому времени.

У Бруштейн получилась гениальная трилогия.

Замечательная, чудесная, добрая и милая история взросления автора. Хоть она и проникнута революционным настроением, так и время такое было. Александра растет, начинает многое понимать, а с учетом воспитания и окружения не могла не занять определенную позицию. Это прослеживается с первой книги, но там всё более наивно, ведь и героиня еще мала. В этой же книге ей уже 15, а под конец и более лет. Она не только на добровольных началах занимается обучением тех, кто не может себе позволить гимназию, но и начинает свою первую работу. Снова в романе, как и во второй книге много про учебу, про дружбу со школьными подругами. И как и во второй книге много уделено несправедливым судебным процессам, только "В рассветном часе" освещается дело вотяков, в "Весне" же почти треть книги внимание сконцентрировано на деле Дрейфуса.
Очень интересно читать было о том, какова была жизнь на рубеже веков в Царской России. Но из трех книг наибольшее впечатление на меня произвела самая первая, вот там была любовь. Любовь к милой и непосредственной Сашеньке и её замечательному отцу, к француженке Поль и полячке Юзефе. Как-то в детстве я пропустила эту трилогию, но очень рада, что добралась до неё сейчас.

Последняя часть трилогии продолжает повествование о том, как проходила жизнь Саши Яновской в институте, при этом, чем старше становится героиня трилогии, тем более сложные вопросы поднимает писательница. Из данной книги мы можем узнать о суде над Дрейфусом (в прошлой же части автор рассказывала о мултанском деле о жертвоприношениях, о роли писателя Короленко в борьбе за справедливость), а так же о том, как проходили запрещенные встречи революционно-настроенной молодежи, обыски и аресты. Оказывается, требовалось получать в полиции разрешение, если количество гостей превышало 10 человек, поэтому конспираторы шли на разные ухищрения.

Расскажет Александра Бруштейн и о том, как студенты и гимназистки проводили бесплатные занятия работникам и работницам, не имеющим возможности тратить деньги на обучение, как молодежь зарабатывала уроками себе на жизнь. Вот и Саша пробует себя в роли учительницы, преподает французский и немецкий для наборщиков типографии, к тому же, желая обрести некую финансовую независимость, решается преподавать иностранный язык в одном весьма эксцентричном семействе.

Помимо уже известных нам девочек-институток из прошлой части, мы знакомимся и с новыми подругами Шуры, узнаем горести незаконнорождённой девочки, которая пуще огня боится, что прознают о ее подложных документах и всплывёт ее постыдное происхождение.

Интересно было следить за взрослением подруг, хотя изначально было понятно, что не все из них сохранят верность дружбе, ведь с возрастом они принципиально расходятся во взглядах на жизнь. Дочка ресторанного дельца, как несколько утрированный представитель мещанства, слишком озабочена пусканием «пыли в глаза» и нужными знакомствами, поэтому подруги «из простых» ее не прельщают. В целом похоже ведет себя и несостоявшаяся княжна, обретя состоятельную родню в Петербурге, она без сожалений расстается с провинциальным городком и «милым дедушкой»-опекуном (и совсем не хочется ее осуждать, ведь у нее действительно другие интересы в жизни).

Уедет в Петербург и еще одна подруга, теперь она будет учиться в Смольном, но здесь Александра Бруштейн описывает совсем иной характер.

Кстати, я обратила внимание, что в этой части истории Саша смягчается к «синявкам». То ли оттого, что судьба подарила ей встречу с милой Гренадиной - доброй и порядочной классной дамой, которую еще не успела «заесть среда», то ли оттого, что ближе к выпуску воспитательницы перестали строго контролировать девочек и стали больше спускать им промахи.

Еще хочется отметить появление у Шуры брата, в прошлой части он был лишь неразумным младенцем (причем появившемся совсем внезапно, что несколько портит реалистичность повествования, ведь не заметить беременность мамы десятилетняя девочка вряд ли могла, даже если родители делают все, чтобы скрыть данный факт), теперь же это милый мальчик, в котором души не чают женщины семейства Яновских. Любопытно было читать о том, как «портит» его мама излишней заботой и тревожностью, или о том, как папа Саши проигрывает в этой борьбе, не позволяя себе такой категоричности, как в воспитании дочери (а может мама, став старше, научилась лучше давать отпор мужу и сына в обиду не дает)

Так что, подводя итог, завершение трилогии ничем не уступает первым частям, хотя некая черно-белая подача и омрачает впечатление от реальных исторических моментов прошлого, по крайней мере, подробности о деле Дрейфуса или о суде над мултонскими вотягами лучше изучать в других источниках. Но что касается описания жизни Саши, то тут все достаточно реалистично и кажется, что именно так и могла жить и относиться к происходящему девочка-подросток в конце ХIХ века.

