Дядя Сайлас

Сегодня у меня такой самый настоящий готический вечер - вечер Ле Фаню. Почин задала почтенная мадам Краул, которая превратилась в привидение, а поддержал некий Дикон, который привидением не был, но был им так напуган, что превратился в форменного идиота.

Но, несмотря на наличие в рассказе таких леденящих событий, он - рассказ - все же на удивление теплый и уютный, да, именно так, сам не ожидал, что напишу нечто подобное, но против рождающихся в процессе чтения эмоций не попрешь. Что тому виной? В первую очередь смачное и любовное описание готического особняка и прилегавшей местности. Особенно впечатлили заброшенные торфяники и заросли дрока, заодно вспомнилась милая сердцу "Собака Баскервиллей", ведь Конан Дойль, кроме всего прочего, лихо прошелся по готической тематике.

Эта "готическая лирика", если можно её так назвать, занимает добрую половину рассказа, но это не делает его скучным, по крайней мере, я получал истинное удовольствие от такого размеренного и церемонного вступления.

Что же касается самого сюжета, то он настолько традиционен для произведений небольшого объема этого жанра, что лучше о нем умолчать, дабы не отбивать у потенциального читателя желания лично знакомиться с жемчужиной английской готики. Скажу, что из традиционных элементов жанра в рассказе имеется призрак, он же привидение, старинный особняк и сумасшествие, спровоцированное тем самым призраком.

Какое же желание возникает после того, как доходишь до финала рассказа? Хочется еще чего-нибудь в том же духе. Нечто подобное я испытывал при чтении малороссийских повестей Гоголя, единственная разница, что вместо малороссийского антуража присутствует английский. А это говорит о том, что Ле Фаню не был обделен талантом, хотя и не вошел в первый ряд английских классиков XIX века.

Еще одно творение припозднившегося мастера готики - Джозефа Шеридана Ле Фаню. Припозднился он потому, что творил уже на излете интереса к умирающему жанру, лучшие годы востребованности готической продукции остались уже позади, романтизм выцветал вместе со своим леденящим душу направлением. И все же, некоторые писатели продолжали упорствовать и цепляться за уходящий в историю жанр, сочиняя новые истории - каламбур получился. Правда, эти новые истории удивительно напоминали старые, уже прозвучавшие в более ранних произведениях.

К сожалению, творцы готических произведений работали в жестко заданных рамках, ограниченных рядом обязательных деталей, которые использовались или все, если речь шла о большом романе, или выборочно, если это был рассказ или новелла. Но что-то из перечисленного должно было присутствовать в обязательном порядке: призраки, живые мертвецы, вампиры, встающие из могилы, страшные клятвы, неминуемые предначертания, скрытые преступления.

Сегодня читать подобное уже совсем не страшно, скорее даже забавно, и такая нарочитая ужасность даже доставляет какое-то ностальгическое удовольствие, есть в этих рассказах, детских с точки зрения развития хорроровской литературы, в самом деле что-то детское - "пионерлагерное" в духе "красная рука, чёрная простыня, зелёные пальцы".

В рассказе "Призрак мадам Краул", который также известен в другом переводе "Дух мадам Краул" из тех обязательных элементов, что я перечислил выше имеют место быть, как минимум, два - призрак (на это само название указывает) и скрытое преступление. Что это было за преступление и каковы были его обстоятельства я рассказывать не стану, дабы не заработать лейбочку "спойлер", только намекну, что при желании можно найти что-то общее с лесковской "Леди Макбет Мценского уезда". Ну что же, кажется, я и так сказал уже слишком много....

Была зима, точнее, середина ноября, и от сильного ветра дребезжали окна, ветер завывал, гудел, носясь меж высоких стволов в нашем парке, забираясь в увитые плющом дымоходы, — такой темный вечер… и такое веселое яркое пламя от крупного угля и потрескивавших сухих поленьев, славно перемешанных во внушительном камине мрачной старинной комнаты.

Удачно я выбрала время для чтения - ноябрь, погода и вынужденное затворничество хорошо сочетались с атмосферой книги. Ее медленно тянущееся повествование в сочетании с красивым языком при кажущейся неактуальности описываемых событий точно попало в мое настроение и не хотелось прерывать чтение, чтобы не выпадать из холода комнат и загадочности старинных замков и в то же время из уюта огонька в камине. В отношениях героев книги наблюдалась такая же амплитуда от холода и ненависти, да теплоты и любви. И что особенно понравилось, что показано все ненавязчиво, постепенно, даже с какой-то порой бытовой обыденностью, но с полным раскрытием характеров всех персонажей.

Девушка, которой едва исполнилось семнадцать, — на вид, наверное, еще совсем дитя, — худенькая и довольно высокая, с густыми золотистыми волосами, темно-серыми глазами, с чувствительным, отмеченным меланхолией лицом, задумавшись сидела у чайного столика. Этой девушкой была я.

История написана от лица главной героини Матильды Руфин или просто Мод. С одной стороны, здесь есть все, что только можно желать от готического романа: старинное поместье, родовая тайна, жуткий портрет, сомнительное завещание и даже гувернантка. С другой, роман Ле Фаню не так прост, как кажется. Персонажи наделены двойным дном и, если вы заскучаете на время от некой длительности, ждите, что вам постучат оттуда, в этом Ле Фаню следует принципу, который ввел в литературу еще Уилки Коллинз. Поэтому за действиями героев книги, особенно хорошеньких и обычно неубиваемых юных наследниц, наблюдать нужно очень внимательно. Современному читателю, такая медлительность может показаться неоправданной затянутостью сюжета. Я же просто наслаждалась размеренностью и получала удовольствие от выпадения из реального бешенного темпа жизни. Роман несколько раз был экранизирован и почему-то не очень удачно. Меня заинтересовала киноверсия Дядя Сайлас, сделанная студией Гейнсборо в 1947 году. Режиссером фильма выступил Чарльз Франк, в роли Сайласа - Деррик де Марни, а героини -Джин Симмонс (имя которой было изменено с мод на Каролин). И еще одна экранизация с Питером О'Тулом в главной роли Сайласа, премьера состоялась на телевидении Би-би-си в 1989 году. А что касается самого романа у меня осталось несколько вопросов: зачем всё-таки отец Мод своим завещанием отправил дочь к дяде Сайласу в Бартрам-Хо. И еще я так и не поняла учения Сведенборга, которое красной нитью проходит в романе. Единственная версия - для большей таинственности.