
Электронная
419 ₽336 ₽
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Как-то получилось, что перед тем, как взять в руки первый роман Ромена Гари, я слишком много про него прочитал. Дважды Гонкуровский лауреат, дипломат, кавалер ордена Почётного легиона, великий мистификатор, который даже из своей смерти устроил шоу. Это было зря - слишком большие ожидания. Из-за этих больших ожиданий я роман чуть не бросил, осилив где-то треть, собственно из-за них же и дочитал, о чём в результате не пожалел.
Главный герой романа - 27-летний Кон
100% наших читателей сразу вспомнят Остапа Бендера - герои достойны друг-друга. Например, идею просить милостыню у американского посольства, а затем ещё получать отступные от этого посольства , чтобы "не позорить белого человека" Остап бы оценил. Но Кон сложнее - ему только что сделали пластическую операцию, стёрли отпечатки пальцев,у него в прошлом тайна. Добавьте к этому Таити - земной рай, призрак Гогена - отличная завязка романа!
Только вот завязка затянулась. Автора можно понять: Кон - тонко чувствующая натура, он считает себя ответственным за всё , происходящее в мире:
Как не написать об индустрии туризма на Таити - мифологии "бывших": бывший сталинист, сломавшийся на венгерских событиях; бывший американский летчик из Вьетнама,терзаемый угрызениями совести, бывший хирург, специалист по абортам, который каждое утро просит у природы прощения и целует головки цветов, напоминающие ему головки не рожденных по его вине детей. (естественно, всё это псевдо-бывшие, истории для привлечения туристов.)
А история полицейского, который ежеминутно решал для себя сложнейшие задачи:
Теперь он боится, а вдруг он встретит Христа и ему прикажут его распять?
История манекенщицы, у которой на Таити был нервный срыв,поскольку её плоская красота на фоне таитянок не привлекала никого.
История любви Кона и таитянки Меевы - просто украшение романа:
Историй великое множество, сами по себе очень интересные, но их количество и непрямая связь с сюжетом начали серьёзно утомлять. А тема-то романа, несмотря на все хиханьки да хахоньки, очень даже серьёзная - ответственность человека за происходящее вокруг, ложь и подмена понятий во всех областях жизни, извращение учения Христа (его имя упоминается по тексту неоднократно). Всё актуально и сейчас, через 60 лет после написания романа, другое дело "замылено", заболтано...
В общем такая смесь серьёзной повестки с лёгким балаганом. Финал предсказуем, развязка чем-то напоминает фильм "Дежа вю" (кто дочитает - поймёт).
Чтение ради процесса. Здесь так. Не знаю, как остальные книги Ромена Гари, но явно не из-за этого романа он известен всем. Даже побаиваюсь брать следующую книгу. КАКУЮ?

Не так-то просто определиться с главным пластом повествования данной книги. Сначала кажется, что главное тут – игра на имени Гогена. Действие происходит на Таити, а Таити и Гоген – почти синонимы; главный герой – аферист Кон - изображает из себя новую версию великого художника, и вообще весь остров превращен в своего рода туристически-мошеннический аттракцион – на Таити не осталось ничего подлинного, сплошная кругом имитация – что Гогена, что туземной жизни. Если бы я хорошо понимал, что такое постмодернизм, я бы назвал этот пласт постмодернистским. Центральная фигура на этом уровне – начальник полиции Рикманс, без конца ломающий голову над решением неразрешимой дилеммы: кто же перед ним – гений или мошенник, выдающаяся личность или преступник, да и есть ли вообще разница между гениями, мошенниками и преступниками? Его терзания по этому поводу – один из сильнейших эпизодов книги:
Второй пласт – чисто плутовской – сам герой видит себя в роли пикаро – «испанского плута-авантюриста золотого века», ну а мне проще всего увидеть его как вариацию Остапа Бендера. Кон, «который звался вовсе не Кон», выдумывает различные способы отъема денег у населения острова, ну а то, что он при этом еще и художник, так не забудем, что и Остап Бендер был художником, и, в общем, ничуть не менее великим, чем Кон:) Я опасался, что этот пласт станет главенствующим, а все же Ильф и Петров куда изобретательнее в изображении всех этих махинаций. Правда и Гари достаточно оригинален, - если Бендер выдает себя за сына лейтенанта Шмидта, то Кон – за сына летчика, бомбившего Хиросиму. Но все равно – кому по силам сравниться с Остапом? Никому. Однако, слава небу, этот пласт повествования не стал главным, скорее он так и остался «капризом художника», эпизодом из жизни «джентльмена в поисках десятки».
Наконец, третий пласт, который я и рискну назвать ключевым. Это противостояние цивилизации и естественности. Собственно, Кон, как и Гоген, оказался на Таити в поисках рая земного, не изгаженного цивилизацией, прежде всего - в поисках чувственной невинности, не оскверненной понятием греха. Но, если и Гогену это бегство уже не вполне удалось, то после Гогена совершить его стало еще много-много труднее, так как Гоген превратил Таити в факт культуры, «добив» остров.
Книга однозначно очень интересная, уверен при этом, что по-настоящему оценит ее тот, кто разделяет общее мироощущение Кона, то есть никак не я:)