Так что рекомендую это произведение любителям неторопливых повествований, знакомящих читателей с ушедшими эпохами и классической детской литературой.

Ну что тут скажешь - мы всегда будем больше всего любить то, что прочли в детстве. Эту книгу, растрОпанную (кто читал шутку поймет) до невозможности, нашел в родительском книжном шкафу и прочел с огромным интересом. И до сих пор так хорошо мне в этой компании. Хотя теперь больно бывает - столько было хорошего в царской России, можно же было все исправить, зачем было все нафиг сметать??? Вот еврей Майофис с его вопросом:Когда же наконец это революция. Идиот, да ты одним из первых погибнешь! В погроме, от голода, от бандитов. Хотя сама Бруштейн нормально пережила советское время, и то хорошо.
Ладно, не буду ворчать, книга все равно классная!

Третья книга Александры Яковлевны самая революционная, можно сказать самая жёсткая и даже печальная. Но ничего подобного! Она всё так же излучает свет и теплоту, а главы о революции совсем не мешают восприятию. Их пишет человек, который своими глазами видел этот самый уже закат самодержавия, как гнобили и убивали людей, сажали в тюрьмы студентов, искусственно голодом уничтожали целые деревни. Саша лично знала многих революционеров, она сама разносила листовки и участвовала в тайных диспутах. Поэтому она так пламенно писала обо всём этом. Такое было время, эпоха сказывалась на людях, им хотелось перемен, перемен к лучшему и они сделали то, что сделали.

Впрочем, давайте о Сашеньке, или Шашуре, или Пуговке, просто поразительно, как много имён было у этой девочки. Было видно, как её любили и родные, и окружение, она просто не могла вырасти плохим человеком.
И Шура росла, училась, семь лет в институте благородных девиц пролетело незаметно. И вот ещё одна весна. И вот она выпускница. И - До свидания, Саша! Прощай, милая, хорошая девочка! Впереди у тебя дальняя дорога. В какую даль она тебя заведёт?

Закрыта последняя страница книги, и я скучаю. Скучаю по девочке которая моложе меня на несколько десятков лет. По её подружкам, весёлым, задорным, но никак не беззаботным. Скучаю по Лёне и Грише, по их дружескому подтруниванию над Шашурой, по их детской наивной влюблённости.
Мне не достаёт этой милой непосредственности с которой взрослая Александра Яковлевна рассказывает о всех их.
Скучаю по ворчанию Юзефы, по обаянию заботливого Шарафута.

Просто не могла не оставить здесь эту цитату. Сколько она вмещает людского счастья, любви и привязанности простого денщика и офицера.

Как не вспомнить слепую Веру Матвеевну? «Разве может быть где-нибудь горе, а она не придет помочь, поддержать?» Старая, бесконечно преданная своим друзьям и делу революции женщина. Одинокая, но всеми любимая. Как и Наш Александр Степанович, который добровольно обрёк себя на нищую жизнью но, как оказалось, был несказанно богат людьми, которые его любили, уважали и оплакивали.
Это о таких как они сказал как-то Яков Александрович: «Люди отличаются друг от друга тем, какая пустота образуется после них. Один умрет – все равно что стул сломался: покупают новый. Другой умрет – никем его не заменишь, никогда не забудешь!»

А ещё Саша впервые испытала новое чувство - ненависть. Теперь она знает, что это такое. Как оно болит, жжёт, как ищет выхода и томится в груди. Никогда ей не забыть тоски по темю кого потеряла навсегда, страха за тех, кого могла лишиться.
Вопросов у выросшей Пуговки теперь ещё больше, и они всё серьёзнее и сложнее. И всё чаще повторяется одна фраза: «Это надо помнить. Всегда, всю жизнь!»
И она запомнила. И хорошее. И плохое. Навсегда.

И еще одна - заключительная - книга из чудной трилогии Александры Бруштейн. Прочитав предыдущую часть, я сразу взялась за эту, да так и не смогла остановиться, пока она не закончилась. Честно говоря, я опасалась, что третья книга понравится мне меньше, но нет: мне, наоборот, жаль, что она такая короткая, читала и читала бы еще.

