За правое дело

Прочитал еще в прошлом году, но рецензию не писал, т.к. не был зарегистрирован на сайте. Сильнейшая книга! Это классика двадцатого века. Впервые прочитал Гроссмана в далеких восьмидесятых годах будучи совсем молодым лейтенантом. Причем, посоветовал прочитать мой старший начальник, когда я ему сказал о том, что читаю Дюма "Королева Марго". "Какая Марго? Ты что?" Он и посоветовал "Жизнь и судьба". Прочитал, но в голове с тех пор мало что осталось. Купил и прочитал оба романа дилогии. Тяжелая, но очень правильная книга. Это, по моему мнению, еще одна из тех книг, которые надо в обязательном порядке давать для изучения в школе. Ком подкатывает к горлу и невольно наворачиваются слезы, когда читаешь некоторые моменты. Мама, которой за девяносто, плакала, когда я давал ей читать некоторые главы. Правда настоящая, но не злая, как у Рыбакова, как у Аксенова и других некоторых наших писателей, которые стали довольно негативно описывать время правления Сталина.  Эти два романа очень хорошая память о героизме нашего народа, о тех, кто положил свою жизнь за нас с вами. И о тех, кто трудился в тылу, как моя мама, будучи тринадцати - четырнадцатилетней девочкой. Читать, читать и еще раз читать! Рассказывать в школе нашим детям и внукам. Приглашать в школу ветеранов боевых действий, тех ребят, кто сейчас воюет с этой мразью на Украине. Чтобы человек не задумываясь мог отдать свою жизнь за свою землю, за свою Родину, за родных и близких.

Книга написана хорошим русским языком.  Поражает, как и сейчас, несмотря на все злодеяния фашистов, отношение наших людей к этим выродкам, когда в душе кипит ненависть, а женщина отдает последний кусок хлеба пленному немцу. Откуда это у нас? Откуда Гросман находит такие слова, что заставляет так переживать? А как он пишет о дружбе?

Заставила написать этот отзыв книга "Щегол" Донны Тартт, которую только закончил. Тартт получила премию, таких же обкуренных наркоманов, а Гроссман любовь миллионов!

Недавно пересмотрел фильм "Комиссар" с Мордюковой и Роланом Быковом в главных ролях. Тоже снят по повести Гроссмана. Ребята, читайте!

Наверно, как и многие, я узнала об этом романе, только взявшись за книгу «Жизнь и судьба». Меня вдруг начали терзать смутные сомнения, что все эти люди должны быть мне хорошо знакомы, но автор знакомить меня с ними почему-то не спешит. То, что я читаю второй том дилогии, стало для меня большой неожиданностью. Конечно я сразу же закрыла вторую книгу и взялась за первую.

Прочитав наконец «За правое дело» и возвращаясь к «Жизни и судьбе», я должна сказать, что первая книга мне понравилась. Обычно, я стараюсь поменьше читать рецензий и критики до того, как сама прочитаю книгу, но это не тот случай. Тут я очень рекомендую, прежде чем взяться за чтение, ознакомиться с биографией Василия Гроссмана. После этого на многие моменты в книге смотришь иначе. В сети можно найти фильм «Василий Гроссман. Я понял, что я умер», об аресте романа «Жизнь и судьба».

Теперь о самой книге. Читается нелегко, много действующих лиц, большой размах, большой объем, очень гнетущее ощущение надвигающейся на город страшной грозы, много идеологии, с которой остается только смириться, но если читать между строк, сколько же там простой жизни простых людей и как больно становится это читать. Есть совершенно невероятные эпизоды, читая которые просто невозможно удержаться от слез, есть моменты, когда зло берет то того, что такого не может, просто не должно быть, есть места когда от пропаганды сводит зубы и хочется бросить чтение, но это так хорошо, когда книга вызывает столько эмоций, когда от нее штормит и несмотря ни на что не оторваться...

Уже вернулась к "Жизни и судьбе", где теперь я со всеми знакома и очень рекомендую тем, кто собирается читать этот роман, начать с первой части.

Шикарная книга! Трагичная книга! Геройская книга! Я с детства люблю книги о ВОВ, какие люди в них описываются: самоотверженые, честные; какой тяжелый зачастую они делают выбор. О каких трудных временах говорят авторы, нашему нечета.
Книга о людях, судьба которых привела в Сталинград. Автор описывает жизнь героев перед войной и в течении битвы за Сталинград. Он раскрывает влияние тяжелых военных будней на личность человека, его характер. Хорошо описаны личные переживания героев и межличностные отношения. Очень много в этой книге и горя, и радости.
Книга "За правое дело" может непонравится людям нелюбящим советский период своей страны, ведь его основная особенность - высокий патриотический дух.
Это первая книга дилогии "Жизнь и судьба".

