Граф Ноль. Мона Лиза Овердрайв

Все же есть определенная прелесть и в том, чтобы не растягивать циклы на энное количество времени, а читать подряд, ну или хотя бы с совсем небольшими перерывами. Первые две части трилогии Муравейника показались мне, несмотря на очевидную связь, все же вполне себе самостоятельными произведениями, но вот третья соединяет их в одну историю, рассказывая собственно ее завершение и давая уже законченную картину произошедшего. Снова автор берет на вооружение прием нескольких сюжетных линий, каждая из которых рассказывает вроде бы свою историю, но постепенно они сплетаются в одну.

Кумико, тринадцатилетняя дочь главы якудза, после самоубийства матери отправляется в Лондон, чтобы быть подальше от разразившейся войны между преступными группировками. Но попадает из огня да в полымя, подчиненный ее отца затеял какую-то свою игру в расчете получить больше денег и власти и теперь девочка может полагаться лишь на странную новую знакомую с навыками профессионального убийцы и на Колина, ИскИна нового поколения, полученного в подарок от отца.

Посреди Собачьей Пустоши, места непригодного для жизни как людей, так и других биологических видов, стоит Фабрика, заброшенное, полуразвалившееся здание, в стенах которого нашли себе пристанище три изгоя: Джентри, Слик и Пташка. Но внезапно их уединение оказывается нарушено, человек, которому Слик обязан жизнью, просит отдать должок, приютив на Фабрике странную парочку — мужчину, подключенному к какому-то устройству 24 часа в сутки и девушку, что следит за его жизненными показателями, поддерживая их в норме.

Энджи Митчелл, звезда симстима, аналога нашего телевидения, пытается справиться с наркологической зависимостью, в которой она искала спасения от голосов в своей голове. Нет, она не психически больной человек, голоса и впрямь существуют и принадлежат они тем, кто называет себя лоа, вдохновившись человеческими вудуистскими легендами, и в каком-то роде они и впрямь боги, боги нового мира, киберпространства, а Энджи можно назвать их жрицей, самой посвященной, ведь, благодаря экспериментам своего отца, она может попадать в киберпространство и общаться с этими созданиями без всяких приборов.

И последняя сюжетная линия рассказывает нам о Моне, шестнадцатилетней проститутке и наркоманке, которая в расчете на лучшую жизнь когда-то сбежала из дома с Эдди, ставшим для нее скорее сутенером, чем возлюбленным. И именно Эдди в итоге втягивает ее в очередную аферу, на которой он рассчитывает отлично заработать, используя внешнее сходство Моны и Энджи Митчелл. Только он и сам не подозревал о масштабах планируемой операции, будучи мелкой сошкой он связался не с теми людьми и теперь Мона может рассчитывать лишь на себя.

Последняя часть трилогии понравилась мне больше всего. Даже не знаю, что именно зацепило сильнее: бодрый экшен, который не давал оторваться от книги, загадки, ответы на которые хотелось узнать как можно быстрее, на редкость отлично прописанные женские персонажи или же морально-этические вопросы, касающиеся искусственного интеллекта, киберпространства and so on. Пожалуй, дело в совокупности всех этих элементов, можно воспринимать книгу как бодрый боевик в интересных декорациях, а можно с легкостью копнуть и глубже, в любом случае не останешься разочарован.

Мои рецензии на другие части цикла:
"Нейромант"
"Граф Ноль"

Продолжение культового романа в жанре киберпанк оказалось ничуть не хуже первой части. Да и вообще, этот роман достаточно самостоятелен, несмотря на то, что это вроде как прямое продолжение истории ИскИна, что была центральной темой в «Нейроманте». Но при всем при этом окружающие центральную тему сюжетные линии интересны и сами по себе. И тут хочется немного сказать о построении романа, которое тоже пришлось мне по душе. Три, на первый взгляд не связанные между собой истории, которые с каждой новой главой все сильнее переплетаются.

