Собрание сочинений в шести томах. Том 6/1

Свобода одного гражданина кончается там, где начинается свобода другого.

Impares nascimur, pares morimur.
Неравными мы рождаемся, равными умираем.

Робеспьер себе самому и своим друзьям цитировал слова Монтескье, которые и Жан-Жак привел однажды: «Быть может, наши потомки сочтут, Что мы пролили слишком мало крови и пощадили слишком много врагов свободы».

Но ведь действие рождается под влиянием множества смешанных в одно причин ,в основе каждого поступка благородные и низменные побудители , неразрывно перепутанные ,и нет правды ,которая бы не состояла из множества правд.

Мучительно кольнула его мысль обо всем том преступном, что натворили эти новые воинствующие ученики Жан-Жака, эти мрачные, блаженно верующие фанатики.

Как далеко они уклонились от его учения!

И все же Робеспьер видел только того Жан-Жака, которого он делал богом. Он не видел Жан-Жака, написавшего «Исповедь», он не желал допустить ничего человеческого в этом человеке, величайшей гордостью которого было быть человеком.

- Ведь величие Жан-Жака заключается в открытой им истине, что вселенная не подчиняется законам человеческой логики.

- Часто, когда я размышляю о бесчинствах господина Робеспьера, все существо мое кричит: «Изыди, сатана!» Но когда я вспоминаю, сколько мыслей Жан-Жака он может привести в свое оправдание, я молю: «Останься, сатана». -(Гербер).

- Священно все, что имеет какое-нибудь отношение к великому человеку, – дороги, по которым он ступал, деревья, под которыми он бродил. И трижды священны места, где покоятся его останки.

- Без кровопролития привить человечеству человечность нельзя.