И вот совсем недавно барсук, который целое тысячелетие брел в зеленом сумраке английского леса, подвергся внезапному нападению со стороны двух отдельных групп так называемых цивилизованных людей. Группа ветеринаров, привлеченных для работы министерством сельского хозяйства, объявила барсуков переносчиками бычьего туберкулеза (каковыми они, возможно, и являются). Решение проблемы было простым: «истребить». И началась кампания окуривания барсучьих нор при крайне несимпатичных обстоятельствах. Мне кажется, что у ветеринаров, работающих в этом министерстве, всегда наготове только один ответ на поставленную проблему: «уничтожить» вместо «решить». К счастью, общественность восстала против такого подхода, и варварское разрушение родовых жилищ и уничтожение животных было приостановлено. Вы, должно быть, подумали, что официальной кампании окуривания (достойной по жестокости временам Тевтонского ордена) с лихвой хватило для бедняги барсука, но ничуть не бывало. Потерпев поражение с одной стороны, бюрократическая машина стала угрожать животным с другой. Ведущим видом спорта среди тех представителей человечьей расы, чье развитие все еще находится где-то на уровне неандертальца, стала травля барсука терьерами. Барсуки, приносящие, вероятно, большую пользу, чем все эти варварские омерзительные человеческие личности, выгонялись из нор и преследовались собаками. В подобной травле как нельзя лучше отражены две стороны нашего радужного общества: бюрократия, безжалостно уничтожающая все на своем пути, и озверевшая толпа, готовая (словно Римский плебс) не только лицезреть публичную казнь, но и принять в ней непосредственное участие.