Повесть о Сонечке

У меня всегда были очень уж сильные чувства к прозе Цветаевой (да-да, именно прозе, а не стихам. их я люблю, но такого сильного у меня к ним нет). Когда я столкнулась с ней первый раз ("Мой Пушкин"), то сначала думала, что больше сама ничего никогда-никогда писать не буду, так это было красиво и сильно, но очень легко, непринужденно написано, что вся моя писанина казалась пустым жалким графоманством (да что там моя! многие книги тоже!). Но прошло время - не больше дня - и мне мучительно захотелось что-то написать. Так красивы были слова Цветаевой, что невыносимо хотелось, хоть на секунду прикоснуться (хоть к тени) к этому волшебному действу написания. И так она со мной всегда - завораживает.

Такое большое произведение как "Повесть о Сонечке" я у Цветаевой читаю в первый раз, поэтому сразу же в глаза бросилось, что читать ее немного сложно - в тексте очень много ее излюбленных немного не согласующихся, но безупречно точных определений через тире. Казалось даже, что текст на мой вкус слегка перегружен, но потом втянулась - красота это! Потом поняла еще и другое: каждый раз, когда читаю красивый текст, то боюсь что-нибудь упустить, поэтому дочитав предложение, часто возвращаюсь к его началу, чтобы перечитать, прочувствовать на полную, распробовать. А вот текст Цветаевой так устроен, что пропустить что-то просто невозможно. Как раз эти точные, яркие определения через тире и акцентируют внимания, не дают ему ни на секунду отбежать в сторону.

Повесть сама потрясающая, никогда еще не читала ничего такого красивого и точного про отношения и чувства. У Цветаевой получилось точно передать атмосферу маленького мирка, который образуется при общении близких людей. Про саму Сонечку напишу потом, сейчас о другом - о Володе. Этот образ (человек) меня просто покорил! А его отношения с Цветаевой - красивей всего в этой книги. Он и ушел со сцены благородно - уехал на юг, пропал без вести. Именно в этих отношениях была (на мой вкус) самая настоящая магия, когда "Всякая попытка словами - была бы унижение и конец". Но еще больше мне нравится другая цитата - про то, как Володя ее только по имени и отчеству называл - никогда просто Марина:

"А он меня - М. И., так с отчества и не сошел, и прощались по имени-отчеству. И за это была
ему благодарна, ибо в те времена кто только меня Мариной не звал? Просто: М. И. - никто не
звал! Этим отчеством сразу отмежевался - от тех. Меня по-своему - присвоил."

Сонечка же совсем не такая, она ценила и всячески подчеркивала эту близость с Цветаевой. Капризный ребенок с красивыми словами/мыслями, которые произносила как в трансе - сама себе, сама в себе. По-своему несчастная, признанная чуть-чуть, не до конца, не понятая в основном и "С поправкой - неповторимости". Самое точное о ней (глазами М.И., конечно же, другие ее видели иначе):

"Чего ей не хватает? Только двух веков назад и двух любящих, могучих рук. И только собственного розового театра - раковины."

С людьми у нее отношения плохо складывались - женщины ей завидовали, мужчины боялись. ("Они все боялись, что она (когда слезами плачет!) над ними смеется."), но в то же время ее любили старики и дети, которым опасаться нечего было, а "Чужих для нее не было. Ни детей, ни людей".

Еще люблю это все ее уменьшительное и в жизни и в речи - немного манерное со стороны, но на самом деле искреннее и по-доброму умильное:

"Струечка... Секундочка... Все у нее было уменьшительное (умалительное, утолительное, умилительное...), вся речь. Точно ее маленькость передалась ее речи."

