Рассказы о книгах

Бог весть, откуда эта книга попала в мой список. На форзаце (вернее нахзаце, но меня это слово до сих пор очень смущает) под именем автора - народный артист СССР. Лично меня без рекомендации книга из-под пера артиста эстрады скорее отпугнула. Я нисколько не умоляю умственные способности автора, но между выступлениями и руководством театром, где берется время на научные изыскания? Но даже беглый взгляд в текст - с серьезными названиями и научным аппаратом - впечатляет. Отнюдь не сатира была делом его жизни, самым важным для товарища Смирнова были книги. После его смерти в Ленинку поступило около 20 тысяч томов. И "Рассказы о прижизненных изданиях Пушкина" или исследование альманахов XVIII века что-то далеки от сборников фельетонов (впрочем, один раз эстрадный сборник-таки увидел свет, юбилейный, один - против раз пять переизданной книги о Книгах).
Рядом с автором не только интересные и горячо любимые им книги, поиски которых превращались в захватывающий детектив, авантюрный роман и политический триллер, рядом люди общение с которыми запросто не удивляет конечно, но впечатляет - Маяковский, Луначарский, Толстой. Московские букинисты, дореволюционные собиратели, большие знатоки книг. Это могло бы быть очень интересное чтение. Оно и было таковым, но...
"Гнусно", "мерзко", "неприглядно" - это то, что вспоминилось навскидку, по мере чтения не сообразила выписать наиболее одиозные советские штампы. Читаешь с удовольствием, но постоянное спотыкание об этот идеологический мусор мешает даже больше приписывания революционных взглядов всем литераторам без разбора. Ну кроме Булгарина, который мерзок, гнусен и непригляден. Даже познакомиться с его романами захотелось.
Честно говоря, эти вставки мне показались довольно искусственными, они даже стилистически далеки от основного текста, чересчур газетные, нарочитые. Что ж, каждому времени свои штампы.

Замечательная в своём роде книжка. Автор – знаменитый эстрадный артист и собиратель редких книг, был лично знаком со многими знаменитыми культурными деятелями 20-30-х гг. Поэтому его книга это ещё и книга мемуаров. Особенно примечательны воспоминания о Владимире Маяковском (с. 45-50) и о Демьяне Бедном (с. 50-56 и некоторые другие места). Маяковский оказывается не таким уж книгоненавистником, как он сам себя презентовал («Ненавижу всякую мертвечину – обожаю всяческую жизнь!»). А Демьян Бедный, как следовало ожидать, жадный обманщик – уводит у автора из-под носа редкое издание – «Житие Ушакова» Радищева. Как захватывающий роман читаются истории об издании «Путешествия из Петербурга в Москву», об Анне Петровне Керн и посвящённом ей стихотворении Пушкина «Я помню чудное мгновенье», и о том, как в старом сарае в начале 20-х гг. одним книголюбом было найдено одно из писем Пушкина к Анне Петровне, и о том, как была продана крупнейшая в мире библиотека – библиотека красноярского купца Юдина, и многие другие истории. Вообще, автор пишет о книгах с такой большой и искренней любовью, что ей невольно заражаешься сам. Эта книга может служить неким отрезвляющим чтением, демонстрирующим, что электронные книги никогда не заменят живого раритета. Книга – это произведение искусства, книга – это живой организм. Читая «Рассказы о книгах», мысленно начинаешь перебирать в собственной памяти случаи, когда самому доводилось охотиться за редкими экземплярами. И хочется вновь вернуться к собирательству – хочется бегать по старинным книжным лавкам, вдыхать запах книжной пыли, искать книги с автографами, бережно расставлять эти книги у себя на полках и… читать, читать запоем, читать, не останавливаясь и получая огромное наслаждение.

Всё бы ничего, кабы не so soviet. Ну, не был Крылов советским писателем, не был никогда, мужик, просто поверь.
Радищев - тот был, сам того не зная. Это да.
И даже всё это бы ничего, но от тенденциозности, от ангажированности, от подверстывания аргументов под нужную картинку - тошнит очень сильно. Радищева, мол, с его "великой книгой" ругали только какие-то псы царского режима и прочие неприятные люди, но что среди них был Пушкин - для приличия замалчивается.
От этого даже и верить в любовь Н. С.-С. к книге не до конца получается - знает, разбирается, ценит. Но любит не книгу вообще, а "себя в книге" - т.е. свою коллекцию, своё собирательство, своих друзей-библиофилов (типа Демьяна Бедного, который вряд ли всю свою библиотеку собрал честно)...

И книжка-то, главное, полезная (особенно если помнить, что там всё правда - только правда не вся и местами искаженная, а местами сиюминутно выгодная; ну, вы поняли), т.е. выбросить её я не смогу, но и на полке у себя видеть не хочу. Суну за комод, что ли.

Книга много лет лежала в домашней библиотеке. А поскольку библиотека у нас мягко говоря большая, я про эту книгу и не знала, пока не села разбирать. Не могу сказать, что книгу проглотила (очень уж причина разбора библиотеки была... нерадостная), но и не бросила.
Издание старое, 1959 года. Когда я начала ее читать, меня поразило, в хорошем смысле, что вот сейчас (начало 21-го века так-то) я сижу у себя в комнате и читаю книгу человека, который родился еще до революции и был лично знаком с Маяковским, Демьяном Бедным, А.Н. Толстым... Поистине преемственность поколений.
По словам автора, книга - собрание рассказов о различных книгах из его библиотеки, так что какой-то общей темы в книге нет - разные авторы,разные хронологические периоды, разные издания (иногда речь идет не о книгах, а о журналах к примеру). И в то же время общая тема есть - русская журналистика, запрещенные царской цензурой и первые/прижизненные издания разных произведений.
Отдельный раздел отдан рассказу о произведениях Радищева. Оказывается, он написал (или издал? - тьфу, уже забыла) не только "Путешествие из Петербурга в Москву". Отдельный раздел - Крылову. Казалось бы, всего лишь басни. А почитаешь, когда, как, где он их печатал - и понимаешь, что человек то и дело оказывался под угрозой ареста и удивительно, что до этого не дошло.
Практически все рассказы про книги редкие, чудом сохранившиеся в нескольких экземплярах и книги, преследовавшиеся и уничтожавшиеся царской цензурой, книги миниатюрные и книги, издававшиеся царской охранкой (то есть по сути теми, кто книги уничтожал), книги "подносные" (печатавшиеся сверх обычного тиража) и книги, изначально по какой-то причине печатавшиеся малым тиражом...
Много раз по мере прочтения жалела, что теперь нет (или я не знаю?) книжных развалов, все меньше котируется бумажная библиотека (электронный вариант, конечно, в чем-то удобнее, но... вам глаза не жалко, еще и книги с экрана читать?).
И параллельно то и дело всплывают какие-то детальки быта того времени. Вы вот знали, например, что в начале 20-го века в ходу была детская игрушка "Домашний печатник Гутенберг"? Существовали разные по объему наборы и с их помощью можно было печатать вполне серьезные вещи. Автор книги в юности, к примеру, печатал с помощью такого набора программки любительских спектаклей (он был артистом эстрады).
Вообще много историй о времени и современниках автора, не только о самих книгах и их возникновении, но и о том, как они через много лет находились. И все это разбросано по тексту и совершенно не навязчиво. Но запоминается.
Точно буду перечитывать.