Похвала правде

Прочитав эту книгу буквально за несколько часов , в конце я осталась в абсолютном недоумении.. В поле зрения моего чтения она попала случайно в рамках совета игры ТТТ ,как "не банальная любовная история". Ну то что все здесь совсем не банально я соглашусь на сто процентов,а вот любовная ли история ,хотя если поразмышлять очень даже любовная,но не к женщине ,а к картине...Сейчас прочитав книгу я думаю ,что издатели обманывают читателя подобной обложкой ,потому что глядя на нее настраиваешься на что- то спокойное ,средневековое - картины,багетчик ,мальчик и девочка , а на самом деле все кардинально наоборот ... И от этого несоответствия я все время чтения пребывала в каком то сюрреализме..Очень необычная история, не банальные герои, сюжет оставил меня в некотором ступоре ,особенно концовка. Я не могу сказать ,что осталась в пищащем восторге,но могу сказать ,что точно подобного я давно не читала... Я довольна в принципе знакомством с автором хотя это было и странное путешествие. Для меня минусом явилось ,что порой я выпадала из истории,потому что иррациональность превышала все мои пределы.
Так что если вы готовы к новым книжным открытиям и погрузиться в необычный мир богемной жизни стокгольмской молодежи,то только вперед)) А обложку я бы все же сделала совсем другой....

«Похвала правде» — по названию и картинке на обложке судя, мне казалось, что это что-то благочестивое, религиозное, и в этом смысле книга оч меня обрадовала, ибо там намёка нет на почитание какой-либо религии. Пора, кажется, создавать подборку книг, где художественные полотна, выставленные на аукционах, связаны с преступлением. Предлагаю даже жанр выделить, что-нибудь типа «Аукционный триллер». Ярким примером могу назвать фильм «Лучшее предложение», там тоже и аукционы, и знатоки, и фальшивщики, и — непременно — кража. И даже доктора с больничкой (обладателя объявленной эстетической ценности ж повредят почти наверняка. Кстати, было бы неплохо, если бы «Похвалу» отсняли, богатейший ж материал). Так вот, эта книга тоже написана в лучших традициях аукционного триллера. И это даже не чистый АТ, а с примесью чего-то флегматично-беспристрастного. Я ликовал почти до самого конца, что в книжке самые тесные отношения двух персонажей описываются без малейшей толики страстной любви. Это та самая безапелляционная дружба, которую я почти что боготворю. Сюжетно конец впечатляет, ибо словно переносит героев из их мира в будущее: а вам легко поверить, что двоих, объявленных вне закона (ну не так жёстко, но смысл прежний), увозит в свою запрятанную невесть где клинику знакомый пластический хирург, изощряется там в своё удовольствие, без всяких отчётов, над их лицами, и даёт, по сути, шанс на вторую жизнь, и всё это в какие-нибудь 80-ые годы? Мне нет. Ну и совсем весело становится, когда хирург,возлюбленный Паулы, говорит, что не может её с её новым ботичелло-венерическим лицом любить, а она и её добрый друг влюбяются друг в дружку только после этой самой перемены лиц. Неужто лица так много значат для вас? Я в недоумении. Впрочем, это опять же честно, со стороны автора, такое писать.

Гг невозмутим, ироничен и оптимист, будто он и не скандинав вовсе. Паула создаёт впечатление легкомысленной девушки, позволяющей играть собой своему покровителю. И меня не очень удивляет её подарок гг на Рождество, когда они таки решили обменяться подарками: Книга рекордов Гиннеса будто бы выбрана с потолка, во всяком случае, на ней лежит отпечаток массовой популярности, для которой не существует вкуса, как не стало существовать вкуса в новых песнях Паулы, от которых спасаясь, гг заводил Малера. Но Гиннес интересен гг, хотя дорожит он им скорее как первым подарком Паулы, нежели чем-то содержательным или красивым. Сведения, которые там — бесполезны, это не книги по искусству, которые стоят немногим дешевле самих картин. Их бесполезность тем более очевидна, что куски из Гиннеса, вызубренные памятью, не раз приводятся совершенно не к месту, как всплывающие в ушах обрывки стихотворения, которое учил в школе.

