Письма

   «Письма» я ох как долго ждала и вот — они у меня есть! Любимый Толкин… каждая строка так пронизана им… я не перестаю удивляться, как чудесным образом просто растворяюсь во всех его работах. 

   На страницах книги меня ждали новые открытия о любимом писателе и созданном им мире, о жизни самого Джона Рональда и его близких, о жизни героев книг.

   Было много глубоких размышлений и интереснейших вещей мною из них узнано; много было и замечательного и любимого юмора.

   Как всегда, чтение Толкина для меня — огромный материал на подумать, а именно такие книги, местами трудно идущие, подвигают на запоминание нового (хотя это и всего лишь процент из прочитанного). Обязательно перечитаю эту книгу в будущем и, думается мне, не единожды.

   Толкин удивительно чуток; а ещё очень близок мне во многом. Я в который раз поражалась родству душ в каких-то вещах и непрестанно восхищалась гением и сопутствующей ему скромностью (и это всё при дотошности в близких сердцу его вещах!) Однако Толкин умел защищать и отстаивать свои взгляды, и это меня восхищает! Он прямо высказывал своё недовольство, если таковы были его чувства, а мне вот такое даётся трудно.

   Письма были самые разные и к самым разным людям: от писем со времён ухаживания за будущей женой до писем поклонникам. Какие-то читались сложно — для меня трудны филологические и лингвистические термины, пространные рассуждения о форме слов и т.д. Но! Трудны — не значит скучны. Я хотя и запомнила из них далеко не всё, что-то очень отозвалось и хотя бы что-то, надеюсь, запомнилось. Для меня любимыми стали письма, что носили бытовой характер, воспоминания о походе в Швейцарии и невероятно интересные пояснения и размышления о героях мира Толкина. И, конечно, особенно трогательны были строки о близких и дорогих ему людях; так глубоки и нежны, что нельзя устоять. До слёз пронзительные, из души на бумагу пролитые чувства. Вот такой он — мой любимый Джон Рональд Руэл Толкин.

Пожалуй, стылые ноябрьские вечера и треск камина - пусть и виртуального, это лучший фон для чтения писем Толкиена. С трудом представляю, как они читались бы жарким солнечным летом, или светлой обнадеживающей весной... И - нет, это не потому, что большинство из них мрачны или как-то слишком холодны. Но все же от них веет чем-то таким, от чего тянет поуютнее закутаться в плед и согреть руки чаем. Может, потому что очень много потерь, очень много борьбы, очень много усталости, очень много тревоги, сквозящей сквозь строки.

В целом, это не самое простое дело - погружаться в колодцы сознания человека, пусть и несколько очищенные и отфильтрованные заботливыми руками редакторов. Но все же - это чужая душа, здесь потемки и извилистые ходы. Другое дело, когда читаешь мемуары, зная, что перед тобой ровно то, что хотел и готов был показать миру автор. Письма - нечто более личное, интимное. Хотел бы сама Толкиен подобной обнаженности своего внутреннего мира перед человечеством? Этот вопрос мучил меня все время как заноза под кожей, листающей страницы.
Но - что есть, то есть. Возможно, Кристофер Толкиен знал, что делает. А нам остается внимать с благодарностью за возможность приобщиться.

Для меня лично этот сборник оказался ценным по двум вещам.
Первое - было увлекательно отслеживать зарождение любимых книг. Шаг за шагом - как появлялись персонажи, как придумывались имена, как выстраивалась цепочка событий. Поскольку ВК и прочие книги я знаю и люблю, то просто собирала коллекцию пасхалок. Ого, оказывается, Фарамир - такой важный и значимый персонаж! - появился фактически случайно, уже в сюжете с путешествием хоббитом. А изначально он не планировался. Или - ооо, значит имя Шелоб, это всего лишь "она - паучиха"! Ничего себе!
Второе - это познакомиться, наконец-то, с личностью автора, его взглядом на многие вещи, начиная от разводов и заканчивая актуальными политическими событиями. Последнее, надо сказать, особенно затягивало - в контексте современности.
В целом, я редко стремлюсь узнать подробности биографии даже любимых писателей, поскольку отдаю себе отчет в том, что человек и его творчество - это две разные вселенные. И хотя, безусловно, в творчестве преломляется личность человека, но вот то, как она преломляется... это может быть очень далеко от реального воплощения. Порой в книгах мы видим отражение взглядов автора, которым он отнюдь не всегда сам следовал в жизни. И кроме того, реальность любой книги (да и фильма!), рано или поздно, начинает жить и развиваться по своим законам. Автор с его убеждениями и надеждами остается где-то позади... Так что, я далека от того, чтобы идеализировать гениев.

