Собрание сочинений: Рассказы. Юморески (1885-1886)

В аннотации "Беседа пьяного с трезвым чёртом" описывается как миниатюра, и это, надо сказать, гораздо лучше характеризует данное произведение, чем безликое "рассказ". Действительно, здесь, в узких рамках малого литературного жанра, разыгрывается яркая и характерная сценка, в которой, впрочем, Чехов обыгрывает свои излюбленные мотивы: вечные бюрократические беспорядки и всеохватывающее засилье дурных привычек в России XIX века (да и не только 19-го). Перенос действия в фантасмагорические декорации - приём и так довольно распространённый, а тут он ещё и подчёркивает фабулу рассказа: необычное видение Лахматова перекликается с общей атмосферой пьяной лихорадочности.
В целом же мораль произведения можно описать фразой: "Ад пуст! Все дьяволы сюда слетелись!". И с этим всё понятно: учреждение (назовём это так), призванное надзирать и наказывать, само оказывается на уровне того, с чем борется. Это ещё один типичный для Чехова мотив (встречающийся в "Палате №6" например) - полное бессилие любых бюрократических институтов (а любая организация у него, пусть даже инфернальная, обязательно пропитана духом самого мелочного бюрократизма).
На мой взгляд, это одно из самых слабых произведений Чехова. В его творчестве обычно присутствует одно доминирующее настроение: это либо юмор, либо печаль, либо же общий тон скорее философичен. Здесь всего получилось как-то понемногу, и ни один мотив не оказался в достаточной мере примечателен. Это рассказ с очень прямым посылом и чёткими задачами: вот тут надо посмеяться, вот тут - задуматься, и эта прямота, конечно, не придаёт произведению глубины.

Продолжаем читать Чехова, его ранее рассказы. Мне очень нравятся, они позитивные и реалистичные.

Скажем более поздние рассказы уже более драматичные и трагичные.

Этот рассказ написан в 1885 году и в тот же год был опубликован в литературно-художественном журнале «Осколки» № 41 от 12 октября под авторством А. Чехонте.

Тема очень близка и в наше время. Только надо заменить Францию на США и будет все как у нас.

Вы же помните Михаила Задорнова, как он постоянно противопоставлял США и Россию, и в целом русских людей. Что у нас и мозги другие и то и се, а в США так и сяк. Или скажем различные патриоты, что вечно говорят, США загнаивающейся страна не то, что у нас.

Но мне понравился рассказ, как ловко помещик ругает французов, доводит своего слугу чуть ли не до белого каления. Но финал всё раскрывает. Загадочную русскую душу. Точнее одну из ее граней.

Вы, наверное, заметили, что я ввел новую особенность своих отзывов добавил биографию автора. Кто читает мои отзывы подряд, то, наверное, устал уже читать про Чехова, но с другой стороны если бы я убрал, тогда бы, кто увидел мой отзыв к рассказу, лишился бы биографических фактов. А так рецензия выглядит более целостной.

Далее в рассказе «На чужбине»

Помещик Камышев, любитель празднословить после сытной трапезы. А одной из его любимых тем было ругать французов и Францию. Особенно, когда слушатель хороший. Но так получилось, что Камышева, слушателем был старик гувернер, вся работа которого было есть пить и слушать своего нанимателя. Только, каждый раз ему тяжело слышать ругательства в адрес своей страны.  Выдержит ли в этот раз или уволиться?

Биография автора.

Антон Павлович Чехов (1860–1904 гг.) был великим русским писателем, талантливым драматургом, академиком и врачом по профессии.

Чехов родился в Таганроге в семье купца. Обучение будущий писатель проходил в греческой школе-гимназии, затем он начал обучение в университете Москвы на медицинском факультете, который окончил в 1884 году.

Дебют в печати Чехова состоялся еще на первом курсе института, когда юный писатель отправил в журнал «Стрекоза» свой рассказ и юмореску. Рассказы Чехова были впервые изданы отдельной книгой в 1884 году («Сказки Мельпомены»).

В середине 1880-х годов Чехов занимался врачебной практикой и начал публиковать крупные художественные произведения под своим именем. В это время Чехов также писал пьесы для театральных постановок.

Чехов был известен своими короткими рассказами, часто написанными в жанре литературного миниатюризма. Он считается одним из основателей этого жанра и демонстрировал свое мастерство в создании компактных и красочных историй. У Чехова был особый стиль письма, известный как «метод крошечных деталей».

После покупки имения Мелихово он ведет общественную деятельность, помогая людям (1892–1899 гг.). В то время было написано много произведений, среди которых пьесы “Иванов”, «Чайка», «Дядя Ваня». Постановка «Чайки» на сцене МХАТа в 1898 году стала заслуженным триумфом Чехова-драматурга. Позже были написаны пьесы Чехова «Вишневый сад», “Три сестры”.