Три. Аризонская пустыня, заброшенные руины городка, ставшие временной базой для солдатов удачи, которые в этот раз работают на одну из самых могущественных дзайбацу против другого не менее могущественного конгломерата. Ставка — один из ведущих ученых компании, чьи разработки столь важны, что уволиться невозможно, можно только попытаться сбежать, предложив свои разработки в качестве оплаты. Но Тернер, один из наемников, не зря все время на взводе, он не доверяет никому, в том числе и тем, с кем и на кого он работает. И, когда все идет не по плану, он оказывается прав.

Два. Барритаун, Нью-Джерси, молодой парень по имени Бобби Ньюмарк очень хочет пробиться в этой жизни, став востребованным ковбоем, или говоря более привычным нам языком профессиональным хакером. Но данная ему на пробу программа не только чуть не убила его, но и сделала объектом охоты могущественных людей, взорвавших его квартиру и отправивших по его следу киллеров. Пытаясь выпутаться из западни, в которую угодил, Бобби знакомится с вудуистами, которые свято уверены, что их боги нынче живут в киберпространстве. Звучит абсолютно бредово, но вскоре Бобби будет уже не до смеха.

Один. Марли Крушкова, после скандала, в который оказалась втянута благодаря любовнику, потерявшая работу в одной из парижских галерей, живет у подруги и в основном занимается тем, что жалеет себя. Но однажды на ее имя приходит приглашение, человек, ставший легендой современного мира, обладающий самым значительным капиталом на планете, хочет нанять ее на работу. За просьбой отыскать художника, что создает странные, трогающие за живое, шкатулки, и при этом не думать о затратах от слова совсем, скрывается гораздо большее. И у Марли нет шанса противостоять приказам нового босса, даже когда она понимает чего на самом деле он хочет. Но она все же рискнет попробовать.

Ноль. Три истории сошлись в одной точке. Есть то, что находится за пределами нашего понимания, даже если когда-то это было создано нами людьми. Машины и технологии, искусственный разум и киберпространство. Чем закончится наше сосуществование?..

War. War never changes.
The Romans waged war to gather slaves and wealth.
Spain built an empire from its lust for gold and territory.
Hitler shaped a battered Germany into an economic superpower.
But war never changes...

World of Fallout

Прерывание – сигнал, сообщающий процессору о наступлении какого-то события. На это короткое время управление передаётся обработчику прерывания, который обслуживает это событие, а потом возвращает управление в прерванный код.

Для большей части читателей эта книга подаст синхронный сигнал прерывания как следствие обращения к недопустимым адресам и переполнению стека памяти. Гибсон довольно часто и умело делит на ноль, не расшифровывая ни научных терминов, ни жаргона различных группировок. Это даёт нам море пространства для манёвра, потому что даже «кибер-деку» каждый визуализирует по-своему. Есть крошечные островки стабильности в этой реальности – узелки в решётке матрицы: корпорации, импланты, синтетика, микрософт, Муравейник, подключение. Остальное находится в постоянном движении – зыбкое, как «лед» вокруг баз данных, и опасное, как «Магнум», снятый с предохранителя в твоём переднем кармане джинсов. Для каждого из героев книги – своя матрица. Ковбой, наёмник, искусствовед сгенерированы и в двоичном виде полетели в сторону ближайшей точки стыка, видимой лишь архитектору. Вообще роман прекрасен именно «двойственностью», что отражается даже в названии. Слово «count» можно перевести как «счёт» и «граф». Как именно наложатся эти прозвища героя друг на друга в сознании читателя мы узнаем, получив асинхронный сигнал.