Книжка заканчивается в тот день, когда Саша Яновская оканчивает свой институт, но я все никак не могла успокоиться: я хотела знать, что будет дальше! И не только с ней (в общих чертах это можно узнать из биографии, хотя и очень кратко), но и со всеми остальными: ее родными, друзьями и даже недругами! Да взять хоть Тамару, хоть она и противная, но я и про нее хочу знать: как у нее сложилась жизнь?.. Как, оказывается, сильно я успела привязаться к ним ко всем за это время, и расставаться совершенно не хотелось. Как будто все это время я была там, с ними, могла быть свидетельницей разных мелких и не очень событий в их жизни, радостных и грустных, а теперь вдруг раз - и меня выкинули. Жизнь продолжается, но я уже не могу больше за этим наблюдать. Кое про кого автор сама расскажет вкратце - сделает, так сказать, экскурс в будущее - но это ведь совсем не то...

Саша здесь уже старше: если в прошлой книге ей было 10 лет, то здесь уже 14 и больше. Она продолжает взрослеть и учиться новому: давать отпор хамам, быть самостоятельной, расставаться с людьми, которых любит... Она по-прежнему задает много вопросов, но и вопросы эти уже более сложные, и разговаривают с ней уже не совсем как с ребенком. Всегда нравились разговоры Саши с отцом - доктором Яновским - как он не отмахивается от нее и всегда старается ответить честно и понятно, объяснить и научить. И эта книга не стала исключением.

Продолжает Саша и помогать людям, которые в этом нуждаются, как старалась делать это всегда. А кроме того, случится ей в этой книге не раз и не два узнать чужие тайны. Ей вольно или невольно приоткроется жизнь других людей, отличных от нее, и она начнет осознавать, как много может скрываться у человека в душе. Как важна иногда чья-то поддержка. Появятся и новые друзья, думается, в них у Александры всю жизнь не было недостатка. Но она по-настоящему хороший друг, тут не поспоришь.

А мама старается приучить подрастающую дочь к приличному обществу и манерам. Хочется ей видеть Сашу женственной, но тут она терпит полное фиаско =)

Но, кажется, всем тем, кто Сашу искренне любит - кроме мамы, конечно - совершенно наплевать, ведет ли она себя, как женственная лошадь или нет. Она остается собой и это прекрасно.

Конечно же, не остаются в стороне и громкие политические дела. В частности, большое внимание здесь уделено делу Дрейфуса: Саша рассказывает о том, с каким пристальным вниманием следили за ним в ее семье и окружении, как ловили и обсуждали каждую крупицу информации.

А меж тем наступает новый, XX век.

Вспоминает автор и о голоде, поразившем многие российские губернии, и о студенческих беспорядках, о рабочих демонстрациях, о покушениях и наказаниях.

Многое - и хорошее, и плохое - врезается Саше в память навсегда, все это - кирпичики, из которых постепенно строится ее личность. Она часто говорит себе: "Да, да, это тоже надо запомнить! На всю жизнь!"
И, правда, запоминает. И спустя много лет рассказывает нам, читателям.

А тогда - у нее еще все впереди, и книга заканчивается в предвкушении этого:

Вот и настало время проститься с Сашенькой, Шашурой, Фафой - с нашей Пуговкой...
Все когда-нибудь заканчивается и эта трилогия тоже подошла к концу. Наша мамзель Яновская выросла и перед ней та самая дорога, которая уводит в даль и радужные ворота, с той веселящей радостью, знакомой лишь в юности.
"Весна" это все та же светлая и душевная история, с трогательной и такой живой героиней. Саша, конечно, уже выросла и отношение её к жизни и людям изменилось, но ведь и невозможно представить себе такой деятельный разум - "муравейник"застывшим и бездействующим. Вокруг кипит жизнь, новые знакомые появляются и исчезают, репетиторство открывает Сашеньке её призвание и дарует опыт общения и отстаивания своего достоинства.