Больному туберкулезом писателю врачи рекомендовали переехать в Ялту, где климат был более подходящим для легочных больных. Из-за обострения болезни писатель едет в Германию для прохождения лечения, где умирает 2 (15) июля 1904 года.

Подробнее.

Меня позабавило сразу, как начал читать, это фамилия старика француза – Шампунь. Причем шампунь придумали лишь в 1903 году в германии немецким химиком Хансом Шварцкопфом и назывался Schaumpoon, что с немецкого переводится, как Пенная ложка.

Шампунь француз был гувернером в начале самому помещику, а потом и его детям. А как они выросли, то остался, чем-то вроде собеседника для помещика.

Шампунь остался чем-то вроде бонны мужского пола. Обязанности бывшего гувернера не сложны. Он должен прилично одеваться, пахнуть духами, выслушивать праздную болтовню Камышева, есть, пить, спать — и больше, кажется, ничего. За это он получает стол, комнату и неопределенное жалованье.

Не жизнь, а сказка скажете вы. В целом да, но он француз, а его помещик любит ругать все французское, причем так, что даже видавший виды старик гувернер вспыхивает.

Знаете, отличия юмора Чехова, от современного, что у нас он более короткий и пошлый или грубый. А там это небольшая прелюдия, и более тонкий, и изысканный юмор. Все же время было благородных лиц. Такой щелчок небольшой, иронично показывает современное общество.

Кроме Шампуня, как говорил у нас помещик Камышев. В этот раз у них все началось с горчицы.

Мне этот помещик Камышев, напомнил мужика из «нашей раши», что разговаривает с телевизором, там Светлаков его отлично изобразил. Тут такой же тип, только телека нет, и ему нужен собеседник. И объект для порицания.

Мне понравилось это.

По-моему, это классика. Оказывается, только появившаяся не в наше время. У нас всегда так, нам бы это нам бы то, и мы бы УХ, показали бы всему миру. Я не спорю показали бы, и люди у нас не глупее иностранных специалистов. Другое дело, что дальше разговоров у нас обычно дело не доходит. Мне кажется у русского человека все как по поговорке «Пока гром не грянет, мужик не перекреститься», то есть переведя на обычный язык, пока не придет, какая-то Ж.. мы не активизируемся. Слушал, по телеку новости, как санкции благотворно повлияли на Российскую экономику и прочее, вдруг решили, что сами могут чего-то делать. Только не понятно, почему раньше ничего этого не делали.

Вы не подумайте, я не против, просто, забавно, что все эти разговоры веками длятся.

И еще мой любимый момент.

Я если честно, как прочитал, то спустился чуть ли не под стол от смеха.

Правда старику французу это не очень по душе пришлось.

Читая, подумал, что если бы у помещика были и другие слуги иностранцы, то он и к ним бы прицепился.

Отчасти такая нелюбовь помещика к франции обусловлена тем, что весь высший свет был на ней помешан. Говорили по-французски, одевались по их моде. Смотрите ведь даже гувернер был у помещика француз. Учил два поколения семьи. Танцам и этикету еще.

Если вы вспомните роман Война и Мир, так там начало идет, что люди из высшего света говорят на французском языке. Он у них был первым, скорее русским был вторым языком. Так как французский благородный, а русский мужицкий. Но ведь подобное не все нравилось.

У нас очень сильная зависимость от всего иностранного. Что у соседей даже трава зеленее чем у нас. Сейчас вот была долгое время любовь ко всему американского. Фильмы, одежда, культура, язык. Все очень сильно вошло в нашу же культуру и речь. Едим их еду, пьем напитки, смотрим фильмы и слушаем музыку. Англицизмы в речи. Это не чем не отличается, от того, что было во времена Чехова. Но всегда были патриоты, которые ничего не делали, но ругали знатно заграницу.

Я сам не очень люблю эти сравнения, как в плюс, так и в минус. Как раз недавно прочитал отзыв, моей подруги Милены США изнутри. Как на самом деле живут в стране голливудского кино и американской мечты?

Там определенный взгляд на жизнь в США. Я думаю, что много правдивой информации, но вряд ли полной. Но все же, там говорится, что надо работать и работать, добиваться всего упорным трудом. Что там не растут доллары на деревьях.

Сколько роликов я сам видел, про мусор на улице и бомжей и прочее. Ругать можно. Но не лучше ли брать, у них то, что работает. Многие изобретения которыми мы пользуемся сделали там. Мы отстали во многом от них. Мне вспоминают слова Сталина.

Тогда они там добились этого, но какой ценой. И каждый раз у нас так. Приходится пробегать за 10-15 лет ту дистанцию, что другие прошли уже 50-100 лет назад.

У нас ведь точно так же, много отличного, но есть много и плохого, с чем нужно бороться и искоренять.