И вот это еще момент мне полюбился:

- Марина! Я иногда ужасно вру! И сама - верю. Вот вчера, я в очереди стояла, разговорились
мы с одним солдатом - хорошим: того же ждет, что и мы - сначала о ценах, потом о более
важном, сериозном (ее произношение). - Какая вы, барышня, молоденькая будете, а разумная.
Обо всем-то знаете, обо всем правду знаете... - Да я и не барышня совсем! Мой муж идет с
Колчаком! И рассказываю, и насказываю, и сама слезами плачу - оттого что я его так люблю и
за него боюсь - и оттого что я знаю, что он не дойдет до Москвы - оттого что у меня нет
мужа, который идет с Колчаком...

Ну и про любовь монолог Сонечки прекрасен (там, где "А Вы, когда любите..."). Наоборотная зубная боль...

P.S. Вот говорят часто, что те, кто не могут определиться, кого же они любят и все мучаются-мучаются - неискренние люди, сами себя и других морочают, что так не бывает. А вот Цветаева троих любила только той весной, все по-разному, всех искренне. Палитра же чувств неисчерпаема. Слишком много оттенков.

P.P.S. Люблю (полюбила), пожалуй, не саму Цветаеву (мне она сама не так близка), а то, как она любит, как она чувствует

Не приходится преувеличивать искусство, силу слова наших, русских писателей и поэтов. Язык Марины Цветаевой меня изумляет, приводит в блаженный мир благоухания русской речи; в глубинах души пробуждает любовь к тонкой организации русского слова. Безусловно, порою сложно было с первого раза вникнуть в суть ею излагаемого, не унывала, важнее – не ленилась и перечитывала заново, удивляясь, как на первый взгляд довольно заурядную вещицу можно зарисовать настолько волшебными красками.

Песчинка из того, что заставило вздрогнуть:

Лишь три месяца забвения. Глубокий, слишком непонятно-глубокий мир Марины и Сонечки. Их мир: на бумаге, в душе, во времени, с годами…

Играючи расправляется со словами, предложениями, выражениями, знаками препинания. Будто вся история пропитана тоской, отчаянием, безутешностью, безысходностью, но эта «игра на бумаге» дает хотя бы малейшую отраду. А может, просто-напросто в этом стиль Марины Цветаевой… нет, слишком пошло и современно… в этом вся Марина Цветаева.

Мало сказать, что я в восторге. Признаюсь, мне тяжело понятно, тяжело от непонимания многого из написанного, прочитанного, пережитого. Наверное от того, что не моя жизнь, время, случай… Но я научилась – научилась стараться понимать, точнее, только открыла в себе это после повести. Без резкости, наглости, отчаяния. Понимать близ и даль, олицетворять и украшать не украшаемое. Жить, кормиться хорошим, теплым, душевным.

Очень люблю лирику Цветаевой. Но, как оказалось, ее проза - это совсем другая история. Точнее, совершенно та же самая. Она насквозь лирична, с намеками, недоговорками, с намеками, с перескакиванием с одного на другое. Она ровно такая же, каким может быть прекрасное стихотворение. Но проза в таком виде совершенно нечитаема. По крайней мере, Повесть про Сонечку. Я продиралась сквозь эти дебри с таким трудом, какой и предположить не могла. А еще, оно конечно про Сонечку, про творческую интеллигенцию того, революционного, времени. Но больше всего оно про Цветаеву. Про обожание ее всеми, про целование рук, про восторги, про немую любовь и (или?) дружбу, про ночи в разговорах. Самовлюбленное описание себя я приветствую в стихах, но в повести оно стало раздражать довольно быстро. Так что, по видимому, не моё.

Превосходная возможность заглянуть в «то» время. Узнать, услышать «тех» людей, которых мы знали как современников великой поэтессы. Главная героиня – Сонечка Голлидэй, и все повествование в общем-то крутится вокруг нее, втягивая в этот водоворот и остальных героев. Она – муза Цветаевой, она – ее большая любовь (без грязи, пожалуйста).

Проза Марины роскошна – и в то же время невесома и нежна. Удивительной души человеком была Цветаева. Все, о ком она пишет... Такие они все...неприспособленные к миру. Пылинки. Снежинки. Золотинки на ветру. А ветер дул мощный. Ветер эпохи завывал, словно пес в подворотне, хватал за полы пальто.