Новые книги, принесенные из летучей библиотеке, знакомят с героями-народовольцами, а кружок из единомышленников и близких друзей помогает разобраться с целями и методами революционной деятельности.
Хорошо когда рядом такие люди как Александр Степанович - что там сильно поношенный костюм, очень пожилая шляпа и утомленные жизнью башмаки - главное что он много знает и готов поделился своими знаниями с окружающими. Именно он расскажет о деле Дрейфуса, о том как боролись за его жизнь и свободу честные люди, о Эмиле Золя, решившемся на открытый процесс.
Как ценна поддержка родных - отца доктора Яновского, который не ограждает, но учит жизни; матери, хранительницы семьи, доброго и справедливого человека; Сенечки, готового с духовым ружьишком защитит старшую сестру от недобрых людей.
И о друзьях - верных, честных, умных, решительных - стоит тоже вспомнить. Леня, с которым можно не только говорить , но и молчать. Гриша - удивительно рассудительный и надежный. Лида - так далеко в Петербурге, но так близко в письмах и мыслях. Маня - все такая же понимающая, душевная и несгибаемая. Люся - взрослая и охраняющая покой "Фикторий Ифан".

Взрослеет наша Сашенька, видит в людях хорошее и плохое, понимает цену дружбе, верности, справедливости. И даже ненависть появляется в её жизни, яростная и требующая действий. Жизнь открывает перед ней все свои грани.
И она делает ошибки на своём пути, стыдится, осознает и становится лучше, чище, устремленнее. Юная Жанна Д'Арк - романтичный, мятущийся дух и в то же время мягкая сострадательная душа.

Удивительно, но автор смог не только рассказать о жизни, истории, о стране, о новом веке...Александра Яковлевна сделала больше - она судьбами и мыслями своих героев превратила все это в близкое и понятное читателю. Она не только изложила факты, но и показала каждого живым и создающим эту самую эпоху. И дело Дрейфуса стало понятным и волнующим из-за участия в нем Маруси с дочерью. И семья Бурдесов не давала скучать от того, что Маня, Таня и даже демонический Жоська были живыми, несчастными, а некоторые даже очень противными.
И доктору Рогову мне хотелось подлить чаю в его уютную кружку, а Веру Матвеевну крепко поддержать по локоток...

Оставим же Сашу вместе с верным другом Леней у "нашего камня", размышляющих о дороге, которая им предстоит, о дороге, которая уходит в даль...о дороге в жизнь.
А на прощание хочется мне процитировать любимое изречение дедушки:

Сашенька, Шашура, Пуговица!
В далеком детстве мы с тобой были подружками не разлей вода. Меня увлекала твоя неутомимая фантазия на разного рода проделки. Ты всегда придумывала что-нибудь интересное, необычайное, захватывающие. Но ни разу не показала себя злой девочкой. Такая маленькая, но уже такая справедливая! Учила меня в любой ситуации прислушиваться к своей совести. Как было не восхищаться такой подружкой?
Я смотрела на мир твоими глазами. Там, где ты жила, все богатые отчего то были непременно или жестокими, или жадными, или глупыми. Зато сколько благородства, героизма, самоотверженности таилось в душах несчастных бедняков. Я нисколько не сомневалась, что так оно и было в мире, который был для тебя родным.
Знакомилась я и с окружающими тебя взрослыми. Каждый из них привносил что-то новое, поучительное. Но больше всего меня восхищал твой папа. Он был воплощением добра и мудрости и для тебя, и для меня.
Единственное, что омрачало нашу дружбу - неизбежный момент расставания. Как же обидно было оставлять тебя "на самом интересном месте", когда ты собиралась в очередное длинное приключение под названием девичий институт, твоя первая настоящая школа. Однако другого выхода не было. Без волшебного пропуска, второй книги серии, вход в это заведение для меня был закрыт.

И вот мы с тобою встретились вновь. Знаю, я изменилась, но и ты не осталась прежней. Я скажу прямо, что думаю об этих изменениях. Это тебя не обидит, ведь ты больше всего остального любишь правду.
Саш, милая, когда же ты научилась ненавидеть? Как вышло, что чуткая любящая малышка вдруг стала категоричной и резкой девушкой? Знаю, знаю, не могла ты стать другой. Тебя воспитало окружение, возмущенное происходящим и уверенное, что видит корень зла. В тебе не от куда взяться сомнению в правильности пути, что ты если до сих пор не выбрала, то обязательно выберешь в ближайшем будущем.
А еще ко мне закрадывается мысль: так ли мудр был твой отец, как мне всегда казалось? Действительно ли правильно он тебя воспитал? Нужно ли делать из детей жестоких альтруистов, готовых по первому зову снять с себя последнюю рубашку? И не будет ли в последствии больно видеть, как любимое чадо без колебаний приносит себя в жертву идеи?
Да, Саш, мы с тобой жители разных миров. У нас богатый не значит плохой, хотя наличие денег в кошельке еще не делает человека хорошим. У нас не принято стыдится того, что ты сыт. И той ненависти, что испытывала ты и твои товарищи нам, детям другого века, никогда не понять и не одобрить. Оттого ли, что мы знаем из школьного курса истории, к чему привело ваше пламенное горение, или, оттого, что мы стали гораздо более черствыми и равнодушными к чужому страданию.