Периферийные устройства, т.е. герои, на самом деле не настолько важны, можно прерывать сколько угодно. Декорации – вот движущая сила произведения. Физически лишаясь своих тел, погружаясь в виртуальную реальность, люди не перестают задаваться экзистенциальными вопросами, формируя окружение вокруг себя. На этот раз даже религия находит отражение в киберпространстве, пусть и не совсем обычным образом. Невозможно предугадать, на каком моменте повествование будет прервано, а матрица подменена на следующую. Любые романы Гибсона насыщены событиями, не давая героям расслабиться ни на секунду. Как будто бы яростно гребешь в синтетической волне электронщины, захлёстываемый волной образов, что не каждому придется по вкусу.

Холодная война позади, глобальные катастрофы всё время откладываются, порабощение ИскИнами впереди, а пока мир «Муравейника» находится в шатком равновесии. Для многих он – не более чем голограмма на столике генерала ЦРУ, отражение которой в матрице приведет к непоправимым последствиям. Глобальных войн нет, но локальные стычки между корпорациями не прекращаются ни на миг. За что они сражаются, как стать Богом (или Богами) и что делать, если отец вживил тебе в голову что-то несусветное – читайте и познайте!

Начинать стоит с романа «Нейромант», являющегося первым в трилогии.

В «Севкабеле» идет ужасно мультимедийная выставка о Цое. Там, ближе к концу, в закутке, на стене висят копии факсов от Уильяма Гибсона Рашиду Нугманову с драфтами диалогов для несостоявшегося фильма в жанре киберпанк с Виктором Робертовичем в главной роли. Ох уж эти краткие годы Перестройки, когда все казалось возможным и даже что-то реализовалось, чтобы потом опасть и посереть. Гибсон, возможно, и не был до конца серьезен, ведь параллельно с легким увлечением советским он продолжал выпускать части своей трилогии киберпространства - ‘Count Zero’ (1986) и Mona Lisa Overdrive (1988). Впрочем, легкий привет и постоянный интерес к нам присутствует и во втором томе трилогии.

Здесь у Гибсона (насколько можно судить) окончательно оформился фирменный подход – повествование разбивается на тоненькие ручейки, которые ближе к финалу сольются во что-то полноводное (а то и не сольются). Лазарчук успешно использовал похожий подход, только его герои менее насыщены биософтом. Гибсон же купается в ощущениях high technology, low life (хотя его высокая технология теперь кажется иногда мило ретрофутуристичной – факсы, факсы, где вы теперь?), рисуя мир окраин мегаполисов, где идет биз, жизнь ничего не стоит, но, внезапно, может произойти что-то удивительное.

Гибсон играет в списки, здесь всего много. Готики (удивительно похожие на существовавших на рубеже столетия готов), казуалы, жокеи матрицы, вудуисты, дзайбацу и западногерманские корпорации, несметные богатства и дети с окраин. Где-то рядом сюжет, кто-то что-то ищет, кто гениального современного художника, кто убийц родственников и близких, кто богов в сети, а кто просто участвует в переходе с работы на работу, в переходе, который в мрачном мире корпораций сопровождается стрельбой и хирургическими операциями – вдруг предыдущий работодатель какой смертоносный софт или чип имплантировал в ценного сотрудника?

Здесь и появляется легкий советский или российский след. Одним из успешно поменявших работу с помощью главного героя романа был Семенов из Томска, любопытно, как они к нам попали, если в мире Гибсона была Третья мировая, которая ничем радикальным не окончилась? Но потом точки соприкосновения учащаются, будет и русский вертолет в Мексике, и Russian stuff on Mars, и даже New Soviet boy-politician Vasily Suslov в качестве героя симстим-сериала, который бесконечно смотрит мать Бобби по вечерам. То, что герои однажды распивают ледяную bottle of Moskovskaya, никого уже и не удивляет.

