Идём! Искусство ходить пешком

Хорошие идеи редко превращаются в хорошие книги.

Что может быть лучше для меня - сидеть с друзьями и пить пиво?

Я прожил два месяца у моего друга, Гарольда Костелло, писателя, который никогда и ничего не написал.

Теперь-то я понимаю, что стать бродягой одним махом нереально, что не так-то это просто. Потребуются тренировки и мужество, навыки и время.

Новые дома слишком безобразны, просто уродливы до неприличия, унылые четырехугольные коробки с заставленными террасами и наружными украшениями, все это выглядит просто устрашающе. Мы стали богаче, но живем все хуже. Это факт. Все выглядит ужасно: жилые дома, школьные здания, автозаправочные станции, почтовые конторы и супермаркеты. Мы стали богаче, а строим все проще, мы стали скупее, мы живем в бедности и убожестве, несмотря на богатство. Оно сделало нас беднее, и это просто непостижимо.

Да здравствуют люди и обувь! Ибо разве могли бы мы путешествовать без обуви!

У нас короткая память. Мы забываем о самом главном, о радости пробуждения, о том, что можем встать, пойти на кухню и выпить стакан воды.

Я счастлив, потому что я в пути.

Осенью 1855 года Уолт Уитмен в трех разных изданиях опубликовал три восторженные рецензии на собственную книгу "Листья травы". Уитмен писал об Уитмене: " Отважное дитя народа! Никаких подражаний, никакого плагиата, просто символ и язык Америки!"

А Шарль Бодлер - городской бродяга, родоначальник всех фланеров! Говорят, его часто видели в ночных одеяниях рядом с домом, где он жил. Он гулял по улица в нижнем белье и таким образом демонстрировал, что ему безразлично, где он находится - дома или за его пределами. Они улицы считал своим домом. Да и квартира его походила на улицу, в комнатах в любое время суток толпились друзья и незнакомцы, мужчины и женщины.

Вспомним высказывание Ницше о том, что он не доверяет своим идеям, если они пришли ему в голову не на свежем воздухе, не на пешей прогулке.

Я ощущаю неожиданный прилив счастья.
Так оно и есть. Одно мгновенье - и ты вдруг счастлив, здесь и сейчас. Без видимых причин. Это как дар. Иначе и описать нельзя.

А разве письмо - не эмблема одиночества? Ведь тот, кто пишет, сидит один за письменным столом. Прощальное письмо. Любовное письмо. Заклеиваешь желтый конверт и предаешь себя капризам судьбы. Письма пишут не для того, чтобы заглушить одиночество, а чтобы запечатать его.

Сати увлекался идеями "меблировочной музыки" - музыки, сотканной из повседневных звуков окружающей среды. Он рассматривал некоторые свои композиции как музыкальную меблировку. Он считал, что музыка может выполнять утилитарные функции, такие как отопление, освещение и вентиляция.

Сколько автомобилей требуется одному человеку? Сколько комнат должно быть в доме? А сколько туалетных комнат требуется миллионеру?
И вообще может ли общество выдержать этот натиск глупости?
Глупость наспех нажитых капиталов. Глупость потребления. Глупость алчности. Глупость нуворишей.

А Руссо в "Энциклопедии" писал, что причисляет к каннибалам и христиан, ведь они ежевечерне на ужин вкушают плоть и кровь Христову. За эту ремарку Дидро, между прочим, заточили в тюрьму.

Я размышляю о тщете жизни, он выглядит старомодным и чем-то напоминает мне Святослава Рихтера - большая голова, женственное лицо, резкий подбородок, тонкая, шея длинные руки и красивые кисты, кторые двигаются каким-то волшебным образом. Я видел фильм - как Рихтер гулял по Одессе, как он шел, и его походка меня завораживала. Я никогда не видел, чтобы кто-нибудь так эффектно гулял.

Мы путешествуем вперед и назад, преодолевая время и пространство, опираясь на опыт прочитанных книг и устных впечатлений… Мы совершаем короткие и долгие путешествия в фантазиях и воспоминаниях, ориентируясь по картам, мы можем перенестись в незнакомые места, мы можем путешествовать, и не выходя за пределы своих собственных комнат. Мы можем сесть на единственное кресло — перед письменным столом у окна — и начать писать.