Цитаты из книги Три товарища

— Видишь, как у тебя красиво в комнате, — прошептала она.
— Красиво, потому что здесь ты, — ответил я. — Теперь эта комната уже никогда не будет такой, как прежде, — потому что здесь побывала ты.

И снова город с его сиренами и жужжанием шин. Но волшебство сохранилось. Туман превратил автобусы в сказочных зверей, автомобили — в крадущихся кошек с горящими глазами, а витрины магазинов — в пестрые и прельстительные пещеры.

Эту историю я знал назубок. Она повествовала о том, какие замечательные виды открылись бы перед ней, если б она не вышла замуж за Хассе. Я знал эту историю и в редакции самого Хассе. Там речь шла о том, какие перед ним открылись бы замечательные виды, если бы он не женился. По-видимому, это была самая банальная история на свете. И самая безнадежная.

Ее посерьезневшее лицо выглядело теперь более отчужденным, чем за ужином, но оно было очень красивым — это было то самое лицо, которое меня тогда так взволновало, что лишило потом покоя. Мне чудилось, будто в нем есть что-то от той таинственной тишины, что присуща природе — деревьям, облакам, животным, а иногда и женщинам.

Мне понравилось ее рукопожатие — более сильное, чем можно было ожидать. Ненавижу людей, вяло сующих свою ладошку, как дохлую рыбу.

— Иллюзии достались нам от прошлого, а долги идут в счет будущего. — Затем он снова обратился ко мне: — Я говорил о наивности, Робби. Только завистники называют ее глупостью. Не обижайся на них. Наивность — это дар, а не недостаток.

— А почему бы ему и не присмотреть себе невесту? — Он явно оживился и повернулся ко мне. — Действуй, Робби. У тебя еще есть все для этого. То бишь наивность. А именно она-то и надобна для любви. Храни ее. Она дар Божий. Утратив — не вернешь никогда.

— Ты сотрясаешь устои людского общежития, Фердинанд!
— Устои людского общежития — это корысть, страх и продажность, — парировал Грау. — Человек зол, но любит добро, когда его делают другие. —

Чем меньше знаешь, тем проще живется. Знание делает человека свободным, но и несчастным.

– Ты ведь понимаешь, что я имею в виду. Простую душу, еще не изглоданную скепсисом и всей этой интеллигентской заумью. Парцифаль был простофиля. Будь он умником, не добраться бы ему до Святого Грааля. В жизни побеждают люди не мудрствующие, все же прочие видят слишком много препятствий и теряют уверенность, не успев ничего начать. В трудные времена такая простота – неоценимое благо, она как палочка-выручалочка спасает от опасностей, которые прямо-таки засасывают умника!
(Слова о наивности)

Мужество не бывает без страха.

ты хочешь знать, как быть, если ты сделал что-то не так? отвечаю, детка: никогда не проси прощения. ничего не говори. посылай цветы. без писем. только цветы. они покрывают все. даже могилы..

Работа - это мрачная одержимость, которой мы предаемся с вечной иллюзией, будто живём так временно, а потом все изменится.

Счастье - это самая неопределённая вещь на свете, которая идёт по самой дорогой цене.

"Фрау Залевски неодобрительно посмотрела на меня:

• Вы еще смеетесь? Ведь я всегда говорила: где у других людей сердце, у вас бутылка со шнапсом."

Мы живём иллюзиями и долгами. Иллюзии достались нам от прошлого, а долги идут в счёт будущего.

"— Ты не должна меня ждать. Ждать — это ужасно. Она покачала головой. — Тебе этого не понять, Робби. Ужаснее всего, когда нечего или некого ждать."

Для любви необходима известная наивность.

Он заранее скорбел о своих деньгах, — а эта скорбь самая подлинная из всех.

Трудно найти слова, когда действительно есть что сказать. И даже если нужные слова приходят, то стыдишься их произнести. Все эти слова принадлежат прошлым столетиям. Наше время не нашло еще слов для выражения своих чувств. Оно умеет быть только развязным, все остальное – искусственно.