Мир ‘Count Zero’ связан с «Нейромантом», упоминаются и главные герои первой книги, и даже более второстепенный Финн, однако вторая книга, с одной стороны, заметно лучше написана, а с другой гораздо менее, хм, wierd, меньше мрака, имплантов и тоски. Со временем романы Гибсона будут идти по этому пути все дальше, становясь все более реалистичными, хотя в нескольких последних он, вроде бы, свернул обратно. Но все это будет потом, а пока на дворе 1986, мне год, родители мои живут у подножья Эльбруса, за океаном визионер создает мир, в котором в ходу новые йены, миром правят сверхбогачи и корпорации, выхода нет, а в Ленинграде один музыкант устраивается в кочегарку.

Прежде чем раскуривать фимиам и распевать дифирамбы «Графу Ноль» и «Моне Лизе Овердрайв», нужно в первую очередь вспомнить о том, с чего, собственно, все началось. Как известно, отправной точкой этого умопомрачительного действа стал великий и гениальный «Нейромант» - произведение, вдохнувшее новую жизнь в жанр научной фантастики и ввергнувшее в благоговейный трепет многих поклонников нонконформистской прозы.

В «Нейроманте» Уильям Гибсон рисует мир будущего, в котором суровая действительность вынуждает отчаянных и рисковых молодых людей бросаться на всякого рода авантюры. Мир будущего здесь не ослепляет организованностью, блеском и благоустройством, не поражает героическими поступками и доблестным служением на благо человечества. Наоборот, этот мир мрачен, дефектен, раздроблен и анархичен. Он под завязку наполнен безысходностью, тоской и отчаянием. Однако свои герои здесь все же имеются. Являясь по своей сути одиночками, отщепенцами, мошенниками, маргиналами, классическими представителями низов, они промышляют тем, что взламывают защитные программы крупных корпораций и присваивают себе их информацию и деньги. Они - компьютерные ковбои, покорители виртуальной реальности, боги большой игры.

Один из таких кибер-ковбоев в «Нейроманте» проворачивает довольно запутанное дельце, результатом которого становится освобождение искусственного интеллекта от оков породившей его корпорации. Получив долгожданную свободу, искусственный интеллект растворяется в матрице и примеряет на себя ее форму, в сущности, становясь суммой всего, что в ней происходит. Однако совершенно неожиданно случаются странные события, которые меняют положение дел в киберпространстве, и матрица начинает трансформироваться, дробиться на множество осколков, наполняться загадочными и непостижимыми существами.

Начиная с «Графа Ноль», трилогия берет курс на распутывание этого клубка, правда, временами складывается впечатление, что по мере развития сюжета он запутывается еще больше. Во второй и третьей частях трилогии появляются новые сюжеты, новые представления о виртуальной реальности, новые главные герои, среди которых мы увидим девушку, обладающую способностью входить в киберпространство без помощи компьютеров. Так получилось, что именно она стала важным звеном в цепи произошедших событий. А еще здесь есть жрецы культа вуду; зацикленные на познании виртуальной реальности кибер-ковбои; тронувшаяся умом наследница одного очень влиятельного семейства; богатый коллекционер произведений искусства, одержимый идеей стать неким подобием божества; робот-шкатулочник, создающий причудливые конструкции и просто огромное количество невероятно харизматичных персонажей, как главных, так и второстепенных.

Подводя итог, хочется отметить, что «Граф Ноль» и «Мона Лиза Овердрайв», являясь идейными последователями «Нейроманта», все же несколько отличаются от своего маститого родоначальника. И дело не в том, что в двух последних романах Гибсон использует других персонажей (исключением является разве что Молли и многострадальный Финн). И даже не в том, что конструкции второй и третьей частей трилогии состоят из нескольких сюжетных линий, идущих параллельно друг другу на протяжении практически всего повествования и соединяющихся в одно целое только ближе к развязке. Просто «Нейромант» - это все же несколько иное произведение. Оно более классически киберпанковое, если можно так выразиться. В «Нейроманте» есть только «кибер», «панк», и ничего другого. Только секс, драгс, рок-н-ролл, высокие технологии и виртуальная реальность. С другой стороны «Граф Ноль» и «Мона Лиза Овердрайв» в киберпанковости ему ничуть не уступают. Однако в этих двух произведениях используется компонент, который практически отсутствует в «Нейроманте». В «Граф Ноль» и «Мону Лизу Овердрайв» Уильям Гибсон добавляет чуточку философии, таким образом, делая эти произведения многоплановыми и глубокими. В совокупности же с «Нейромантом» мы получаем безумный, пьянящий и чертовски убойный коктейль, который, я уверен, свалит с ног даже самого прожженного и бывалого любителя фантастики.

