Писатель в газете

Читателям хорошо известен английский писатель Гилберт Кит Честертон (1874-1936), автор детективных рассказов и многих романов. Цель сборника - познакомить читателей с лучшими образцами публицистики Честертона. В книгу вошли литературные портреты Б. Шоу, Ч. Диккенса, Д. Байрона, У. Теккерея и других писателей, публицистические очерки жизни и нравов современного Честертону общества, эссе на нравственно-этические темы. Большинство материалов публикуется впервые.

Жанры

Рейтинг LiveLib

4,1

15 оценок

5
40%
4
47%
3
13%
2
0%
1
0%

Ваша оценка

Прочитали 15Хотят прочитать 19

Рецензии

M_Aglaya
26 декабря 2019
Сборник, как я понимаю, газетных публикаций... Эссе, полемика, суждения и размышления, все такое. )) Честертон, по-видимому, вел колонку в газете.
В последнее время люблю такие издания. )) Прямая речь автора, без всякой там маскировки и драпировки в виде сюжета, разных персонажей с их тонкостями характеров. Тем более, что есть такие авторы... и Честертон в их числе... у которых как раз интересно именно то, как они пишут. Что высказывают. Вот у Честертона, даже когда я в детстве читала его детективные рассказы - меня всегда поражало, как там неожиданно выстраивается загадка и ее решение. Изящно и остроумно. Что-то настолько обычное, что люди уже не замечают. Или - что-то всем известное, на которое вдруг приходится смотреть под необычным углом...
Ну вот и здесь то же самое, только в чистом виде. Честертон пишет - размышляет - о самых разнообразных вещах и предметах. Любит что-то взять и вывернуть наизнанку - чтобы стало еще понятнее. А то глаз замылился, как говорится. Оригинальный стиль мышления. Поэтический. ))
Мне особо понравились рассуждения о массовой культуре. Вопрос по-прежнему актуальный. Честертон выступает в ее защиту. В том ключе, что нет никаких оснований считать, что элитарная культура, парящая где-то там в облаках, лучше, чем низовая, служащая для самых широких слоев населения... Или что если какое-то произведение приносит людям радость, то его существование уже оправдано... В отличие от заумных творений, которые почему-то обязаны быть унылыми и депрессивными... И вообще состояние массового, общественного сознания лучше всего можно почувствовать именно по массовой культуре.
Или вот эссе о детективе. Которое Честертон скромно начинает с пояснения, что вряд ли ему удалось внести заметный вклад (ха!)... но у него есть некоторые мысли... Главная мысль, как я уловила - что все должно быть как можно проще! И сама детективная загадка, и способы ее разрешения. (Ну и, конечно, логично все должно быть!) Вот я тоже всегда выступаю за простоту - а то авторы у нас любят накрутить... Как это у меня так получилось помыслить сходно с Честертоном! (радуется) )))
В конце читаю - Честертон слегка наехал на Оскара Уайльда. Обвинил его в излишнем эстетизме что ли... салонности... Придрался к какому-то высказыванию, тут же его опроверг - в нескольких изящно выстроенных фразах. )) (подумав) Не, тут я считаю, что это все-таки так... игры ума. )) Думаю я, это из-за того, что Честертон и Уайльд слишком похожи. По способу мышления. В смысле, опять же, взять что-то и повернуть необычно. Так что если Уайльд и высказал какое-то остроумное замечание, то Честертон просто не мог не отреагировать... ))) Просто на уровне рефлекса - принял как вызов. И стал вертеть и выворачивать уже это высказывание. Ну, вот Уайльд что ли высказался, что с приличными женщинами слишком скучно общаться, что-то в таком роде. Честертон опроверг. Это я к тому, что наверняка же, если бы Уайльд написал наоборот, что скучно общаться с неприличными женщинами, Честертон все равно бы опроверг. Такие себе упражнения в логике. Или риторике. ))
В общем, хороший получился сборник, объемный... мелким шрифтом... Хотя, конечно, я думаю - издание еще советских времен - что все-таки сюда вошло далеко не все. Наверняка же отобрали то, что не противоречило социалистическим идеям и ценностям. )))
Дочитав почти до конца, обнаружила в книжке вкладку - фотографии Честертона. Как трогательно... От младенчества до старости... ))

"Мы вспоминаем по-настоящему только то, что забыли. Когда воспоминание приходит внезапно, пронзая защитную пленку забвения, мы видим хотя бы миг то, что действительно было. Если мы думаем о чем-нибудь часто, оно становится постепенно воспоминанием о воспоминании. Вот почему вспоминать так трудно; если вспоминаешь часто, воспоминание искажается."

"Воспоминание о первой любви тоже пронзает сердце, но у него есть острие, есть цель; она - как кончик шпаги. Воспоминание же о детстве - как тысячи окон, распахнутых на все стороны света."

