Никто не идет в одиночку. Принцип оборотня

Память и пыль, подумал он, вот что связывает нас всех с прошлым.

Земля и есть крохотная точка в пространстве. Но какой бы крохотной она ни была, она нужна человеку как маяк, как основа координат. Вселенной недостаточно, потому что она слишком всеобъемлюща. Человек с Земли — в этом есть содержание, есть личность; но человек из Вселенной — это нечто, затерянное среди звезд.

Ведь все они – люди. Сражаются друг с другом, побеждают, проигрывают, ненавидят друг друга…

Человек вечно спешил, он взлетел слишком быстро и слишком высоко. Так высоко и так быстро, что многое потерял. Прошел мимо вещей, которые нужно было изучать годами. Он еще схватится за голову и вернется к их изучению через много, много веков. Да, когда-то придется пройти по собственному следу, чтобы понять наконец-то, мимо чего прошел когда-то; он еще удивится – как же мимо этого можно было пройти?!

– Вера, – мягко вставил Рейвен, – могущественное явление.
– Да, могущественное, – согласился Саттон, – но при всем том порой она не что иное, как признание нами своей собственной слабости. Мы как бы сами признаем, что мы не в силах существовать в одиночку, что нам нужна соломинка, за которую мы могли бы ухватиться, надежда и убежденность в том, что есть высшая сила, которая нам поможет и укажет путь.

Я не могу представить себе ничего более трагичного — быть на пороге великой тайны и даже не задуматься над ней.

Моя книга – это мои переживания, мои мысли и мои знания. Принимать или не принимать – личное дело каждого.

Истории трудно доверять. Ее или плохо пишут, или недобросовестно переписывают, а то и перевирают или приукрашивают люди с богатым воображением. Правду так тяжело удержать, а мифы и выдумки так легко смешиваются с реальностью, что выглядят, в конце концов, куда более логичными, чем реальность.

Человек будет драться за идею так, как никогда не будет драться за свою собственную жизнь, за свою страну. Пальцем не пошевелит. Но за идею…
– И поэтому вы боитесь идей?
– Мы просто не можем себе позволить такой роскоши! По крайней мере, сейчас.

– У человека нет никаких врагов, – ответил Эшер, – кроме тех, которых он сам себе создал.