Хорошую фразу произносит фальшивщик, подделавший Мадонну, насчёт того, что хорошая фальшивка стоит больше, чем оригинал. С детства голову ломал, как люди этого не понимают.

Скандинавскую литературу любят за неспешную простоту, и то покойное внимание, с каким она рассматривает вещи странные, жуткие или жалкие. Порой кажется, что это - литература принятия, и с первых страниц Торгни Линдгрена становится очевидно, что читателя ждет славная атмосфера чистоты и покоя, которая у скандинавов может окутывать самые мрачные, порой гротескные (и часто гротескные) стороны повествования.
К герою сразу проникаешься симпатией за его практически безоценочное мышление. "Да, я такой, да, они - такие" - это его принцип. Поражаешься его спокойному, доброжелательному вниманию к самым карикатурным людям, встречающимся на его пути. Через какое-то время понимаешь, что в этом рано облысевшем и не слишком разбирающемся в жизни чудаке есть непогрешимый внутренний компас - то самое "да, я такой". И сам как будто начинаешь так же благожелательно кивать, глядя на то, как разворачиваются перипетии сюжета. Порой это зеркало, в котором отражаются события, кажется интереснее и обаятельнее самих событий. Порой даже испытываешь некое недоумение, когда герой воспринимает неприглядные вещи с этаким задумчивым "ой, упало".
Очень приятное впечатление произвела любовная линия - своей какой-то спокойной определенностью. Бедный лысый чудак и мега-поп-звезда? Ну да, а что? Порой любовь к картине кажется у героя более эмоциональной, чем любовь к Пауле, которая просто является частью его жизни, дорогой, но несомненной. Эти двое заодно, так оно и надо, это прежде всего - нормально, это та же атмосфера безраздельного принятия, и вроде должно было бы вызывать восхищение или зависть, но не вызывает, потому что уже полностью настроился на "ой, упало".
И отдельное спасибо автору за некий краткий курс по Шопенгауэру, никогда лишним не бывает!
Несколько неловким, пожалуй, можно назвать описание реалий "хищного и жестокого мира поп-музыки". Очень характерно в этом плане описание истории с кроликами. На сцене звезда поливает кровью портрет своей покойной матери... но этих кроликов, которых она обезглавливает, нужно купить, доставить, где-то расквартировать в ожидании печальной участи. И эпатажное шоу сводится к тому же простому и спокойному "ах да, он привез кроликов". Некое впечатление неестествености остается, когда герой начинает в эту атмосферу вливаться, и, честно говоря, финал производит странное впечатление - зачем человеку, так привыкшему быть собой несмотря ни на что, становиться пусть и лучшим, но другим? Но, кажется, для него и перемена к лучшему, и новая жизнь без руки, но с любимой женщиной - это то же спокойное, благожелательное "ой, упало", и иногда кажется, что этому навыку стоит поучиться.

Я не обманулась в своих ожиданиях, книга хорошая. Если б книгу с таким сюжетом писал не скандинавский автор, а какой-то еще, то получился бы либо остросюжетный детектив с бесконечными пыщ-пыщ, либо комедия положений с подменой чемоданов и всем таким. А тут совершенно живой чувак-неувязок со всеми его нелепыми поступками и гротескная поп-звезда, которая в ответ на вопрос "как бы ты описала свою жизнь?" тупо перечисляет только свои награды. А их приключения - череда событий, которым полагается быть комическими, но без "закадрового смеха" все это абсолютно не весело, всех их ужасно жалко.