Уильям Гибсон – это такой канадский Лазарчук. Или Лазарчук – это наш Гибсон? Но первоисточник не так важен, интереснее видеть этот постоянно воспроизводящийся паттерн – множество, огромное множество тропок, которые пытаются слиться в огромное шоссе, во что-то вроде той самой дороги через Индию в Киме Киплинга, все идет к развязке, которая постарается если не объяснить, то хотя бы уравнять всех.

С точки зрения литературного мастерства что «Мона Лиза овердрайв», что «Граф Ноль» – абсолютный повтор «Нейроманта», те же техники и приемы, только надрыва меньше, диалоги точнее, а мизансцены спонтаннее. Собственно, дальше Гибсон продолжил, не меняя колеи. Казалось бы – самоповтор и автоплагиат, но дело, как обычно, в деталях. Миллион раз упомянутая кинестетическая сущность его прозы постоянно спасает ходульные сюжеты. Пусть сущность конфликта 3Джейн и Энжи Митчел так и не получила объяснения, пусть Молли/Салли выскочила в третьей книге из запасника как чертик из табакерки, пусть, зато жуткие роботы-артобъекты Слика наводят такую тоску, что читать это интересно. И они, как то самое ружье, понадобятся в последнем акте.

Страшен ли мир Гибсона, каким он его увидел в 1988? Не страшнее сегодняшнего, чистый киберпанк, high tech, low life. Политика, которая составляла процентов 10 в «Нейроманте», окончательно ушла на задворки, так, еще раз упоминается краткосрочная Третья мировая, которая уничтожила на стороне Запада Бонн, а на нашей – Белград. Точка. Один раз водка упоминается, а также метод нейронаказания автоугонщиков назван «Корсаков» в честь автора, больше никаких признаков наших палестин. Что любопытно – вроде бы в 1988 в СССР бушевала Перестройка, ан нет, в 1984 Гибсону СССР казался куда важнее, упоминаний в тексте было куда больше. Не почувствовал ли он, что такой СССР больше не годится для киберпанкового будущего?

Интернет до интернета, интернет, который осознает себя, интернет, который дотянулся до интернета другой планеты среди звезд – любопытно, но автор на этом не настаивал, все это лишь обрамление мира грязной улицы (как американские задворки в клипах Майкла Джексона 80-х) с наркотой, имплантами и мечтой о чистой жизни. Внезапно, люди опять оказались важнее технологии, даже в жанре, поставившем технологии во главу угла. Вероятно поэтому тексты Гибсона – довольно хорошая литература, не прозябающая в жанровом гетто.

Кто о чем, а я снова о красивых фразах.

Итак, вторая часть трилогии про Муравейник, Каунт зиро, кроме трех сюжетных линий и множества забавностей, подарила миру еще одну квинтэссенцию киберпанковской вселенной.
Первую вы можете помнить - про небо цвета пустого канала.
Это наиболее емкое описание мира, в котором существуют эти люди.
А эта фраза - наиболее емкое описание людей, которые существуют в этом мире:

Голландцу и его бригаде потребовалось три месяца, чтобы собрать Тернера заново. Они клонировали для него квадратный метр кожи, вырастив ее на пластинах коллагена и полисахаридов из акульих хрящей. Глаза и гениталии купили на свободном рынке. Глаза оказались зеленые.