Почитал, что Л. Н. Толстой относил «На чужбине» к числу лучших рассказов Чехова. Я бы тоже так отнес, из тех, что читал, этот хоть и один из бесхитростных, но зато показывает русскую душу. Любим мы вот так посидеть и поругать.

Я и сам чего уж там, бывает, кто-то скажет, что у нас это не так и то не так, а ты начинаешь ему говорить, а ты возьми Запад и США, у них это плохо и то плохо.

Сидит у нас в ДНК, как любовь к иностранному, так и критикой этого иностранного.

Несмотря на критику франции, помещик делал это не злобно, а по традиции. Только патриотичный француз не всегда мог это терпеть.

Мы добрые люди на самом деле. И не злобные. Мы на самом деле всех любим, если человек хороший. Но ругать другие страны, что в чем то лучше нашей, это у нас в крови.

Мне понравился, рассказ, он такой знаете, можно перечитывать под настроение. Даже зная финал.

А так мне бы самому понравилось бы быть каким то помещиком, просыпаешься с утра, поел поругал Запад и США, пошел прогулялся, потом опять поел и еще поругал. Главное хорошего слушателя.

Всем спасибо, кто прочитал.  До встречи в следующем отзыве.

Ставлю точку на масленичной теме в исполнении Антона Павловича этой рецензией. Хотя, с масленицей этот рассказ роднят лишь блины, но блинов в рассказе очень много, поэтому его все же можно присовокупить к сегодняшнему празднику.

Главный герой данного произведения - француз Генри Пуркуа. Правда, если он француз, то должен быть не Генри, а Анри, так у них - у французов - принято произносить это имя, а Генри - это их северный соседи с туманного Альбиона. Ну, а Пуркуа без па, все же можно воспринимать как вопрос: Почему?

Именно этим вопросом мучается несчастный француз, наблюдая русских в их повседневности. Он переполняется ужасом, наблюдая за поведением за столом одного из посетителей ресторана - молодого, преуспевающего господина. Генри (Анри) кажется дикостью то количество пищи, которое поглощает наблюдаемый. Бедный клоун, а Генри был таки клоуном, даже предполагает, что господин выбрал такой оригинальный способ самоубийства. Француз понимает, что он должен вмешаться и остановить этот беспредел издевательства над человеческим желудком. Он обращается к половому, который его явно не понимает, он пытается пообщаться с жертвой собственного объядения, но то, что он узнает, повергает француза в еще более глубокое потрясение - это не самоубийство, это даже не обед, это легкий завтрак перед настоящим обедом, на который приглашен сей господин. И, обозрев ресторан, он понимает, что все его посетители едят ничуть не меньше его собеседника, так что то, чему он стал свидетелем, никакое не исключение, это - правило!

Не знаю, был ли француз звездой в своем клоунском искусства, но в шок он впал. То, что он был восхищен силой русских желудков, это само собой, но его восхищение распространилось на всю страну во всех её проявлениях.Всё, что мог он изречь: "О, страна, чудная страна!"

Может в тот момент он понял, что у Наполеона не было никаких шансов покорить этот народ и эту страну, и не потому, что русские много едят, а потому, что они не такие, как европейцы и европейцам не понятны. Может потому и обозвал Чехов француза английским именем, чтобы представить в его образе всех европейцев, а третьим элементом в этот собирательный образ подойдет упоминание еще одного значимого европейского народа - немцев: "Что русскому хорошо, то немцу - смерть".

А главное, что по прошествии целых 130 лет, мы - русские люди, читающие рассказ, понимаем всю правоту французика, но соглашаемся, что он выглядит глупо, так что мы не изменились, менталитет не пропьешь.

Еще один рассказ Антона Павловича Чехова, небольшой. Читается быстро и с интересом. Это больше похоже на веселый случай из жизни. Подобное могло произойти и со мной и с вами.

Он довольно смешной, в одном месте, точно рассмеялся.

Написан под псевдонимом А. Чехонте, в 1886 году.

Железнодорожная история. Мне напомнило, немного случай из рассказа Гайдара Чук и Гег, когда один из ребят ночью зашел в не свое купе.

Железнодорожная линия Москва — Санкт-Петербург была открыта 1 ноября 1851 года. То есть к моменту написания рассказа, уже существовала 35 лет. Но видно не все еще люди привыкли к такому сервису и случаются еще ошибки.

Герою повезло, что он еще не попал на какой ни будь японский современный поезд со скоростью 320км в час.

В этом рассказе если убрать сам случай поднимаются вопросы счастья, что все же безграничного счастья не бывает.

Так как это небольшой рассказ, то на подобный рассказ отзыв делать сложновато. Прошу прощения за хаотичность если что.

