Повесть о Сонечке

«Повесть о Сонечке» Марины Ивановны Цветаевой – великолепное воспоминание о современнице! Такое чувственное, полное энергии, чувств, силы духа, трагизма, любви. Сонечка Голлидэй представлена в нем такой куколкой, с одной стороны, нуждающейся в защите, опеке, а с другой – полная сил, исполненная мужества, ведь без страха ходила в революционной Москве к Храму кормить солдат под пулями красногвардейцев. Конечно, она очень мечтательная и, кажется, неприспособленная к жизни – действительно, Настенька Достоевского («Белые ночи»). Но она живет, карабкается каждый день без чьей-либо поддержки. Очень влюбчивая... не только в мужчин, вообще, во всех людей земли. Таких людей сейчас нет. А вот если бы такие Сонечки только и населяли планету, то жизнь бы была иной, какой-то более теплой, душевной, без боли и крови.

Судьба у Сонечки, конечно, трагичная. Мне ее жаль. В театре не ладилось: ее удел – Настенька. За серьезного человека ее никто не считал, кроме Цветаевой. Она жила чувствами. Этим она напомнила мне Наташу Ростову: они обе не могут жить без чувств, без любви – они только и живут любовью, это их жизненная энергия. Кстати, Сонечка, как и я, любит в «Войне и мире» «Мир». Она была очень умной, рассудительной по-философски, красивой по-своему, но не пригодной для мирской жизни, к сожалению, ее удел – мир горний. И ушла она в своем стиле, как говориться, неожиданно войдя в жизнь Цветаевой, и также неожиданно для нее ушла из своей жизни, умерев во сне от рака.

Эта повесть такая тонкая, душевная, и, кажется, что соткана из цитат злободневных, романтичных, красивых. Марина Ивановна и здесь не отступилась от своего необычного и такого привлекательного стиля: столько эмфатических пауз, что на каждой хочется плакать, представляя, что будет дальше с Сонечкой-Павликом, Юрочкой, Володечкой, детьми Марины Ивановны, с Россией...

Я уже очень длительное время нахожусь под сильным впечатлением от «Повести», так на меня еще ничто не влияло. Тем более что после я посмотрела биографический художественный фильм Марины Мигуновой «Зеркала»... На меня всегда имело сильное влияние творчество Цветаевой, а сейчас у меня много вопросов и мало ответов в голове, а мама говорит, что это хорошие темы для будущих научных работ, тем более что мне это интересно. Поживем – увидим.

В общем, меня понесло в другую сторону, поэтому я заканчиваю. Я хочу посоветовать всем читать все, что захочется, все, что нравится, может, когда-нибудь этим «захочется» станет божественная «Повесть о Сонечке», вышедшая из-под пера Марины Цветаевой.

Только что прочитала это Великое произведение.
Для меня оно стало Великим и самым любимым.
(А слезы еще не высохли с глаз)
Я так сильно полюбила Марину и Сонечку, что просто описать этого не могу! Мне так хочется сделать что-нибудь для них хорошее, как жаль, что это просто невозможно…эмоции меня до невозможности переполняют, из-за этого даже толком описать не могу, что чувствую. И на душе так горько, и так обидно за то, что судьба так обошлась с этими двумя прекрасными женщинами. Но зато они были друг у друга, пусть даже недолго. Хоть какая-то радость…
Я хочу, чтобы каждый человек прочитал это.

Проза русской поэтессы Марины Цветаевой.

Впервые я познакомилась именно с прозой писательницы. Как же я обожаю поэтичный слог в книгах, когда повествование такое тонкое, хрупкое, звенящее, наполненное. Ты буквально слышишь звуки, музыку, строки льются и звучат отчётливо.

Главные герои повести — прелестная молодая актриса Сонечка Голлидэй, подруга Цветаевой, и Володя Алексеев, влюблённый в Сонечку.

