Бездна голодных глаз. Том 2. Восставшие из рая

Я прям чувствовала, что это не мой автор. Прям с одного взгляда на аннотации. Но игры есть игры, от них никуда не убежишь. Я ничерта не поняла из этой книги. Можно было бы подумать, что это из-за того, что данное произведение является последней частью "Бездны голодных глаз", но нет. Каждое из них существует вполне самостоятельно, насколько мне известно. Итак. Будут небольшие спойлеры. Что это за дурацкий момент с видением? Они его видят, орут, несутся на него и дружно врезаются в сосны с разных сторон? Серьёзно? Что за каламбур? В причину их смерти я вообще не въехала. Они подрались с мужиками за самогон, зажгли костёр... И сгорели в нём. Как? К чему? Зачем? Шо за бред? У одного из гг есть жена. Она одна осталась в живых на земле. И если его сынишка ещё вспоминает порой и тоскует по матери, то Анджей вспоминает о Инге *рен знает когда! Ээээээм. А где чувства то?

Дома. Кем угодно - хотя все-таки лучше самим собой. Но обязательно - с Талькой. И с Баксом. Иначе я, наверное, повешусь ТАМ - и снова буду ЗДЕСЬ.

А жена чо, жена не надо? Персонажи убъюдочные просто. Куча агрессии. Ни с того ни с сего начинают рядомстоящего крыть матом и требовать того, что им вообще-то никто не должен. Ладно требовать, но зачем такими уж матами то крыть? К чему это? Язык у автора просто отвратителем. Вот вам их красочное сравнение:

Дурацкие шутки, которые я судорожно выдаивал из дряблых сосцов моего сознания, не помогали.

Ни разу не видела такого противного описания мыслительного процесса. Мне аж тошно стало. И главное всё так "понятно" написано, что я только на 50% книги поняла, что там чёртовы оборотни есть. Концовка слита и не о чём. Просто непонятный, коряво написанный бред сивой кобылы. Я больше не желаю продливать знакомство с этим автором. Надеюсь, мы больше никогда не пересечёмся.

"Я приблизился к ложу, присел подле старухи — и меня поразил запах, стоявший у смертного одра. Чистый, прохладный запах ночного озера со спящими кувшинками и серебряным плеском рыбы… Странная ассоциация, совершенно не к месту — но тогда она не показалась мне странной. Я подумал, что в таком месте в голову и должны приходить ненормальные мысли, и тут же возникло ощущение, что все мы — и я, и Талька, и Бакс, и старуха — запутались в некоей бесконечной и туманной паутине, причем совершенно неясно, кто мы — пауки, мухи или сошедшие с ума туристы и выжившая из того же ума полудохлая Яга…"

С попытки помочь умирающей старухе и начинаются неимоверные приключения Анджея, его сына Тальки и друга по кличке Бакс. А также его жены Инги, жителей окрестных хуторов и даже Неприкаянных, среди которых найдутся и Сарт, и мой любимый, по-прежнему живой бес Марцелл... Попадание в мир, где "за каждый Поступок - по морде", где расписано до мельчайших подробностей, как жить, где "рай, как побочный эффект стремления Книги к самореализации", не проходит ни просто, ни бесследно. Каждый меняется, иногда очень неожиданно.

Не буду даже пытаться пересказать сюжет, сплетённый из, скажем так, рассказов очевидцев. Сейчас будет очень корявая фраза, но мне хочется, чтобы досконально был понятен смысл: Олди - лучшие по задаванию неудобных вопросов о правде, порядочности и возможностях человеческой совести. На этом всё. Философская фантастика - жанр редкий, но ведь прекрасные алмазы тоже на дороге не валяются...

"...люди вы, и этим всё сказано, и хорошее, и разное..."

Стоит на перекрёстке дорог? миров? времён? странный дом, изменчивый и непредсказуемый... Живут в нём те, кого он принял, а другие, не принятые домом, зашли и не вышли. Жильцы его, Предстоятели великих и не очень богов, питаются верой, одновременно питая ею своих владык. И жили они долго и счастливо..., пока не выяснилось, что всё забирает себе Дом, Дом на перекрёстке, ставший некой высшей сущностью, неуправляемым Зверем. Сами Предстоятели мало что могут сделать, им для этого нужны люди. Мифотворцы. Они тоже непросты, но всё-таки - люди.

"Мы сидели, глядя перед собой в неизменные стены, за которыми пульсировал голодный Дом-на-Перекрестке, за которым жил, любил, умирал, ВЕРИЛ почти незнакомый нам мир; мы сидели, три Мифотворца – два больших и один поменьше – на распутье всех возможных и невозможных Перекрестков; мы сидели, три случайных человека, единицы из множества, три человека и комната, где некогда не дали спокойно умереть мятущемуся творцу «Раги о Предстоящих»… Мы сидели и знали, что скоро нам – идти. Из Дома. Чем прорастешь, Дом, Дом-на-Перекрестке?…"

Книга о вере, о переписывании истории, о силе мифа как такового. Писалась она в 90-ые годы, но в сегодняшних реалиях стала, на мой взгляд, только ещё более актуальной.

"Дом отгородил всех нас крышей от неба. И теперь никто не мог прорваться выше потолка. А люди отдавали нам свою веру, вкладывали душу в Дом, ничего не получая взамен. И вера начала становиться привычкой. Уже мало кто помнил истинный смысл исполняемых обрядов, имена богов поминались всуе, и зачастую в пошлых и грязных случаях; многие стали ходить в храмы строго раз в неделю – словно исполняя скучную и малопонятную повинность. И взгляды стали серыми, а души – плоскими. Что там герои – за все время существования Дома не было ни одного по-настоящему великого злодея! Так, мелочь, шваль…"

Что касается самого текста - он очень красив. Мне неимоверно понравилось слово "возлесловие", которым обозначаются главы, перебивающие основное действие, понравились птицы - алийский беркут и орёл с глупой кличкой Ужас, понравился подбор стихов и изречений, предваряющих разделы, да что там говорить - всё понравилось. Только вот реальность книги и наша реальность пугающе похожи...

"Кровь и слезы останутся в любом случае, а оборотень ничуть не ужаснее сытого лавочника, и ярость воина порождает не больше горя, чем обыденное зверство толпы… Уж лучше великие битвы, о которых потом сложат песни, чем пьяная поножовщина и скабрезные анекдоты в кабаках – потому что в первом случае остаются хотя бы песни, и глаза мальчишек горят шалым огнем, не замечая грязи на заплеванном полу… а плевать на пол будут так или иначе."