Далее в «СЧАСТЛИВЧИК»

Станция Бологое. Ночь. От станции отправляется поезд по Николаевской железной дороге. В одно из купе второго класса для «курящих» в котором пять человек заходит еще один Пассажир, он явно ошибся купе и хочет уйти, но один из пяти человек узнает его, и они заводят беседу. Ночного визитера звали Иван Алексеевич, а пассажира купе Петр Петрович. Иван Алексеевич очень счастлив, рассказывает, что вышел на станции выпить коньяка, а потом заскочил в последний вагон. И всем рассказывает о своем счастье, он женился и в его купе ждет жена. Казалось бы ничего не может омрачить его счастливое настроение, но есть одно Но.

Биография автора.

Антон Павлович Чехов (1860-1904) - выдающийся русский писатель и драматург, а также врач. Он начал свою литературную карьеру в 1880-х годах, публикуя рассказы и пьесы. Со временем его стиль стал более серьезным и глубоким.

Чехов автор известного сборника рассказов “Дама с собачкой” (1899), где он исследует сложности человеческих отношений. Его пьесы, включая “Вишневый сад”, “Три сестры” и “Дядя Ваня”, стали классикой мирового театра благодаря глубине характеров и тонкому психологическому анализу.

Чехов также был врачом, и его опыт в медицине влиял на его писательскую работу. Его вклад в мировую литературу остается значительным, и его работы продолжают вдохновлять читателей по всему миру.

Подробнее.

Знаете у нас не очень принято быть счастливым, точнее быть счастливым ты можешь, но люди подозрительно на тебя смотрят, когда ты идешь улыбаешься или ведешь себя в этом состоянии эйфории. Люди обычно думают, что ты какой-то местный дурачок. Вот если бы ты шел грустный или сидел бы ревел, то к тебя бы подошли и пожалели. А веселый это подозрительно, а если ты при этом еще и выпил, то всё скажут алкаш, напился и буянит.

Во времена Чехова тоже это понимали, но относились чуть более снисходительно.

Почему так, когда ты здоров и полон сил, счастлив, и хочешь это показать, на тебя все косятся и чуть ли не крутят пальцем у виска.

Я недавно по улице шел и видел одного мальчика, его так распирало от этой энергии, что он даже пританцовывал и не шел, а скакал на одной ножке. Как же хорошо, что еще такие есть дети, кому плевать на общественное мнение. Другое дело, начни я так делать, то вызвали бы на меня скорую и под белы рученьки в мягкую комнаты поместили.

Но согласитесь быть счастливым тяжелее, чем постоянно несчастным. За счастье нужно бороться и быть готовым, когда оно придет и удерживать, как можно дольше, а впасть в уныние и депрессию можно легко.

Этот случай из рассказа, как раз и показывает, как момент, казалось, безграничного счастья и радости может быстро закончиться.

Этот человек, Иван Алексеевич, женился, и он безумно счастлив, нашел себе даму сердца, и души в ней не чает, плюс, конечно, еще фантазии в голове витают.

Возможно и у вас такое бывало, любовная эйфория с добавлением спиртного напитка, когда ты словно воздушный шарик, тебя распирает изнутри.

Только этот шарик может лопнуть к сожалению или сдуться. Любовь она ведь разная бывает, и такая как у героя рассказа, когда чувства бурлят, а мозг не соображает толком, а бывает ровное пламя, тогда и сердце и голова в одном ритме.

У меня тоже, бывало, такое, когда был подростком и в институтскую пору. Казалось, что куда не глянешь всюду она, постоянно мысли и желание быть рядом. Хорошо, когда, как у героя его любовь в купе вагона, а часто ты влюбляешься, но не можешь или не знаешь, как сказать. Всякое же бывает. Ты влюбился, а человек с тобой едва знаком, или у нее или него есть уже, кто-то. Меня такие чувства всегда пугали, я всегда более рациональный и холодный в плане эмоций человек, но в такие моменты, все мысли уходили в сад чай пить со здравым смыслом. А в голове играла романтическая музыка и птички всякие. А еще тут герой под коньяком, а ведь знаете, бывает же у людей выпьют, а потом своих бывших вспоминают. Я стараюсь избегать таких счастливых эмоций слишком их тяжело контролировать. Но, с другой стороны, всегда приятно на таких людей смотреть первое время, а когда это еще и взаимно и парочка уже вместе и тогда у них включаются сю-сю пу-пу мой зайчик, моя козочка и так далее у кого на, что фантазии хватает.

Мой любимый момент в этом рассказе, я на нем посмеялся.

Это довольно забавно и смешно если представить. Мне рассказ понравился несмотря на финальную часть, он все же позитивный и жизнерадостный, ведь часто мы сами себе проблемы делаем у нас в голове, строим барьеры и препятствия, а счастье оно ведь во всем. Утром проснулись улыбнитесь ведь это так здорово просыпаться, делайте завтрак радуйтесь, что у вас есть, что есть и пить. Идете на работу и там тоже радуйтесь. Надо жить и радоваться каждой минуте. Как уже говорили за счастье и хорошее настроение надо потрудиться и попотеть, а унывать всегда время найдется.