Первая часть дилогии Гроссмана знакомит читателя с семьей Шапошниковых, очень подробно мы узнаем не только о семье, но и о родственниках, друзьях. Параллельно автор подробно и обстоятельно описывает предвоенное и военное время, состояние войск, стратегию и тактику советских и немецких войск. Судьба страны тесно переплетается с судьбой главных героев.
Еще особенностью повествования является большое количество философских отступлений о человеческих поступках, о традиционных ценностях, конечно, в таких рассуждениях достаточно много советской идеологии, но общее впечатление это не портит.
Сюжет достаточно растянут, но наверное это оправдано военной темой, Гроссман великолепно смог показать не только страх и героизм солдат, воюющих на передовой, но и тот урон, что нанесла война тем, кто находился в тылу, кто работал в науке и на заводах.
Очень масштабное произведение, которое требует вдумчивого чтения, читать сложно, много исторических отсылок, но, на мой взгляд, такие книги нужно обязательно читать. Это неумирающая историческая классика!

Я сама из Волгограда, хоть и не живу сейчас там. И долгое время не читала ничего о войне и особенно о Сталинградской битве, мне хватало того, что я узнала в школе. Но совсем недавно показывала другу город и музей-панораму Сталинградской битве, что подтолкнуло меня прочитать о тех трагических событиях.
Я начала читать роман "Жизнь и судьба" и очень быстро поняла, что события с персонажами начали происходить задолго до начала этой книги. Пришлось скачивать и читать первую часть. О чем я не жалею ни минуты.
Эта книга - масштабное полотно, с первых дней войны до лета-осени 42 года, начала наступления немцев на Сталинград. Множество персонажей, и не все из них погибли. Очень много разных людей, разных взглядов на жизнь и войну.
На самом деле не ура-патриотизм, а трезвый и смелый взгляд на происходившие тогда события и людей.

Прочёл в этот раз роман Василия Гроссмана «За правое дело». Это первая книга в его дилогии. Сильная вещь, очень сильная — прямо до дрожи.

Текст про Великую Отечественную, а в частности - про оборону Сталинграда и в принципе про то, какая обстановка была в Союзе летом 42‑го года. И вот что важно: Гроссман ведь сам там был, в Сталинграде, - от самой первой упавшей бомбы до капитуляции армии Паулюса. Всё своими глазами видел, всё пережил.

Понятно, что из‑за цензуры он о многом не смог высказаться. Но то, что я увидел в этом тексте, - оно просто перепрыгивает все остальные книги про ВОВ. Честно, единственный, кого можно рядом поставить, - это Некрасов с «В окопах Сталинграда». Больше никого.

Для меня это советская энциклопедия общества 42‑го года: тут учёные, шахтёры, колхозники, врачи, художники, журналисты - ну и, конечно, военные. Гроссман мало уделяет времени самой войне. Он уделяет время жизни. В этом вся суть.

Главные герои в основном интеллигенты - и эти персонажи во многом списаны с самого Гроссмана, потому что он и сам был тем самым еврейским интеллигентом. И знаете, мне не раз приходилось останавливаться во время чтения, просто из‑за нахлынувших чувств дальше не мог читать.

А вот эпизод, который мне больше всего запомнился - до сих пор мурашки. В сталинградском детдоме находился мальчик с такой чудной фамилией - Серпокрыл. Гриша его звали, лет пять‑шесть ему было. И Гроссман так ведает судьбу этого мальчишки: как во время праздника он, нарядный, со своими папой и мамой вышел из их домика. Как он радовался красоте своих родителей, умилялся красоте мамы, а отец казался ему таким сильным, настоящим защитником. И вот в этот самый момент - происходит налет немецкой авиации, авиационная бомба разрывает его маму и папу на куски. Только чудом Гриша остался жив. И вот он стоит, смотрит на обгоревшие, развороченные тела своих родителей - и думает: от родителей у меня остался лишь один красивый жёлтый ремешок. У меня даже сейчас слёзы наворачиваются, когда об этом пишу...

И сколько таких эпизодов, ох... Мы ведь как обычно представляем героев той войны? Какие‑то терминаторы, железные люди, без эмоций. А Гроссман показывает их живыми - они в этом ужасе умудряются жить, влюбляться, не забывать о тех, кто им дорог. Не просто так я говорил, что роман в первую очередь про жизнь.