"В конце концов, самой странной страной, где я побывал, оказалась Англия; но я попал туда очень рано и сам не лишен странностей."

"Самый адский ад, который только можно себе вообразить, - это вечное лицедейство без единого, даже самого крошечного антракта, в который можно было бы вновь почувствовать себя человеком."

"Произведение искусства может быть сколь угодно коротким, ибо все его достоинство - в кульминации. Приключенческий роман может быть сколь угодно длинным - расставаться с ним так же жалко, как с последним пенни или с последней спичкой."

"Совершенно ясно, что никакое общество не может чувствовать себя в безопасности, если юридический трюизм, гласящий, что совершать преступления преступно, будет восприниматься членами этого общества как оригинальная и острая эпиграмма."

"Взрослых людей, вечно пекущихся о чем-то и к чему-то стремящихся, легко убедить, что им встретится еще много нового и увлекательного. Но, в сущности, мы не оценили как следует и того, что у нас есть."

"Я нащупал характерную особенность образованного класса, который всегда отказывался и будет отказываться смотреть на вещи глазами простых людей. Ведь мало-мальски образованного человека невозможно убедить в том, что наш мир интересен сам по себе."

"Первым шагом на пути к честной журналистике является признание того, что она не более чем просто журналистика. Большей частью она создается людьми, которые, как ни страшно в этом признаться, не отличаются ни особым умом, ни незаурядными способностями."

"В старые добрые времена, когда не ведали нынешнего уныния... считалось, что плохо, если тебя не понимают. Нужно подумать о том, всегда ли это плохо. Если враг не поймет нас, он не узнает нашего слабого места."

"Почему-то считают, что отсутствие убеждений дает уму живость и свободу. Это не так. Тот, кто во что-нибудь верит, ответит точно и метко, ибо оружие его при нем, и мерку свою он приложит в мгновение ока."

"Если мы ничего не требуем, розы краснее для нас, чем для других, трава зеленее, солнце ярче. Пока мы не поймем, что вещей, окружающих нас, могло не быть, мы не поймем, что они есть."

"Становясь "современными", мы приковываем себя к последнему предрассудку. Дорога столетий усеяна трупами "истинно современных людей".

"То, что мы зовем "новыми идеями", чаще всего - осколки старых. Не надо думать, что та или иная мысль не приходила великим в голову: она приходила и находила там много лучших мыслей, готовых выбить из нее дурь."

"Конечно, книга священна. Конечно, несметные сокровища собраны в ней, как в крохотной шкатулке. Безумие начинается, когда шкатулку предпочитают сокровищам. .. Любовь к книгам может стать запойной. Есть люди, которые предпочитают книги всему тому, о чем в книгах пишется - прекрасным пейзажам, героическим деяниям, смеху, приключениям, вере. Они читают о богоподобных статуях и не стыдятся своего ленивого убожества; читают о смелости и благородстве и не стыдятся своей эгоцентричной мелочности. Дурно не пристрастие к книгам, а безразличие к жизни."
Читать далее
47 понравилось
0
243
StellaStarks
26 июля 2024
Согласна со всем, что написал о Честертоне как журналисте и писателе составитель сборника А.Я.Ливергант:

виртуозная легкость письма в которой просматривается поверхностность, легкомыслие
В действительности манера Честертона при всем необозримом разнообразии его интересов — всегда манера эссеистская, которой традиционно свойственна легкость, изящность, даже расплывчатость, но за которой вполне могут скрываться глубокие знания, серьезные мысли, ответственные заявления.

Его чисто журналистская страсть — во что бы то ни стало «завоевать» читателя, блеснуть «легким» пером — бывает подчас обременительной. Остроумная идея, тонкое наблюдение иногда теряются за поистине неуемным острословием. Какое огромное значение придавал Честертон словесной игре, видно хотя бы из названий сборников его эссе: «При всем при том», «Непустяшные пустяки», «Пристрастие — не причуда», «Между прочим», «Пригоршня авторов».
Уайльд стремится усложнить простое, Честертон — упростить сложное; Уайльд искусно прячет истину под изысканно парадоксальной формой, Честертон эту истину вскрывает.
Бывает, впрочем, что кажущаяся ошибочность его выводов обусловлена прежде всего терминологической путаницей, — в теории Честертон откровенно и сознательно слаб.
С этим особенно согласна. Часто иллюстрируя свою точку зрения в каком-то вопросе, он приводит, на мой взгляд, ни всегда подходящие примеры. Как журналист он пытается высказаться по любой злободневной теме, порой мало разбираясь в ней.

С мыслями Честертона часто бывает трудно согласиться, но им никак не откажешь в одном неоспоримом достоинстве: они всегда заставляют думать.
Читать далее
2 понравилось
0
46