А так если без спойлеров, о финале, со мной такое случалось пару раз в метро, просто заработался и уже голова не варит садишься в электричку, а потом понимаешь всё как у Ивана Алексеевича.

Всем спасибо, до встречи в следующем отзыве.

Не ручаюсь строго за хронологическую верность, но рассказ "Ведьма" кажется мне этапным в творчестве Чехова. До этого времени читающая публика знала в его лице в основном автора юмористических и сатирических рассказов. Конечно, уже были попытки творить более серьезную прозу, и они, как впрочем, всё у Чехова, были вполне успешными, те же "Цветы запоздалые" или "Драма на охоте".

Но для меня поздний Чехов, Чехов более глубокий и более мудрый, начинается с этого рассказа. В "Ведьме" еще присутствует некая юмористическая начинка, но она носит исключительно внешний и маскировочный характер, автор же раскрывает глубины великой трагедии - великого греха человеческого - бесславного прозябания в ничтожестве.

Дьячок Савелий Гыкин - классический вариант опустившегося человека, которого на нынешнем "народном" слэнге принято именовать "чмо". Прошу прощения, за некоторую грубость и прямоту, но здесь они более чем к месту, потому что самому Антону Павловичу "попало на орехи" от старших братьев по перу за излишнюю, по их мнению, натуралистичность в изображении Савелия. Резанули многих его немытые ноги с загнутыми ногтями, да и постель с комом вывороченного белья тоже не понравилась.

Но ведь он такой - Савелий этот, ведет он исключительно растительное существование, место и жену получил - считай схватил бога за одно место, больше ничего ему в этой жизни и не надо. Нет в нем энергии на подвижничество хотя бы какое-нибудь, ленив он и ноги мыть (за собой следить) и к генеральше за заступничеством обращаться (робок, людей боится). Так бы и коптил Савелий небо, пока Господь не прибрал бы его, да вот беда - не повезло ему с женой. Нет бы, попалась какая замухрышка типа него самого, вот лепота бы была, вот бы сапоги в пару. Однако ж, подсунул сатана красивую да дебелую, а главное - с запросами какими-то и о себе большого мнения, вот так и несёт от каждого её слова, от каждого жеста, от каждого взгляда; "Не пара я тебе, Савелий! Ой, не пара!"

И что же Савелий? Да ему не привыкать в ничтожестве жить, что же, он видит, что Раиса его не то что не любит, так еще и еле терпит. Но он ленив не только ноги мыть, он и свое "мужнино" право потребовать не смеет, так только украдкой по шее погладит, когда благоверная спит, а если та проснется, гыркнет на него, так он снова в норку свою под одеяло забьётся и ладно.

И так ему с этакой тяготой жить обидно, а обида-то грызет, не дает покоя. Только себя такой человек никогда на ответ не поставит, не он в ничтожестве своем виноват, а... вот Раиса-то и виновата! Что-то больно часто непогодь случается, мужики разные на постой просятся. А ей, бабе молодой да здоровой, всяк иной слаще постылого мужа покажется, и еще острее Савелий чувствует свою убогость.

Вот и выходит, что жена его - ведьма! Этим всё и объясняется, как взыграет в ней кровь, так нет, чтобы его - лицо духовного звания - ублажить, эта окаянная баба начинает небо мутить, ветры крутить, непогоду устраивать - мужиков чужих заманивать. Это всё похоть её бесовская! И что может он поделать, да только пилить день и ночь несчастную, в супружницы ему доставшуюся.

А Раиса-то и впрямь может ведьма. Может и прав в чем-то Савелий. Есть же в ней страсть, есть желание, так отчего же природе не услышать сильный зов и не отозваться градом, ливнем, ураганом? Я пишу, конечно же, сейчас вещи крайне антинаучные, но может быть вам приходилось слышать о таком явлении, как полтергейст, который частенько случается в домах, где живут наполняющиеся страстью подростки? Так что, если и у Раисы что-то подобное присутствует, она сама про то не знает, но притягивает она неутоленной страстью своей к Гуляевскому бугру непогоду.

Убивает беспросветность этого супружеского сосуществования, повязанного местом и чином, удерживает их вместе вязкое болото сословности, и развязаться этот узел может только смертью кого-либо из них. Хотя, как по справедливости, то Савелию надо убираться к праотцам, он и годами старше, и здоровьем хлипче и пропадет он совсем без ухода, а вот Раиса, если одна останется, то, может, и поживет еще.