Наверное, поэтому современники и раскритиковали его текст - как это так, показать героев войны обычными людьми, с чувствами, с живым сердцем?

И только под конец Гроссман даёт самые страшные моменты обороны Сталинграда: батальоны полностью погибают на окружённых улицах города, но не убегают. Никуда не бегут - стоят до конца. И сколько таких безымянных героев было?

Я мучительно читал этот текст, всё время понимая: то, что передо мной на страницах - это, может, всего лишь процентов пять от силы истины. Остальное Гроссман умалчивает, сознательно не пишет, чтобы читатель выдержал, чтобы смог вынести хотя бы эти человеческие страдания, переданные через слово

Роман о войне, это первая часть дилогии о Сталинградской битве. Описано со всей жестокостью и неумолимостью того времени. Как меняются люди и их характеры, и их ценности в тяжелых ситуациях, под страхом смерти. То, что казалось ценным и незыблемым в мирное время становится не важным и на первый план выходит настоявшее. Роман неоднократно подвергался цензуре и есть разные издания с полной и не полной версией произведения.

Мое знакомство получилось не ровным: я начала электронный вариант неполной версии,когда обнаружила, пришлось начать заново полный вариант книги, но уже аудио в исполнении С. Кирсанова. И поэтому я для себя четко поняла, как роман звучит с цензурой и без неё.

Скажу очевидную вещь: чтение "Жизни и судьбы" вполовину обессмысливается без чтения первого романа дилогии "Сталинград" - "За правое дело". Дело даже не только в том, что многие персонажи просто непонятны без предыстории, но и в тоне каждого из романов.
"За правое дело" - это лицевая сторона кумача. Рассуждения о силе духа советского человека. Историософские высказывания в подражание Толстому. Переплетение множества судеб. Доказательства гения партии и правительства. Гимн труду. Умеренная критика слишком уж увлеченных отдельных строителей коммунизма и блюстителей общественной морали (Маруся, сестра Людмилы Штрум и Жени Шапошниковой, в "Жизни и судьбе" почти не упоминавшаяся, например, в целом неплохой человек, но слишком уж суровая коммунистка - и вот в эпизоде с посещением ею детдома автор ей как бы невидимо пеняет, сталкивая с санитаркой, несколько вольной в поведении, но своей лаской выходившей больного мальчика), только подчеркивающая уникальность советского строя. Трогательные, в чем-то даже слегка романтические (но это суровая романтика) истории Жени и Новикова и Тамары и Березкина (кстати сказать, без первого романа финал "Жизни и судьбы" просто теряется, перестает быть значимым), Веры и Викторова. Семейный быт ученого-физика Штрума, особенности жизни в эвакуации, командировка в приходящую в себя постепенно столицу, легкомысленный роман с московской соседкой (хотя то, что это был именно роман, подчеркивается в "Жизни и судьбе"; может, я и невнимательно читала "За правое дело", но там был скорее намек на возможность романа, чем сам роман), чтение и перечитывание письма матери, совершенно очевидно уже убитой немцами. Даже без текста письма (который появится в "Жизни и судьбе") само описание того, как Виктор Штрум переживал раз за разом слова от дорогого человека, которого больше ему не суждено увидеть, говорило о многом. Для равновесия в романе есть и линия пожилого крестьянина Осипова, призванного на войну накануне Сталинградской битвы, - подробно описан последний день, проведенный с семьей и проводы. Есть и гимн труду рабочих, описание тяжелой работы тракторного завода. Не уворачивается автор и от темы политических репрессий 30-х годов. Но все это описано и показано в каком-то смысле в меру - ни одна из сторон почти не перевешивает другую. Также как и изображение противников: есть откровенно сниженные фигуры Муссолини и Гитлера в самом начале романа (прямо-таки описаны как толстовский Наполеон), есть фашисты-чудовища, есть сомневающийся немец, с которым наступление на Сталинград сыграло дурную шутку, есть... так скажем, недоротфронтовец, над которым все издеваются, а он потом становится чуть ли не стержнем своего отряда (вроде как потому, что он-то знает, кто прав, а кто нет... такая политкорректность по-советски, или интернационализм). То есть к финалу первой части все довольно-таки гармонично... хотя и объемно, и разноголосо... Но, повторюсь, это лицевая сторона. А вот об изнанке автор расскажет в "Жизни и судьбе".