Я люблю Гибсона за его короткий и беспощадный синтаксис. За умение обрывать истории так, что их хочется читать дальше - будь то рассказ о молодом неудачливом хакере и конспирологической секте,о прогоревшей галлеристке и корпорациях или о наемнике и его последнем деле.
За то, как он сплетает сюжет в бараний рог, и все же в конце соединяет все три линии так. что иначе их соединение и представить себе нельзя.

И, конечно, за смену темпа. Гибсон аритмичен, и этим тоже восхищает - он чередует моменты расслабления и неги, где ничего не происходит с неудержимым экшеном и откровенным трешем.
Не каждый так умеет, не каждый так безжалостен к своим героям, не каждый дает им только маленькую передышку - и только в начале книги.

Если читая Нейроманта, раз за разом вспоминаешь Гост ин зе шелл (аниматоры которого, собственно, Гибсоном и вдохновлялись в основном), то в Каунт Зиро мой личный лейтмотив - сцена из третьей мракобесной Матрицы, когда герои на миг вылетают из своего потерянного грязного сожженного настоящего мира под солнце, и видят чистое небо. Это длится не дольше 10 секунд, но эта сцена прекрасна. Кроме прочего, прекрасна она и тем, что изначально быстротечна.

Мир потерян - и ничего с этим не сделаешь.

Как писал один:
Главное, чтобы нам всем хватило любви,
Главное, чтобы нам всем хватило желчи.

Мне и зашло, и не зашло одновременно. Знаете, как-то после Лавины Стивенсона ожидалось нечто очень клевое, крутое, динамичное, а получилось ближе к Филипу Дику, чем к Стивенсону.
Счет Ноль (да, он никакой не граф) - довольно средненькая история Роберта Ньюмарка и его становления как крутого хацкера. Лукьяненко справлялся лучше, Роберт Уилсон интереснее выворачивал окружающий мир. Если хакеры - то вот вам и мафия, убийства, прикольные программы для взлома и нырки в киберпространство под прицелом транснациональных компаний. Ну... такое.
Мона Лиза Овердрайв - развитие идеи стимов. Кино обрело три, четыре и все восемь дэ, но в нем ты погружаешься в сюжет в теле конкретного актера. И переживаешь все его тактильные ощущения, запахи, звуки, вот это всё. И нам рассказывают историю от имени этого актера.
Бесит перевод. Я считаю, что Анна Комаринец навредила всему киберпанк-сообществу России. Count Zero - не граф, а счет ноль. Это даже в книге есть - прерывание на счет ноль. Так почему граф-то? А в словаре наряду со значением счет есть "графа", строчка в таблице или документах. Вот так Бобби стал Графом.
Ну а не найти на карте реальный американский город Балтимор и назвать его Балтиморой (в женском роде, да) - это уже мелочи на фоне первого ляпа.

События данной книги развиваются после 7 лет прошедших от событий Нейроманта, ИскИн выпущенный на свободу в первой части разделился на кучу этаких вудуистских богов, которые заключают с ковбоями(хакерами) сделки помогая им, но сюжет увы не об этом, нас ждут новые герои,да не один. Тут целых 3 линии повествования. 1-я Тренор весьма серьезный бандит,который помогает в операции, где один ученный захотел поменять компанию (сменить крышу),но вместо ученого на его шею сваливается дочь этого ученого. 2-я Бобби Ньюмарк начинающий ковбой, который делая свой первый заход в матрицу чуть не погиб, но его спасает та самая дочь ученого, и за ним начинают охотиться. 3-я Марли- искусствовед которая по заданию очень богатого герра Вирека ищет создателя неких шкатулок. Но именно линия про Марли самая на мой взгляд бесполезная, она конечно находит создателя шкатулок, но старого козла Вирика вообще Бобби побеждает (точнее Самайн в его линии), и ничего особо полезного в сюжет она не привнесла, только страх и паникерство, если так хотелось привнести в сюжет Вирекато запихнули бы его во 2 линию...