Сова покинула лес, скользнула над деревенскими крышами и, подняв облако снега, приземлилась на самой большой, заросшей омелой яблоне в саду кузнеца. Не успели ее когти коснуться ветки, как она поняла, что не ошиблась. Дерево отвергало ее, она чувствовала, как оно пытается столкнуть ее. «Я не уйду», – подумала она. «Ну давай, терроризируй меня, – в тишине ночи произнесло дерево. – Если я дерево, значит, можно, да? Вот она, типичная баба». «По крайней мере, сейчас от тебя хоть какая-то польза есть, – в ответ подумала матушка. – Лучше быть деревом, чем волшебником, а?»
«Это не такая уж плохая жизнь, – заявило дерево. – Солнце. Свежий воздух. Время для раздумий. А весной – пчелы». В том, как дерево промурлыкало «пчелы», было нечто столь сладострастное, что у матушки, содержащей несколько ульев, пропало всякое желание есть мед. Она почувствовала себя так, как будто ей напомнили, что яйца – это нерожденные цыплята. «Я здесь по поводу девочки, Эскарины», – прошипела она. «Многообещающий ребенок, – подумало дерево. – Я с интересом слежу за ней. И она любит яблоки». «Ах ты свинья!» – воскликнула шокированная матушка.