Давно я не встречала книгу, с которой была бы настолько несовместима. Кажется, из скандинавской литературы я люблю только детективы и детскую литературу (и то выборочно). А знакомство с остальными жанрами складывается не слишком удачно. Так получилось и в этот раз.
Аннотация казалась многообещающей, рецензии поддерживали интересно, но в результате оказалось, что это совсем не моя книга. Я честно пыталась проникнуться этой историей, но не получилось. Если до определенного момента все было хотя бы приемлемо, то с какой-то точки сюжет понесся в такие дали, что я осталась в недоумении. Самый главный вопрос "зачем все это было" так и остался для меня без ответа, а сопереживать персонажам, увы, не получилось. Так что книга фактически прошла мимо меня.

Ну, как бы не надо объединять во всём скандинавские страны в единое вечное усреднённое понятие Скандинавия. Как Россию, Украину, Белоруссию и Польшу. Даже как Китай и Японию!!
И всё-таки есть что-то общее и совершенно уникальное в этих северноевропйских краях. Я сейчас про литературу. Сколько читаю "скандинавских" авторов, книги разного стиля, для разной аудитории - есть у них всех зерно. Зерно холода, некой потусторонности и своеобразнейшее потрясающее чувство юмора. Они и их герои как бы здесь, на Земле, но как будто бы и не очень. Частично они определённо живут в сказочном, заколдованном лесу, даже если сами об этом не знают. Ведь литература - это зеркало, отражение. Как любой вид деятельности людей, просто литература - особенно сильно, ярко отражает.

Итак, посмотрим на снежинку внимательно, приближенно, досконально.
После слова 'досконально' могут всплыть тезисы 'Читать тут особо нечего', 'Скучновато', 'Что за тюфяк главный герой'. Да, есть такие отзывы. Но это вообще не про снежинку. Это как смотреть на небо через ледяной панцирь реки зимой, в отражении. Снежинки так не видно.
Мнимая простота романа выливается в картину мира в шведском стиле. Я хочу сказать, книга масштабна. Там очень много всего переплетено, наслоено, при этом выглядит в итоге как пять копеек в дорожной пыли - просто.

Образец простого написания:

Но знаете, за такую простоту надо побороться. Чтобы так гармонично создать текст от лица главного героя, абсолютно соответсвующий характеру и сути человека по профессии багетчик, по национальности швед, по призванию - герой.
Да!! Ребят, он не тюфяк, он Герой!! Настоящий мужчина. Важны не слова, а дела. Поступки Марклунда - это просто фурор. Избежим здесь блок спойлеров. Читайте сами, если любите Скандинавство. При этом да, внешне, может показаться, потомственный багетчик - это Рейкьявик 101 в чистом виде, одинокий, неприкаянный какой-то. Легко может так показаться. Потому что герой Рейкьявика 101 тоже неоднозначен. И снежинок там тоже много.

Вот так снежинки делают своё дело. Неузнаваемо преображают мир. Заставляют ощутить покой, посмотреть вверх - откуда всё снежное это валится ? "Похвала правде" - это притча, поданная современникам в понятном или, лучше сказать,- приятном виде. Очень выверенный, с точной великолепной композицией роман.
Одно то, что и как Линдгрен пишет о поп-музыке - феноменально. И сценография выступлений Паулы, по-моему, тоже очень шведская.

Теодор Марклунд, действительно, всегда говорит правду. И прежде чем обронить, как это глупо и/или какой он слабак, вы попробуйте правду говорить хотя бы одну неделю своей жизни - всем, друзьям, соседям, налоговой инспекции, вашим клиентам, и начальнику.

PS Багетчика Марклунда я не защищала. Просто написала правду :) В защите Теодор Марклунд не нуждается.

Эту книгу я решила в свое время купить по аннотации, однако если честно, то история поп-звезды и багетчика мне представлялась чем-то вроде дилогии Катарины Масетти «Парень с соседней могилы» и «Семейная могила» о том, как трудно найти общий язык людям из разных кругов общества. Оказалось, что она совсем не об этом. Я даже затрудняюсь сказать одним словом, о чем она.

