Цитаты из книги Чудаки

Прохожие смотрели на бесновавшегося Стеклянного Цветка, как на тигра в клетке: на вид страшен, да никто его не боится.

Но, сделав вид, что ничего не произошло, он быстро выхватил из-за пояса пару железных шариков и одновременно выстрелил ими. Такой выстрел называется «пара жемчужин на шапку». Один заряд полетел прямо в лоб Дурню-Второму, другой – пониже, на тот случай, если он пригнется. Этот прием Дай Куйи придумал сам и применял очень редко.

Вот уж поистине чудо из чудес, как говорится, «чего и хитроумные варвары не придумают»!

Его трясущееся от смеха мясистое тело дергалось, как игрушечная мышь на веревочке.

Его самострел, наверное, самый удивительный в мире. Чтобы привлечь народ, он ставит на стол маленький кувшинчик для вина, сверху кладет на кувшин комочек глины и пускает в тот комок стрелу с тридцати шагов, да так, что глина рассыпается и проваливается в кувшин, а кувшин даже не шелохнется.

Да, я с детства слыхал, когда отец его наказывал, то подвешивал за косу к дереву.

Дети в Тяньцзине с младенчества имеют презрительные клички, как-то: дурной малый, собачьи объедки, песий сын, задница, старшая вонючка, вторая вонючка, третья вонючка, лысина, песий выродок и прочие. Говорят, их давали для того, чтобы загробный владыка Янь – ван, услыхав их, не придал бы им значения и не вписал их в книгу жизни и смерти и эти люди могли бы жить долго. Кто этому верил, кто нет, но все давали детям такие клички, надеясь привлечь таким способом счастье.

Те, кто, как говорят, «защищаются языком», не просто умеют говорить. Вот столичные болтуны - те рассуждают, а «защищающиеся языком» воюют словами, воевать же словами-все равно что мериться силой духа.

Даже у людей, которые целыми днями слоняются без дела, есть свои расчеты.

Говорят, то, что неподвластно людям, управляется богами. В Тяньцзине «три мира, четыре вида живых существ, шесть способов существования, десять сторон света» находились в ведении богини. Но с тех пор, как и богиню украли, у людей прибавилось забот.

Он сидел в сторонке, не зная, что ему делать и как вести себя с иностранцами. Ему оставалось только поступать так же, как Ян Дяньци, и смеяться заодно с ними. Другие кивнут головой-и он кивнет головой, другие покачают головой-и он покачает головой. Если повторять за другими все, что они делают, то даже мертвец сойдет за живого.

В каждом деле есть, во-первых, способности, во-вторых, язык, а в-третьих, искусство. Если мало способностей, тогда работают языком, если языком не победишь, тогда показывают искусство.

Такие великие умельцы все делают как-то по-особому, они словно и не замечают самих себя.

Ты молод, ничего не смыслишь, потому-то такой нахальный.

Мастера воинского искусства обычно говорят: на Юге- кулаки, на Севере-ноги.

Кто же в Тяньцзине не слыхал о Су Тяньсяне! Ведь он был первый среди знатоков воинского искусства. Говорят, он умел стоять на одном пальце, убивать ударом ноги муху и спать на висящей паутине. Это были его «три непревзойденных достижения».

С тех пор к нему с утра до вечера приходили люди и просились в ученики. Люди эти не знали ни его фамилии, ни имени, да и не спрашивали. Если человек знаменит, зачем еще спрашивать его фамилию? Просто уважительно звали его "почтенный Дурень-Второй".

Слова, произнесенные перед смертью, – это завет. Даже если в обычное время слова старших пропускают мимо ушей, заветы их нельзя нарушать.

Чтобы заставить человека служить вам, нужно смотреть только, догадывается ли он о вреде, который ему хотят причинить. Если догадывается, то игре сразу же приходит конец.

По обычаю того храма, тот, кто заимел наставника, вручает священнику немного денег, а священник ставит в главном зале храма скамью. Считается, что тот, кто через нее перепрыгивает, становится взрослым человеком и сбрасывает «детскую дурь». Там это называется «перепрыгнуть через стену». По правилам, кто перепрыгнет через скамью, выбегает, не оборачиваясь, из храма и идет к цирюльнику, чтобы тот постриг его как взрослого.