Очень образная проза, очень насыщенный сравнениями и эпитетами текст. Если бы я писала стихи, то непременно черпала бы вдохновение из прозы поэтов. (Поэт – всегда и везде поэт). Богема, конечно. Все они так и остались Сонечками, Володечками, Мариночками. Сейчас это кажется нелепым, что взрослые в сущности люди так открыто не желали взрослеть. Но осуждать их сложно, слишком уж тяжкое время выпало на из долю. «Сидеть на облаках и править миром» - вот это про них, про тех, кто не желал кутаться в дерюгу от всепроникающего вера перемен, а желал вечно сидеть на бережке, обрывать лепестки и болтать ножками, любуясь серебристым ручьем.

И ведь за окнами рушилась империя. На обломках старого взрастала империя новая – требующая повиновения, рявкающая всеми этими Культпросветами и прочими аббревиатурами. В новом мире, конечно, не было места Сонечкам и Володечкам. Голод, настоящий голод, холод, разруха – и в этом всем как алмаз сияние Марины и ее любви.

Профессия накладывает отпечаток на человека.
Разобраться бы на минуточку, что за профессия все же была у Цветаевой?
Поэт? Не только. Профессиональный протоколист своих (теперь уже кажется, что часто надуманных, просто потому, что так привыкло - развить целый роман из малости, почти ничего) чувств - гиперболизированно, засахаренно, ватно.
Сразу же вспоминается эпиграмма другого поэта - Ахматовой.

Я научила женщин говорить
Но, боже, как их замолчать заставить!

И правда - как?

Я подумаю позже, а пока... пойду съем что-нибудь кислое, горькое, соленое, что угодно, но сладостей в последнее время было слишком много. Слишком приторно.

Любовь, сколько любви...
Не устает любящий повторять имя любимой и признаваться, каждую минуту, каждый миг, в своей любви и нежности.
А когда эти признания - реквием? в память... Не величественный Моцарт, а локон волос, звук смеха, объятие, любимый говор... нежность, нежность, нежность. Море, океаны любви к "маленькой" Сонечке.
А ведь там революция, а ведь там война... ужас и голод... и Любовь. Только любовь...

Из двух Софий мне намного ближе Парнок, но так написанные слова у нас есть только о второй Сонечке...
Сонечке, не Софиии...

"Повесть о Сонечке" - это эмоция. Сильная, натянутая. Любовь. Нежность.
И история действительно как кусок сахара. Слишком приторная местами.
Сначала читать было довольно интересно, хоть и сложно пробираться через текст. В потоке сознания, эмоций и чувств не сразу удается понять суть и привыкнуть к такому стилю.
Ближе к середине и практически до конца Сонечка раздражала. Я думала, что полюблю ее. Буду в таком же восторге, как и многие другие. Но этого не случилось.
Ближе к концу читать стало легче. И дочитав, я выдохнула. Через 253 страницы я пробиралась больше недели.
И я устала читать эту книгу. Возможно от переполняющих ее чувств и эмоций. Ведь это воспоминания Марины Цветаевой о Сонечке Голлидэй, которую она любила.
Не могу поставить оценку. Мне кажется, что это именно тот случай, когда история либо тебя цепляет и становится частью тебя, либо нет. А 2 звезды или 5 звезд - какая разница? - это всего лишь условность.

Что для меня Марина Цветаева? Это "мне нравится, что вы больны не мной", это "знаю, умру на заре", "вчера еще в глаза глядел" и многие другие цепляющие за душу, яркие и незабываемые строки! Эта же повесть оказалась для меня слишком уж приторной, не мог написать ее настоящий поэт, все эти Сонечки, Володечки - аж противно... Этого слишком много, всей этой сладости и смазливости...
Да, как достаточно романтичная особа, я не могла пройти мимо всяких милых цитат, но их не так много, поэтому впечатление они не спасли.