Очень люблю короткометражку, снятую в 1958 году по этому рассказу, хороши в ней Ларионова с Рыбниковым, играющие Раису и почтальона, но потрясающе бесподобен Эраст Гарин в роли Савелия, когда я перечитываю рассказ Чехова, я почти в живую слышу незабываемый фальцет: "Метель еще только начиналась, а уж я все твои мысли знал! Наведьмачила, паучиха!"

Сегодняшнее празднование первоапрельского дня смеха началось у меня с Гоголя, но какой же праздник смеха без другого русского классика - без Чехова?

Под праздничную причину я припомнил замечательный рассказ "Пересолил". А припомнил потому, что гоголевская рецензия была посвящена "Ревизору". И вот, между "Ревизором" и чеховским рассказом я узрел прямую связь. В некотором смысле рассказ Чехова о том же, о чем и пьеса Гоголя - о том, что люди живут в своем мире, и происходящее рядом и вокруг воспринимают исходя не из реального положения дел, а из субъективных ошибочных оценок.

Конечно, у Гоголя это подано глобальнее, с большим количеством действующих лиц, с дополнительными сюжетными векторами. А вот у Чехова - ситуация камерная, если не считать станционного жандарма, мелькнувшего в самом начале рассказа, она ограничена всего двумя персонажами. Но даже такого кусочка, по сути - носового платка - хватает Чехову, чтобы поднять и осветить несколько граней проблемы человеческого непонимания.

Что послужило причиной возникновения того абсурда, который превратил совместную поездку возницы Клима и землемера Смирнова от станции Гнилушки до имения Девкино в настоящий анекдот? Во-первых, это то качество характера, которое было присуще им обоим - самая обычная трусость. Да, всё так просто, и Клим, и землемер - записные трусы, один пытается скрыть свою трусость ложью, другой действует еще проще - натурально сбегает, почувствовав опасность.

Во-вторых, надо понимать на чем эта трусость основывается. А основывается она во многом на стереотипности мышления героев. Они не видят друг в друге тех, кем являются - трусливых и неуверенных в себе людей. Раз Клим - большой и мрачный, значит, разбойник - считает Смирнов, раз землемер похваляется пистолетами, значит, тоже разбойник, считает в свою очередь Клим.

В-третьих, трусость и стереотипность порождают взаимное недоверие, которое, в свою очередь, замыкает круг, понуждая одного из героев на ложь, а другого - на бегство.

И все же непонимание и недоверие между представителями разных сословий не фатально, считает автор, если обстоятельства сложатся таким образом, что оба окажутся в зависимости друг от друга, то, пусть не сразу, пусть покричав до хрипоты и насидевшись в кустах, но они найдут общий язык и сумеют договориться. Даже если до этого кто-то из них круто пересолил...

Официально считается, что Антон Павлович Чехов родился 17 (29 по новому стилю) января 1860 года, но сам писатель считал, что родился на день раньше - 16 (28) января, а просто так был записан. Надо признать, что такая практика встречалась в старые времена почти повсеместно - родители, если у них была какая-то причина, или они просто не уделяли этому вопросу принципиального внимания, записывали детей на "удобные" по тем или иным причинам дни. Далеко ходить не надо, моя собственная мама имеет официальную дату рождения - 18 ноября, и "настоящую" - 17 ноября, а ведь она родилась через 80 лет после рождения Чехова.

Так что я решил отметить обе "чеховские" даты - и натуральную, то есть, сегодняшнюю, и официальную, следовательно, завтрашнюю. Для "сегодня" я выбрал один из ранних рассказов писателя, когда он еще подписывался "Человек без селезёнки", - "Ряженые". Поэтому "Ряженых" 1883 года, а это как раз и есть те, которые интересуют нас, следует отличать от других "Ряженых", которые были написаны через 3 года - в 1886.

Но суть, следует признать, у обоих рассказов похожая. Я бы сейчас, как ни странно, вернулся к своей рецензии, которую совсем недавно написал на сказку Джанни Родари "Джельсомино в стране лгунов", потому что Чехов пишет о том же, о чем через почти век попытается сказать итальянский сказочник. О том, что весь мир пропитан духом лжи, что люди изо всех сил пытаются скрывать свое истинное лицо, стараясь предстать не собою, а кем-то еще. Просто Родари говорил об этом в эксцентричной и сатирической форме, а Чехов свою сатиру облёк в ироничные тона. В результате у Антона Павловича получилось в 100 раз короче, зато более наглядно и доступнее для понимания.

Не думаю, что Антон Павлович слишком серьезно относился к тому о чем писал в этом рассказе, для него это были совершенно очевидные вещи, вокруг которых не стоило разводить "высокую" философия, опять же из-за их очевидности. На самом деле поводом для написания фельетона послужил реальный инцидент, имевший место в театре Лентовского. Этот господин разместил над сценой своего театра надпись "Сатира и мораль", а по факту под этими словами исполнялся канкан и процветало зубоскальство.