От крови Волга розовой была,
Кипела от разрывов бомб, снарядов.
Над Сталинградом копоть, дым и мгла,
А смерть жила в окопах с нами рядом.
Рубеж последний - нет за ним земли.
Курган Мамаев помнит кровь и славу.
Цвели по его склонам ковыли.
Бомбили самолёты переправу.

Вообще, осознанное желание вдумчиво прочитать такую книгу приходит не сразу. Оно приходит вместе с глубоким осознанием своей кровной, неразрывной связи со своей страной. Страной, в которой в разные исторические периоды было и хорошее, и плохое. И с этим пришедшим осознанием начинаешь любить за это её ещё больше. Тем сильнее хочется узнать, как же она жила, что чувствовала, на что надеялась и во что верила в час, когда её судьба висела на волоске, в час, когда от гибели её отделяла лишь узкая прибрежная полоса земли шириной 200-300 метров и горстка красноармейцев, заплативших своими жизнями, чтобы не допустить немцев к переправам через Волгу.

Как и большинство людей, я начал читать эту дилогию со второй, более известной части «Жизнь и судьба» смутно осознавая, что читаю я как будто бы с середины книги, в которой ничего не понятно. Так я прочитал почти половину, сердясь на автора за такое непонятное повествование. И лишь покопавшись в интернете, я узнал, что начал читать со второй части, а первая часть, оказывается, это «За правое дело». Удивительно, что книга даже не на слуху!

Конечно, в наше время многим может показаться, что в книге очень много советского высокопарного слога, который теперь так раздражает современного читателя. Но ведь это совсем в ней не главное! К тому же писал её советский человек, а это, позвольте заметить, совершенно отдельный вид человека. И слова «коммунистическая партия, наша советская Родина, Сталин», с которыми комиссары, стоя в полный рост, с пистолетиком в руке, поднимали вжавшихся в землю от разрывов тяжёлых немецких артиллерийских снарядов и пулемётных очередей красноармейцев в смертельную атаку, отнюдь не были для них пустым звуком. Так стоит ли спустя 80 лет упрекать автора за это?

По моему мнению, главное в книге - это то, что Василию Гроссману удалось и через 80 лет перенести своего читателя в Сталинград второй половины 1942 года. Благодаря его художественному таланту как будто сам оказываешься на улицах горящего и разрушенного августовской бомбардировкой города. Можно прочувствовать, что чувствовали сидящие в подвалах домов пылающего Сталинграда люди, как им всем было безумно страшно. Можно оказаться на Волжской переправе, где в отчаянной попытке спасти хоть кого-то из осаждённого города ведут группу детишек из детского дома, чтобы посадить их на пароход. Господи, получится ли у них добраться под бомбёжками и непрерывным артиллерийским огнём до левого берега?! Можно увидеть дымящиеся развалины домов, среди которых к Волге под прикрытием танков пробираются передовые штурмовые отряды немецкой пехоты. Можно посмотреть на улицы Сталинграда глазами Чуйкова Василия Ивановича, командующего 62-ой армией, и подумать, что Паулюсу не хватило всего лишь одного резервного батальона, чтобы захватить переправы через Волгу, не дать высадиться полкам 13-й гвардейской дивизии Родимцева и тем самым решить судьбу города уже 15 сентября. Можно услышать песни Лемешева, которые слушали красноармейцы в редкие минуты затишья, сидя на своих оборонительных позициях в полуразрушенных домах. И самое страшное - увидеть тела тех, кто отдал свою жизнь при штурме пресловутой и такой необходимой для обороны города высоты 102.0. Высоты, с которой немцы просто нещадно расстреливали из пулемётов и миномётов атакующих красноармейцев.

В конце книги Гроссман в лице Крымова Николая Григорьевича размышляет о мыслях послевоенных поколений спустя сотни лет после этой битвы:

Вспомним, Василий Семёнович, ещё как вспомним! Вспомним и будем помнить всегда. Бессмертный подвиг всех, кто защищал нашу Родину в годы Великой Отечественной войны, навсегда связан с Россией и будет жить в наших сердцах вечно.

Несмотря на все стилистические недостатки литературы советского времени, которые многим могут не понравиться, эта книга - прекрасный памятник всем участникам Великой Отечественной войны и битвы за Сталинград в частности. Переворачивая её последнюю страницу, невольно встаёшь, склоняешь голову и слушаешь, как часы мерно отсчитывают секунды в память о всех тех, кто принимал в ней участие.