Не рецензия, не отзыв, а заметка для галочки — я посчитала нужным отделить все 3 части произведения "Дорога уходит в даль...", потому что они хоть и тесно связаны, и продолжают одна другую, но всё же моё отношение к ним отличается довольно сильно. Если всю первую часть я прыскала кипятком из-за метко описанного внутреннего мира и образа мыслей маленькой девочки, то ко второй книге кипяток иссяк. Там девочка уже мыслит более привычно, а в третьей и вовсе превращается в самую обыкновенную "девочку из художественного произведения". Умную, славную, открытую, честную, но... Обычную.

Впрочем, атмосфера в третьей части тоже та ещё. Прошло время котиков, цирка и розовых бантиков. Антисемитизм, нищета, классовая борьба, тяжёлое дыхание грядущей революции — всё это близко и не может не затронуть Александру. Много внимания в третьей книжке уделено делу Дрейфуса (тут я, признаться, даже заскучало — тема сама по себе интересная, но уже знакомая, да и слишком затянуто раскрывающаяся).

Но и эта часть нужна для полноценной трилогии, пусть она и слабовата на фоне других. Нам становится понятно, кем станет в дальнейшем главная героиня... А заодно и автор книги, коль скоро это почти одно и то же лицо.

Эх, вот и закончилась эта замечательная трилогия. Закончилась история Сашеньки Яновской – девочки, в истории которой я «жила» несколько недель...

Как это ни печально, но третья часть «Весна» понравилась мне меньше, чем предыдущие.
Меня немного напрягало то, что в этой части постоянно «скакало» время. Через месяц, через год или даже больше. Да, так может и надо, все-таки нельзя сделать историю вечной, но по сравнению с первой частью, в которой был описан каждый день и чуть ли не каждая минуточка, получается небольшое разочарование.

Вообще, мне показалось, что здесь все было как-то сухо. Нет, нет, все по-прежнему на высоте, но чего-то не хватило. Чего-то такого важного, что бы заставило еще сильнее отпечататься этой книге в моей душе и памяти. Не знаю…

Немного расстроила некая недоговоренность.
-Что в итоге стало с Шарафутом? Он остался у Рогова или же нет?
-Почему про Лиду Карцеву, которая играла немалую роль во второй книге, мы услышали так мало? Всего-то пара страничек, если не меньше….
-С Мелей Норейко для меня все тоже не совсем понятно. Да, то, что она стала такой же, как её тетушка я поняла, но в целом... Как будто просто «отвалилась».
-Как-то не обозначилось то, что Саша перестала преподавать Мане и Тане.
-И, наверное, самое главное для меня: почему мы ничего не услышали о Юльке? О милой Юльке, за которую столько раз волновались.
Все это как-то отложилось осадком внутри меня.

Радует то, что герои все так же хороши. Ну, в плане описания характеров, разумеется, ведь герои есть и плохие. Мне очень понравился Лёня…. Я так хотела, что бы они с Сашей влюбились друг в друга! Лёня то меня «услышал», а Сашенька расстроила. Последние две странички читала с замиранием сердца, ожидая, что она вот-вот скажет Лёне: «Я тебя люблю». Увы и ах, этого не произошло….

Что хочу в целом сказать обо всей трилогии: она навсегда останется в моей памяти чем-то светлым, не смотря на то, что в книге есть и аресты и розги и т.п. Наивная Сашенька с каждым годом делалась все умнее и умнее, все больше понимала в жизни и все лучше разбиралась в людях. Она для меня останется очень светлым героем, даже не смотря на то, что она обманывала такого хорошего учителя Горохова и заморочила голову Меле (хотя выдумка про птицу киви-киви и блюдо тирли-тирли меня повеселило! надеюсь, ничего не напутала). Александра Бруштейн так живо передала мне атмосферу того времени, что эту книгу я буду с огромным удовольствием перечитывать. И не раз, и даже не два.

8/10 (из-за недоговоренностей и «скачущего» времени).