Собственно, этим эпизодом и заканчивает Чехов свой небольшой фельетон, замыкая круг. Еще следует добавить, что первым на то, что творится в театре Лентовского обратил внимание А.Плещеев, писавший:

Вы уже кушали сегодня блины? Надеюсь, все в курсе - сегодня 1 марта, воскресенье, широкая масленица. Как я, так я уже отведал блинцов, а на ужин еще буду. Мои любимые - это, когда блины с пылу, с жару - раз, а второе - мелко нашинкованный лук, обжаренный до тёмной золотистости на смальце. И вот берешь блин, складываешь его в четверть, и в этот лук с жирной подливой - красота! Моя бабушка называла это блюдо маканиками. С икрой тоже хорошо :)

Про масленицу с блинами и этот коротенький рассказ, даже, скорее, очерк Антона Павловича. Но масленица здесь только повод показать всю тщетность и бренность человеческого существования. К этому маленькому шедевру, состоящему всего-то из четырех абзацев, два из которых в одну строчку, очень кстати подошел бы эпиграф: "Человек предполагает, а Бог располагает".

Надворный советник Семен Петрович Подтыкин, пользуясь официальным поводом, масленица всё-таки, готовится предаться греху чревоугодия. Но Семен Петрович кроме того, что он чревоугодник, он еще и эстет, поэтому у него всё изысканно и красиво. Читая описание стола надворного советника, невольно позавидуешь, как вкусно и соблазнительно всё сервировано. Не хватает главного компонента - блинов!

Клиент нервничает, беспокоится, ему кажется, что он уже заслужил обещанную награду в виде круглых кулинарных изделий, а его всё томят, всё откладывают. И вот - торжественный момент настал, блины поданы. Семен Петрович успел сдобрить их икрой и сметаной, украсить сёмгой и сардиной... Но вкусить плодов деяний своих ему господней волей было не дано. Подобно Моисею, не смог он ступить на святую землю, планы остались не воплощенными.

Вот ведь сила таланта Чехова, он умел быть кратким, а я - нет, я только что начал писать пятый абзац на рассказ, состоящий из четырех абзацев. Но тут уже ничего не поделаешь, приходится смиряться со своим суетным многословием и завидовать лаконичности гения.

Шестой пошел... Так вот Чехов очень зримо показал, что не может человек быть господином обстоятельств, когда он не может быть господином самому себе, в любой миг, на пороге самых изысканных наслаждений, Господь может прервать пьесу жизни и призвать бенефицианта к себе. Надо сказать, что Семену Петровичу повезло, он ушел красиво, красиво жил и красиво умер - всем бы так!

Известно, что Антон Павлович не включил этот рассказ в прижизненное собрание своих сочинений. Что же, я думаю, это может свидетельствовать лишь о крайне придирчивом его отношении к собственному творчеству, что-то ему не нравилось, в чем-то он видел несовершенство одного из относительно ранних своих произведений.

А вот я читаю и поражаюсь тому, с каким мастерством, по сути силой образности прямой речи, он смог поднять и трагически показать вековечную тему, над которой корпел не только Тургенев, тему отцов и детей. В рассказе мы видим отца и сына, вся трагедия в том, что их уже нет в жизни друг друга, но они еще об этом не знают. Они не слышат друг друга и не понимают. Это два совершенно разных, абсолютно чужих человека, которых объединяет лишь общая фамилия и какая-то мизерная общая память.

Это два разных мира, мира, существующих в своих вселенных и никак не пересекающихся. Встреча ближайших родственников происходит совершенно случайно, читатель должен понимать, что не окажись у модного столичного адвоката дела в уездном городке, где прозябает отец-священник, он бы у него не появился ни-ко-гда! Нет, если бы он знал, что у отца "такая стерлядь", он бы к нему еще прошлого года заглянул бы, когда было дело в губернском городе. Только ведь не ради отца бы он заехал, кабы знал, а ради стерляди.

Кстати, будучи тогда в губернском городе сын-адвокат швырнул 300 целковых, чтобы в губернском театре пьесу ему лично представляли. Это, между прочим, не выдуманный Чеховым эпизод, а факт из жизни весьма популярного адвоката той поры господина Плевако. Я про Плевако вспомнил, чтобы подчеркнуть - сын священника не какой-то особый "моральный урод", а такой типичный представитель столичной интеллигенции.

И, если честно, я не знаю, что имел в виду Чехов под "Святой простотой". Ту простоту, с которой сын рассказывает отцу об обстоятельствах своей столичной жизни, о сумасшедших деньгах, проигрываемых и пропиваемых, о личной жизни, где свадьбы и разводы следуют впопыхах, о скуке, его одолевающей. А ведь отец только сейчас всё узнает, он же даже весточки за 15 лет от сына ни одной не получил. Так может "святой простотой" автор называет потрясающее равнодушие сына, которому плевать на родного папеньку, вот он таков, как есть - ничего же не скрывает - про всё рассказал, даже не задумавшись, а каково-то отцу всё это слышать.