Сонечка — воплощение любимого женского типажа Цветаевой. Это дерзкая, гордая, неизменно самовлюблённая девочка, самовлюблённость которой все же ничто по сравнению с вечной влюблённостью в авантюрный, литературный идеал. Инфантильная, сентиментальная и при этом с самого начала наделённая полным, женским знанием о жизни, обречённая рано умереть, несчастливая в любви, невыносимая в быту.

А сюжета, собственно, нет. Молодые, талантливые, красивые, голодные. Они читают стихи, изобретают сюжеты, цитируют любимые сказки, разыгрывают этюды, смеются, влюбляются.. А потом кончилась молодость, век серебряный стал железным, и все разъехались или умерли, потому что так бывает всегда.

«Сонечку у меня оторвали – вместе с сердцем»

Чтобы вы понимали...

Это, ей-богу, грамматическая революция, не иначе. Слащавый слог, аж приторный, цепляется за ваш рассудок, как растаявшая ириска пристает к пальцам и тянется, тянется, тянется...
Галлюциногенный сон длинною в несколько ночей. Нарочитая речь, будто на преддыхании. Будто корсет шикарного платья был затянут до отказа и героиня в предобморочном состоянии. Очень тяжелый слог, местами абсурдный.
Не отчитала, а измучилась. Сонечка затерялась вся - путалась в буквах, чужих=ненужных лицах, блуждала воспоминаниями. В конце концов от Сонечки, что случилась в 1919-ом, ничего-то и не осталось. Была Софьюшка да вышла. И это было, потому - правда. Действительно. Потому что было. Правда, была Софья, где-то между шумом метелей. Ну, знаете, метель... То отметет... То заметает. Да. Метель.

Не вышло у нас с прозой Марины Ивановны любви. Для личного дневника, для встреч с друзьями, для чего-то очень сокровенного и держащегося хотя бы за одним замком - превосходно. Для произведения, представленого широкой публике, - слишком уж претензионно, бессюжетно и, в общем-то, туманно. Ну, туман, знаете... То раскинется, то рассеется... Да. Туман. И рассеивается в памяти это скопление букв очень быстро, ничего после себя не оставив. Такое. Хотя, на вкус и цвет, как говорится...

Признаться короткую «Повесть о Сонечке» я читала несколько дней, тогда как другую, такую же по объёму, прочитала бы за несколько часов. И всё потому, что это не совсем повесть в привычном для нас понимании. Это выплеск эмоций: неудержимый восторг и глубокая печаль. Это одно большое признание в любви дорогим сердцу автора людям. Признание это исходит не только от автора, но и от всех действующих лиц, хотя трудно называть их действующие лицами. Они абсолютно реальные, живые люди. В повести очень много монологов самой Сонечки- Софьи Евгеньевны Голлидэй. Каждая строка брызжет эмоциями. Чувства бегут впереди мысли и от того такая сбивчивая и обрывистая речь. Кажется, так в жизни не говорят. Это словно бы сценические монологи актрисы. И в этом нет ничего удивительного, ведь Сонечка-актриса, которой, как мне показалось, она остаётся и в жизни. Если Сонечка - актриса, то Марина Цветаева - поэт во всем. Её повесть похожа на стихи. К некоторым прочитанным строкам повести возвращаешься по нескольку раз и перечитываешь ещё и ещё: одни - чтобы понять, другие - потому что понравились. Марина Цветаева очень восторженно пишет о людях, которых любит. Они у неё на пьедестале. Для неё они самые необыкновенные и самые лучшие… Удивительно, что в суровый 1919 год, когда бушуют революция и гражданская война, когда холодно, голодно, когда нечем кормить детей, а мебель рубится на дрова, чтобы согреть свой дом – люди продолжают несмотря ни на что самозабвенно любить, творить, писать стихи. И это прекрасно!