Скучно зимой, ребята. Тюльпаны высажены ещё с осени, горгульи в спячке, даже словом перекинуться не с кем. Слава Иисусу, братец мой, Гийом, дровишек заготовил с запасом. Лежи себе, бока грей, книжечки читай, да пиво попивай.
Вспомнила надысь, как у меня по весне два художника комнату снимали, садом-огородом любовались, картинки рисовали. Один-то ничего - тюльпаны да пионы изображал. Иногда даже горгульи позировали, да потом хвалились меж собой, кто красивше вышел. А другой вроде и восхищался ("Сад земных наслаждений" - каково, а?), да токмо пива кислого, видать, перепил, али травку какую интересную в моём огороде нашёл (чего там только не растёт-то), всё горгулий ловил, да допросы им устраивал, а потом такую богомерзость изобразил, что прям хоть сквозь землю провались. А ведь ещё в Братстве Богоматери состоял, срамник эдакий, тьфу на него, не общаемся боле.
А чего вспомнила-то? Да книжонка забавная попалась, там как раз про художника история интересная. Если по правде, то и не про художника вовсе, а про плута одного. Автор-то сам не дурак был, тот ещё вантюрист. Представляете, сподобился два раза премию отхватить, которую только один раз в жизни дают.
Так о чём бишь я? Этот плут художника известного изображает, Гогена, который на островах жил, девок местных рисовал, да от дурных болезней там же и помер. Ну и Кон этот, герой книжки-то, живёт там же, где жил этот художник, так же пьянствует, ворует, ну и девок местных того... не, не рисует. А есть у него привычка, предаваясь любви, выстраивать перед собой картину, чтоб прям всё по-художественному было. Срамота, тьфу! Вообще там, на этом островке, целый бизнес организован для туристов. Даже Иисуса, огульники, на потеху выставили, Кон поспособствовал, придумщик эдакий. Да вот выходит потом, что и Кон не Кон, и вокруг одни шептуны да соглядатаи. И девка его, Меева, вовсе не Меева. А вот кто - не скажу, ишь, любопытные. В обчем, сами читайте, а то будете ругаться потом на бабку, что всё спортила.
Кстати, Кон-то не совсем пропащий богохульник, как по мне, Христа всё ищет, просто не там, наверное. А вот когда найдёт - тогда Барон и рассмеётся, я так думаю. А не найдёт, так Святая Инквизиция завсегда пособит.
Скучно зимой, да всё равно ухо востро держать нужно. Мало ли... А я вот что, пойду-ка в кирху на всякий случай схожу, оно всяко душепользительнее, чем без дела лежать, да вам байки пересказывать. Да и безопаснее. Инквизиция-то тоже не дремлет...

Ни совести, ни веры, ни принципов — вот рецепт неуязвимости. Каждую рану немедленно прижигать смехом. Да и вообще взрыв смеха не самый худший взрыв, какой может быть.

Он положил голову ей на грудь.
— Тебе было хорошо?
— Очень все-таки Господь Бог здорово все на земле устроил.
— Да. Кое-что ему удалось. Однако он оставил нам еще кучу работы.
— Но ее же можно не делать!
Кон восхитился. Это было на сто процентов верно.












Другие издания