Но книги Толкиена и те мысли, которые нашли отражение в переписке, достаточно хорошо гармонируют друг с другом. Он был, действительно, цельной личность. И - весьма интересной. Даже отвлекаясь от того, что он написал одни из величайших книг прошлого века, мне было бы интересно побывать на его лекциях, послушать его рассуждения о литературе, языке или просто жизни. Уже потому, что людей со своим цельным и оригинальным взглядом всегда интересно слушать. И я получала искреннее удовольствие, читая даже те его рассуждения, с которым в корне не согласна. Наоборот, меня даже радовало то, что я вижу столь не характерные и консервативные для сегодняшней реальности взгляды. Очень нетолерантные и даже откровенно шовинистические. Что только стоят его рассуждения о прагматичной природе женщин!
Но при этом, они изложены таким прекрасным языком, с таким тщательно подобранными аргументами, что остается только сожалеть о невозможности вступить в личную дискуссию.
Даже мысленно спорить с такими людьми - это уже удовольствие, потому что они заставляют нас самих лучше оттачивать собственную аргументацию, многократно взвешивать свою собственные ценности.
Уже за это стоит сказать спасибо.

Однако интересны были далеко не все письма. Утомляла бесконечная переписка с редакторами, замечания насчет иллюстраций и правок. Точно ли так необходимо было современному читателю знать, что он раскритиковал иллюстрации одной художницы и полностью одобрил другую? Или его мнение насчет неудачной суперобложки, которую все равно потом заменили? Я, честно говоря, не вижу в этих письмах ценности. Разве что - получить представление, что даже гении иногда бывают весьма неприятны в общении, а добрые католики вполне умеют капать желчью.
Но, поскольку я никогда не была склонна к идеализации автора, то и это подобные опусы не стали для меня откровением.

Но, в целом. я, скорее рада, что нашелся повод прочитать и эти труды Профессора. Теперь иным взглядом можно будет перечитать и "Властелина Колец".

Для ДП - 2022, команда "Радио БедЛам".

The Letters of J. R. R. Tolkien offer a unique opportunity to see the world through the eyes of a great writer, tracing how he viewed the world, his creations, and even the small, everyday details. However, for me, reading these letters, especially from his later years, was a heavy and emotionally charged experience. Tolkien, in the twilight of his life, seemed to be racing against time, trying to complete what he had begun many years earlier, but time, like sand, was slipping through his fingers.

Here are some biographical observations that I found interesting. Tolkien, as a professor at Oxford, kept chickens at his home. This little fact brings a smile, but also makes you reflect on how even a man who created great legends was not immune to everyday concerns. Another letter reveals his attachment to England: "For I love England (not Great Britain and certainly not the British Commonwealth)." This phrase emphasizes his Anglocentrism and his rejection of broader political concepts.

Regarding his creative process, Tolkien mentions that The Lord of the Rings is a deeply Catholic work. This aspect is almost never discussed in Russia, although for Tolkien, religious elements were a crucial part of his worldview.

One surprising remark was his comparison of dwarves to Jews: "at once native and alien in their habitations." In today’s context, this raises many questions about the boundaries of acceptable metaphors and Tolkien's perspective.

But what touched me most were the letters from his final years, where Tolkien writes about how time was passing too quickly. This feeling of decline pervades every letter.

I’ll conclude my review with Tolkien's own words from his translation of Ancrene Wisse: "I would rather, God be my witness, set out on foot for Rome than begin the work over again!"