Давно уже читала, но рецензию как-то не могу внятно написать, хотя даже в нашем Книжном Клубе обсуждали эту маленькую повесть.
Могу только сказать, что была в моей жизни такая дружба, такая любовь к человеку, чуть ли не обожествляющая его любовь. Именно к девушкам-подругам, но не путать это с физическим или сексуальным влечением (ну, в моем случае, да, я думаю, и случае с Мариной Цветаевой и Сонечкой, тоже).
Это когда, как я называю, совпадают какие-то «флюиды» на подсознательном уровне ты находишь себе очень близкого человека. И даже не всегда это означает, что он похож на тебя по характеру или поведению – может и отличаться наоборот, но все равно, внутри, где-то глубоко, твой «внутренний камертон» (выражение Акунина, где-то мной вычитанное) звучит в унисон с его, этого человека, камертоном.
И здесь, по-моему, у Марины и Сонечки (уж так она всегда называется в книге, уменьшительно-ласкательно, что и я привыкла так писать), тоже так было. Совпали они во многом.
Но книга и о самой Марине Цветаевой, конечно, о том, какое тяжелое время пришлось пережить ей и ее семье, и в рассказе о Сонечке, раскрывается и сама Марина.

В общем, спасибо Книжному Клубу за выбор, повесть стоило прочесть (в моем случае послушать), тем более, что я, к своему стыду, даже не знала, что у Цветаевой есть еще и проза.
От себя у Цветаевой рекомендую цикл о Джакомо Казанове – это стихотворные драмы, необычные, стремительные и яркие.

Наверное, в первую очередь стоит сказать, что поэзию я люблю и особенно Серебряного века, и особенно раннюю Ахматову. И, думаю, стоит добавить, что Цветаеву я всегда недолюбливала, за излишнюю (такое возможно, вообще?) эмоциональность (Простите, Марина Ивановна). К тому же, она мне не нравилась как человек. Этот вечный диссонанс: потрясающий поэт или писатель, но как человек - одно раздражение! Все время забываешь, что талант, может и от Бога, а человек сам по себе вполне земной.
Я полюбила "Повесть о Сонечке", для меня это очень гармоничное произведение, как прогулка на море, лодочку перекатывает по волнам, и приплыли. По моим ощущениям, это в первую очередь, какое-то фонетическое произведение, интонационное удовольствие. Стилистическая сладость. Потому, что сама Цветаева писала, что Сонечка, как сахар, сладкая. Похожие ощущения я испытывала, когда читала Набокова (без сладости, разумеется), наслаждение от пропускания звуков и букв сквозь себя, они в тебе вибрируют, выплывают из тебя и формируются снова в слова.
"Сонечка" - это та повесть, которую мне придется перечитать, чтобы открыть что-то новое, не увиденное и незамеченное. Первые мысли, сумбурные, были такие: "Как грустно, что все закончилось, и как хорошо все закончилось ". Потому, что без такого конца не получилось бы этой маленькой нежной "Сонечки", с бескорыстной любовью и прощением всех этих "манерочек" и "гримасочек". Мне просто показалось, что если апогей счастья Цветаевой пришелся на эти месяцы с Сонечкой и Володенькой, значит будь по-другому, и Соня Голлидэй вышла бы не такой.
После прочтения, Марина Ивановна, конечно, не стала моим любимым поэтом, но все-таки я искренне восхитилась ее гением и хочу теперь продолжить с ней знакомство. Я действительно думаю, что повесть нужно читать. В ней так иногда просто, а иногда не очень, передаются чувства людей, переходящие неизменными от эпохи к эпохе, и сейчас бурлящими в нас, вызывающие рой мыслей о нем, о ней, обо мне, о нас, и так - по кругу.
Ну и прекрасные слова:
"<...> когда я, проводив его с черного хода по винтовой лестнице и на последней ступеньке остановившись, причем он все-таки оставался выше меня на целую голову, - да ничего, только взгляд: - да? - нет - может быть, да? - пока еще - нет - и двойная улыбка: его восторженного изумления, моя - нелегкого торжества. (Еще одна такая победа - и мы разбиты.)"
Или вот:
"... Что если бы мне дали выбор - его всего - и наше с вами - только-всего... Словом, знаете ли вы, что вы его с меня, с моей души, одним своим рукопожатием - как рукой снимаете? Все еще молчит."
Ну вот как-то так.