А может "святая простота" это безусловная любовь брошенного отца, которому и надо бы увидеть подноготную сына, да только он видеть ничего не хочет, и просто не верит сыну, когда не может представить того, что тот не задумавшись сообщает отцу. Отцу проще решить, что сын шутит, может, привирает, но это же выглядит так безобидно, он университант. И гонит престарелый отец обиду, когда сын не хочет с ним общаться - "не мешай, старче", когда отказывается принять накопленные за всю жизнь деньги. Не может он расстаться с придуманным образом, и обижаться на него не может, а любовь отцовскую все же излить-то хочется, за 15 лет накопленную.

И вот тут-то и сгодилась сыновья шуба, она не прогонит, и не обидит, и ласку примет безропотно. Правда, в ответ тоже не отзовется, да всё же это лучше, чем холодность и отстраненность родных глаз. И обнимает, и целует, и крестит плачущий старик шубу сына. И он счастлив...

«Тайный советник» - замечательный рассказ, предвосхитивший одну из основных сюжетных линий пьесы «Дядя Ваня». В нём красочно обрисован неожиданный приезд знатного родственника (прототип профессора Серебрякова), вызвавший полнейший переполох в тихом деревенском поместье. Своим громким вторжением гость изменил привычный уклад жизни обитателей имения, причинил им неудобства, а также материальный и моральный ущерб. Но сам легкомысленный герой, конечно, ничего этого не заметил и даже порой выражал недовольство. Однако уехал он сияющим и счастливым. И сразу напрашивается аналогия с чеховской "порхающей птичкой" Верой Гавриловной («Княгиня»), которая, доставляя всем одно беспокойство, всерьёз считала себя благодетельницей, а, уезжая из гостеприимного места, ощущала счастье и гордилась собой.

«А это что за мальчик?» - этот вопрос дважды (при первой и последней встречах с Андрюшей) прозвучал из уст тайного советника Ивана Архиповича Гундасова, приехавшего впервые за 15 лет погостить в деревню к своей сестре-помещице Клавдии Архиповне, вдове поручика. Но причина неожиданного приезда брата не имеет никакого отношения к родственным чувствам и достаточно прозаична: на привычный отдых за границей у него не оказалось денег, а сменить обстановку и хорошо провести время очень хотелось. Упомянутый мальчик Андрюша – родной племянник столичного гостя, которого, несмотря на его ежедневное присутствие в семье, дядя в упор не замечал. И это расстраивало маленького ребёнка: «Мучило меня, что за всё время он ни разу не обратил на меня внимания».

О своём приезде на лето брат заранее уведомил сестру в письме. И Клавдия Архиповна, борясь одновременно со смехом и плачем, сообщила сыну Андрюшеньке, что это на его счастье бог посылает им знатного родственника. Она надеялась, что Иван Архипович поможет её единственному ребёнку поступить в кадетский корпус на казённый счёт. «Волнение, с которым мы ожидали приезда гостя, можно сравнить только с тем напряжением, с каким спириты с минуты на минуту ожидают появления духа». Тут же в усадьбе поднялась небывалая суматоха: «Были пощажены только небесный свод и вода в реке, всё же остальное подверглось чистке, мытью и окраске». Однако именитый гость не только не оправдал ожиданий сестры, но и принёс обитателям поместья массу хлопот и неприятностей. «Чем дальше вглубь уходило лето, тем легкомысленнее, вертлявее и рассеяннее становился мой дядюшка». И в результате Клавдия Архиповна была вынуждена деликатно избавиться от брата, дав ему крупную сумму денег на отдых за границей, чтобы он только оставил их в покое и уехал.

Повествование ведется от лица давно повзрослевшего Андрея в виде воспоминаний об одном из ярких периодов его детства. То есть в произведении мир взрослых, основанный на их неспособности преодолевать непонимание в отношениях, показан с точки зрения наивного ребёнка, для которого постепенно раскрывается сложность жизни и разрушаются первоначальные представления о ней. Причём детские переживания героя с годами переплавляются в памяти, приобретая юмористическую окраску. Более того, стилевое разнообразие «Тайного советника» придаёт ему особое очарование, так как Антону Павловичу удалось добиться гармоничного слияния в единое целое различных элементов творчества. Ведь местами рассказ настолько комичен и наполнен иронией, что напоминает чеховские водевили с их карикатурностью и неправдоподобными преувеличениями, но кое-где он перекликается и с поздней прозой зрелого писателя, предупреждая о быстротечности времени, неизбежности ощущения уходящей жизни и ностальгии по утраченным беззаботным дням. Финал же особенно серьёзен и поучителен: