Ночной поезд на Лиссабон

"Зрение зависит от многих причин"

Эта невероятная книга - золотая паутина из слов, исполненная изящества и гениальной простоты, завораживающее, не отпускающее ни на секунду переплетение чужих мыслей, эмоций - от ярости, страха, неуверенности до блаженства, чувств, которые кажутся смутно твоими, будто уже где-то пережиты тобой и собраны в одном прекрасном воспоминании, как будто для тебя одного. Она - иная, параллельная реальность, отражение в зеркале - такое знакомое и невыносимо, до боли далекое. Она - революционный клич к действию, не терпящий возражений; свежий ветер перемен с пряным привкусом пока неизведанных приключений, лекарство от скуки, повседневности и меланхоличной размеренности, вдохновляющая призывная песнь, стряхивающая равнодушие и тоску, драгоценный бальзам на душу и острый сверкающий непреклонностью скальпель, обнажающий любую, самую неожиданную внутреннюю суть вещей и явлений. Она - холодный, строгий, неприступный Берн, с четкой геометрией улиц и чеканной немецкой речью серой, одинаково скучной толпы...

Она - расцвеченный мириадами красок, пропитанный музыкальными переливами португальского говора и наполненный грохотом трамваев, играющий тысячами солнечных зайчиков, зовущий собой Лиссабон...

Она - лица, прекрасные, удивительные лица, на каждом из которых своя, уникальная печать - смертельная скука, открытое, незамутненное благородство, яростная решимость, затравленность и тихая боль, а может быть радость, не знающая границ, смутная улыбка или огненная страсть. Она - изысканная вязь из поведанных в порыве откровенности историй, которые образуют вместе волшебный замок, полный света и воздуха, что есть сама жизнь, истории чужие и при этом такие родные и понятные - истории любви, истории страстей человеческих, истории выбора. Она - омут из слитых воедино, растворенных друг в друге пространства и времени - все времена и места на Земле так или иначе связаны друг с другом, - омут, затягивающий с каждым последующим словом. Она - "неизведанные бездны", "слова в золотом безмолвии", "безмолвное благородство", "нелепая тоска", "внутреннее во внешнем отражении внутреннего", "мимолетные лица в ночи"...

Книга - эта абсолютно уникальна. Внешне "сдержанна и изящна, как матовое серебро", но внутри полна света, красок, жизни.

Книга о судьбе и книга - судьба.

"Беда в том, что мы не можем обозреть нашу жизнь. Ни вглядеться в прошлое, ни увидеть будущее."

"День, который перевернул жизнь Раймунда Грегориуса, начался как любой другой в бесконечной череде буден". Раймунд Грегориус - немолодой, невзрачный преподаватель древних языков, любимый многими поколениями учеников и почитаемый коллегами "папирус" - такой понятный, привычно скучный, вечно сгорбленный над очередным пыльным фолиантом. Однажды дождливым днем, по дороге в гимназию, которой отдал почти всю свою жизнь, на тысячи раз исхоженом мосту, "Мундус" встречает португалку. Незнакомка в слезах и полна решимости броситься в ледяные воды реки. Мимолетное знакомство основательно выбивает почву из-под ног Грегориуса. Мечты о солнечной Португалии не дают ему покоя... Неожиданно Грегориуса находит старенькая потрепанная брошюрка на португальском - неведомом ему языке, языке "стремительно элегантном и полном элегантной стремительности". "Мундус" открывает книгу, а вместе с ней и новую главу своей жизни...

"Заблуждение думать, что решающие моменты жизни, навсегда меняющие ее привычное течение, должны быть исполнены эффектного, кричащего драматизма, эдакий выплеск душевных порывов. Это пошлая выдумка, запущенная пьющими щелкоперами, одержимыми дешевой славой киношниками и писаками бульварных романов. В действительности драматизм жизненно важных поворотов невероятно тих. Он имеет так мало общего с грохотом взрыва, столбом пламени или извержением лавы, что поворот - в тот момент, когда он совершается - остается подчас даже незамеченным. Если он начинает свое революционное действие и заботится о том, чтобы жизнь облеклась в новый свет или получила совершенно иное звучание, то делает это безмолвно. И в этом дивном безмолвии его особое благородство"

Отдельные клочки повествования, как яркие стеклышки в калейдоскопе, складываются в причудливые арабески - плотное философское полотно. Смутные, порой мало осязаемые вопросы находят свои ответы - твердые, как стекло, прозрачные, как свет, совершенные - как яркие каменья, вправленные в сияющее золото. Что есть вера? Какая она? Что есть решение и решимость? Что есть благородство, героизм? Человек сам хозяин своей судьбы или это лишь призрачная иллюзия? Что есть воспоминания и какова их цена? Условности, гнетущая зависимость от обстоятельств - это можно стряхнуть с себя одним усилием воли? Есть ли настоящая близость? Или даже те, с кем мы живем под одной крышей, лишь лица, промелькнувшие во мгле небытия? Можно перевернуть свою жизнь, когда кажется, что все уже пережито, все позади?

Дивная книга. Теперь я знаю, что такие книги есть. Книги - освобождение, книги - озарение, книги - вдохновение... Она заставляет заглянуть в глубину себя, заставляет надеяться, верить, одевать крылья, мечтать немедленно отправиться в Лиссабон - и "наесться солнцем и тайной" до отвала, поехать в Берн - и набрести на волшебную книжную лавку, выучить португальский и наслаждаться бесконечно его "музыкой".

Исключителен этот роман ещё и своей структурой. Блестящий стилист, философ, языковед Мерсье создает книгу в книге, не просто создает - оставляет в ней частицу себя - роман во многом автобиографичен.

Как безумно я счастлива, что эта книга не зря ждала меня долгих три года. Я покорена. https://savepic.net/2059436.gif">

Книга очень медлительная, но одновременно элегантная и даже захватывающая. Не могу сказать, что я подпрыгивала и не могла дождаться, когда снова её открою, но и желания проскочить по диагонали не возникло. Очень многие моменты требуют обдумывания и осознания. Начать с того, что главный герой - мой ровесник, а это мгновенно помещает нас в единый жизненный срез. Но только это)). Далее - сплошные отличия: он - эдакий человек в футляре, преподаватель мёртвых (только не говорите ему, надо - древних!) языков, мало того, он швейцарец, осознающий, что во многом он такой, потому что он швейцарец, и эта многолетняя, если не сказать, многовековая привычка к нейтральности сказывается и на людях...

В молодости его жизнь не сложилась так, как мечталось только потому, что не было какого-то ничтожного количества франков для покупки книги, по которой он мог бы изучать древнеперсидский, каковой в свою очередь помог бы ему получить работу, потенциально сделавшую бы его счастливой. И вот он преподаёт в гимназии, жена давно его оставила, детей нет, смысла ...ээээ, как бы тоже нет. Идёт он на работу, и видит на мосту молодую женщину, как ему показалось, собирающуюся прыгать с моста. Эмоциональная встряска от собственной попытки спасти её (как выяснится, она не собиралась самоубиваться), от того, что она собственной рукой прямо на его лбу записывает судьбоносно для неё важный телефонный номер, переворачивает душу Реймунда Григориуса по кличке Мундус с ног на голову. Вот если честно - этот момент мне сложно принять. В нашем возрасте изменения обычно более плавные. Но - тогда бы не было истории...

Женщина оказалась португалкой, и это сработало, как спусковой крючок, открывший для Грегориуса остальной мир - не Швейцарию. В книжном магазине он покупает книгу на португальском языке - первую попавшуюся...

И они никогда не узнают о дистанции, которую он прошел в глубине души менее чем за двадцать четыре часа.

Не знающий языка человек, обложившись словарями, начинает штурмовать текст, и вскоре понимает, что отзывается в его душе почти каждое слово, каждое предложение, и другого пути нет, только ехать и выяснять всё, что возможно об авторе, о котором молчат все источники.

Лиссабон как туристская достопримечательность нисколько не интересовал его. Лиссабон был городом, в который он сбежал из своей прошлой жизни.

За спиной он не оставляет практически ничего, кроме растерянных учеников и единственного друга, по совместительству его офтальмолога, с кем можно было беседовать обо всём. Только это "всё" было довольно ограниченным: друг его - грек, так что в основном их беседы сводились к древнегреческой литературе и языковым тонкостям.

«Это не тексты, Грегориус. То, что говорят люди, это не тексты. Просто разговоры», — давно, очень давно сказал ему Доксиадес. Помнится, он тогда пожаловался, насколько обрывочны и подчас нелогичны людские речи, и как быстро их забывают.

И вот теперь в чужую страну, к незнакомым людям Грегориуса снова приводит тест. В какой-то момент в книге даже вроде начинает вырисовываться детективный сюжет, когда выясняется, что такая книга никому неизвестна.

— «Cedros vermelhos»? Такого издательства, — покачал головой Симойнш, — за тридцать лет, что продаю книги, ни разу не встречал, уж будьте уверены. «Um ourives das palavras»? И этого названия никогда не слыхал.

Но детектива не будет... А будет долгая история о жизни и смерти врача, написавшего книгу, интереснейшего и очень несчастного человека, жившего в несчастное для Португалии время. Речь идёт о диктатуре Салазара, конец которой настал если не ошибаюсь в 1968 году. Вскользь замечу, что тогда "мир трепетал" от зверств КГБ, чьё имя служило стандартной пугалкой, а в это время врагов руководителя европейской страны пытали, вырывая ногти и прижигая сигаретами... Но не об этом речь. А вот о чём:

Он был любимым, даже обожаемым врачом. До тех пор пока не спас жизнь кому-то из тайной полиции. Потом те же самые люди, что обожали его, стали презирать. Это разбило ему сердце, и он попытался все исправить, работая на Сопротивление.

У доктора была привычка записывать свои мысли, мечты, сожаления - всё-всё. И ещё у него была младшая сестра, которая даже через 30 после его смерти не изменила абсолютно ничего в его комнате... Она-то и станет одним из источников информации для Грегориуса, ищущего подробностей о человеке, который думал почти также, как он.

Дистанция между людьми еще больше увеличивается, когда мы осознаем, что другие видят нас не такими, какими мы предстаем собственному взору. На людей смотришь иначе, чем на дома, деревья или звезды. На них смотришь в ожидании того, что сможешь неким образом соприкоснуться с ними, так что они станут какой-то частью тебя самого. Силой воображения мы вырезываем их под себя, чтобы они соответствовали нашим желаниям и надеждам, оправдывали наши страхи и предрассудки.

Грустная книга. Книга, которую не стоит читать в ожидании лёгкого чтения. Книга, которую стоит прочитать.

"Зрение зависит от многих причин"

"Истинным режиссером нашей жизни является случай - режиссер жестокий, милосердный, полный харизматического очарования"

"Мир как сцена, которая только и ждет, чтобы мы ставили на ней серьезную и печальную, комическую и легкомысленную драму наших грез. Как трогательно и очаровательно это представление! И как неизменно!"

Паскаль Мерсье

"Раймунда Грегориуса, преподавателя латыни, древнегреческого и древнееврейского, прозвали Мундусом - за его эрудицию и Папирусом – за его пунктуальность, за размеренность и за граничащую с занудством дотошность. Никто, и меньше всех сам Мундус, не ожидал, что в один прекрасный день под влиянием иррационального порыва он бросит все, что знал и любил, и отправится в Лиссабон - в буквальном смысле искать то, не знаю чего. Что может заставить пятидесятичетырехлетнего учителя из гимназии ни с того ни с сего сорваться с насиженного места и поехать в Португалию - запоздалый кризис средних лет, раннее предчувствие конца жизни или простая и от этого не менее волшебная случайность? Встреча на мосту с незнакомкой-португалкой, странная книга на португальском языке, обнаруженная Грегориусом в испанской книжной лавке, человек по имени Амадео Инасио Праду, умерший тридцать лет назад, - все это перевернет жизнь Раймунда и придаст ей совершенно непредсказуемое течение. "

В этой аннотации в сжатой форме высказано, казалось бы, все содержание книги. А с другой стороны думается - как мало эта аннотация говорит о ее содержании..... Да, такой вот парадокс! Такая вот загадка. Человек вдруг резко меняет свою жизнь, ее привычный уклад. История начинается так, что поневоле ожидаешь какого-то удивительного приключения, чуть ли не детективного сюжета, захватывающего действия и далее по тексту. И многие в разочаровании говорят - этого там нет! А я хочу сказать, что этого там и не нужно!!! Это там настолько второстепенно, это служит всего лишь каким-то фоном или канвой, что в процессе чтения, увлечения рассказом ты вообще перестаешь об этом думать и вспоминать. Потому что главное в книге все-таки (как бы ни банально или напыщенно это ни звучало) - поиск себя. Грегориус читает странную книгу, написанную удивительным человеком. И, читая, он проживает его жизнь. Он впитывает в себя его мысли и знания, он встречается с его родственниками и друзьями, он восстанавливает эпизоды и события его жизни да так, что одна из подруг Амадеу Праду признается, что, наверное, никто не знал Праду лучше при его жизни, чем теперь знает его Грегориус...после его смерти. Он пытается узнать, каково это - быть Праду. И через это расследование он парадоксальным образом находит себя, свое прошлое, свои решения и поступки, осознание своей собственной жизни. Я затаив дыхание следила за тем, как человек находит себя через другого, как он буквально заново рождается. Эта книга - как путешествие... Путешествие по своему внутреннему миру, по внутреннему миру совершенно незнакомого тебе человека. И если бы мне попытались вот так ее охарактеризовать, я бы усомнилась в том, что такие книги могут быть настолько увлекательными, настолько завораживающими. Но факт остается фактом - ее хотелось скорее прочесть, она буквально проглатывалась. И, вместе с тем, до безумия не хотелось, чтобы она не заканчивалась. Она настолько увлекательна, что хотелось впитать в себя и запомнить все - всевозможные и, порой, весьма пространные рассуждения на любую тему, будь то душа, религия, собственное место в этом мире, предназначение человека, мера ответственности перед другими. И еще этот прием - книга в книге. Ты начинаешь читать одну, а в итоге получаешь две, совершенно разные, но такие похожие. Может быть, я привела слишком много цитат, но эту книгу можно цитировать бесконечно. Ее всю можно разобрать на цитаты. Это хочется запомнить, записать, держать при себе. Сразу после прочтения мне хотелось кричать об этой книге на весь мир и рекомендовать ее всем подряд. Теперь прошло время, книга не отпускает до сих пор. Но, обдумав ее и немного успокоив щенячий восторг, я бы не стала рекомендовать ее каждому. Поэтому просто соглашусь вот с этой цитатой из одной из многочисленных рецензий на эту книгу :

"Рекомендовать эту потрясающую книгу всем подряд мы бы не рискнули – все-таки она требует от читателя кое-какого бэкграунда и умственного труда. Но те, кто ищет от чтения не только отдыха и развлечений, но еще и понимания и сотворчества, найдут здесь настоящее пиршество для духа и ума"

Я долго не писала отзыв, потому что первое время мне сложно было что-то выразить, кроме восторгов, криков, ахов и охов. Но теперь, когда страсти немного улеглись, я с еще большей уверенностью скажу - книга великолепна, волшебна, прекрасна, она очаровательна и многогранна!!! И тот, кому она захочет раскрыться, найдет в ней для себя массу нераскрытых мной или кем-то уже прочитавшим, тайн и загадок....