Одно точно – о разных способах жизни, подлинной и искусственной. Причем искусственный не означается неподлинный, если относиться с уважением к тому, что ты делал или делаешь. Лучше всего эта мысль иллюстрируется случаем с фальсификатором картин, который создает копии, вызывающие те же эмоции, что и оригиналы. А в чем тогда разница?! И случаем с начальником налогового управления, которая некогда была искусствоведом.

Герои этой книги – провинциальный багетчик-философ, уникальная певица, триптих шведско-французского художника и прочие окружающие их лица. У меня сложилось впечатление, что между картиной и певицей проводится параллель. Они обе имеют оригинал (модель-официантка, с которой написана картина, и настоящая девочка, которую превратили в сценический образ), их обеих продают и покупают, они обе вызывают сильное восхищение, они обе созданы для высокого искусства, они обе имеют подлинник и копию, они обе теряют что-то важное для главного героя и изменяются. Автор вообще много рассуждает о ценности искусства, о применении таланта, о причинах, по которым людям хочется обладать произведениями искусства, об истинной стоимости подлинников и копий. В общем, это книга, которая заставляет подумать.

Тем не менее читается легко и очень захватывает, так как эта история обличена в форму дневника-отчета, и в ней есть даже детективные вкрапления. И окончание у книги очень своеобразное, со всеобщим преображением. Кстати, этот конец может служить началом новой истории.

Простите меня, ибо я согрешила.
Когда мне достался некий "Торгни Линдгрен" моя первая мысль -опять мне читать какую-то муру. (последние пару месяцев книжки меня не радуют). Ни капельки ни узнав про автора, я сразу подумала о нем самое плохое - что он бессмыслен и его как обычно некие непонятные люди возвели в сан "прославленного".
А потом я начала читать и продолжила грешить: Мадонна и люди, вращающиеся на её орбите, так увлекли меня, что я забыла про работу и про друзей. Сидела уткнувшись носом в телефон и читала, и вздыхала, и не понимала, а к чему всё вообщем-то идет?
Прочитав Похвалу правде в рекордные для себя сроки в этом году, меня одолела лень...а это уже серьезно - ведь это один из семи смертных грехов, и вот уже вторую неделю я упорно пытаюсь сесть за рецензию. Почему это стало для меня такой проблемой? Да, у меня не самые выдающиеся рецензии, но они писались - в голове происходила работы уже в момент прочтения книги, но получалось как получалось. А теперь я даже сесть не могу! Слова ни одного нет, чтобы начать.
И вот вроде - чудесная возможность - книга понравилась, она необычная - она не о любви к искусству, как можно было бы подумать по первым событиям, она не о любви, как можно было бы подумать из описания, она о жизни. О грешной, необъяснимой, несправедливой, но прекрасной жизни. А я ленюсь и тяну время.
Может то, что со мной происходит и есть наказание за грехи? Ведь тоже самое я совершала в прошлом месяце и ранее... Отпустите мне скорее, святые судьи и да запоёт моя душа освобожденная!

До нелепости странный сюжет и персонажи: взрослые, которые ведут себя как дети, плюс мешанина событий, перемежаемая философскими рассуждениями, — вот формула данного произведения. Вот так смотришь на него и думаешь, а в чем смысл-то вообще, для кого все это написано? Одни претензии у меня, в общем. Далее спойлеры, если вдруг что.

- Совершенно картонные декорации и повествование, подвешенное в воздухе. Уберите оттуда слово «Швеция», и можно будет мысленно перенести действие куда угодно, ничего не изменится. Какой-то мелкий городок, где все друг-друга знают, то ли европейский, а может и вообще где-то в российской глубинке. Время действия также не совсем ясно, если бы не год написания, не догадалась бы.

- Невнятный сюжет, смешение кучи жанров. Тут и социальная драма, и трагедия, и юмор, и почти шпионский детектив, и недо-любовный роман, и семейная сага, и вообще. Казалось бы, коротенькая книжка, а сколько всего понапихано. Тот случай когда "много" не значит "хорошо".

- Обесценивание проблем героев и общая нелогичность персонажей. Какие-то вещи автор описывает походя, словно не придавая происходящему значения, холодно-равнодушно, будто так и надо. Девушка подвергается сексуальному насилию — о, ну надо же, главный герой не знал, ну и что. Главному герою отрезают руку в подворотне — он внезапно признает, что сам виноват. Педофильские мотивы — а чо, тоже норм, никто не осуждает. Практически рабовладельческие отношения, в которых находится Виола со своим продюсером, — ну, герой же попробовал ее выкупить, не получилось, ну и ладно. Мать Виолы практически продала своего ребенка продюсеру — ну бывает, все ок. А гротескно-глупая ее (матери) смерть в толпе на концерте — ах-ах, печалька же. И все это, знаете, такое наивненькое-наивненькое, что прям противно становится. Персонажи, все из себя возвышенные и прекрасные, ну не задевает их грязь и жестокость этого мира, хоть ты тресни. Отсюда и неадекватность, на первый взгляд, их реакций. Ну не будет обычный среднестатистический человек оправдывать людей, намеренно сделавших его почти инвалидом, скорее наоборот. А тут у нас люди необычные, облака в штанах какие-то прямо.

В общем, можно считать, что я не поняла зачем и для кого это было написано и вообще была злая. А вообще я люблю скандинавов, но видимо не в этом случае.

Он, маленький человек с маленькой неприметной судьбой. Мечтавший об искусстве, а ставший багетчиком. И теперь искусство сводится для него к пересчету количества птиц на фотографиях и размерам рамки. Да и вся его семья маленькая и невзрачная. Кто-то занимался мясом-люкс, полагая, что все оно на один вкус, кто-то – пианино, настроить которые невозможно, кто-то делал перекошенные рамки для картин и фото. Взлёты кратки, падения продолжительны. Все его реальное наследство – шесть томиков Шопенгауэра да черный ларец.

Она, чья жизнь -- лишь отражение газетных статей. Краткий перечень, список, справка. Отражение честолюбивых амбиций отца, тщеславия матери, заложница меркантильных интересов дяди Эрланда.

Ее мать, так прочно застрявшая в иллюзорном, нереальном, поддельном мире, что столкновение с миром реальным оборачивается для нее катастрофой.
Люди, для которых у автора даже нет имен, а лишь прозвища – Эспаньолка, Снайпер, Гулливер, Управляющая. Пластический хирург.

Картина, слишком большая, слишком реальная, слишком неподдельная для всех этих небольших, невзрачных людишек и их судеб. Врываясь в их поддельный мир, в котором фальшиво все – чувства, слова, эмоции и поступки, -- она провоцирует, толкает их самим фактом своего существования на кардинальную смену своей судьбы. Багетчика, который ее нашел, Паулу, ее совладелицу, дядю Эрланда-Снайпера, «владельца» Паулы, людей, тем или иным образом связанных с картиной.

В этой истории, подобно «Иберии» Дебюсси, которую слушал главный герой, «нет крупных тем и симметрии, нет ничего упорядоченного и четкого. Звуки существуют просто как таковые, и только, они никуда не ведут, гармонии все время сдвигаются, тональности приходят и уходят, они совершенно случайны, предвидению ничто не поддается. Все инструменты обособлены, вынуждены полагаться лишь на самих себя средь полной неопределенности, изменчивости, непостоянства».

Правда как она есть в правдивом отчете багетчика является таковой лишь до того момента, пока он не начинает говорить о том, о чем забыл сообщить ранее. Ведь результат помнится лучше, чем его причины. И случай «есть не что иное, как сумма забытых нами причин».