Собрание сочинений в 5 томах. Том 5. Последняя ступень

Действительно, последняя… ЭТО надо читать!
На эту книгу вышел случайно, так как читать заранее не собирался. Пролистав, вспомнил отрывок «Читая Ленина», антигайдаровскую «роман газету» с «Соленым озером», «Камушки на ладони»… Но, в общем, автор меня сильно не интересовал. Косвенно отталкивало от Солоухина и его окружение – весь этот хоровод «наших современников», глуповатых, но амбициозных официальных советских писателей, пусть и патриотов. Думал ли, что книга так заденет!
Сюжет документального романа, в общем-то, прост. Успешный советский писатель, получающий спецпайки, вещающий с Красной площади и восхваляющий вождей, встречает человека, который меняет его мировоззрение, делает из коммуниста монархиста. Любовь к «советской Родине» сменяется тоской по настоящей России, захваченной и уничтоженной. Душа человека находит себя, открывает то, что было скрыто, дремало под спудом. Понимание ситуации сопровождается страшной болью за народ и страну, ненавистью к ее врагам. С каждой новой встречей с интересным фотохудожником и его женой, беседами, поездками, посещением церквей пелена с глаз рассеивается, морок, наведенный бесовской пропагандой, пропадает и прежним наивным совписом-идиотом уже не стать.
Написано подробно и со вниманием ко всем основным болевым точкам советского периода. Вспоминаются подзабытые уже подробности застойного быта и политики времен «зрелого социализма», веселят анекдоты из жизни привилегированных литераторов и т.п., но это – смех сквозь слёзы.

Но, главное, конечно, не воспоминания, а тот идейный заряд, который содержит солоухинская книга. По словам автора, он написал ее в середине еще аж 1970-х годов, узнав о своем раке и готовясь к смерти (тогда не наступившей), потом рукопись спрятал в нескольких местах за границей. Опубликована она не могла быть даже в «Посеве» («нас порвут!») А если бы была опубликована и разошлась – эффект был бы не слабей, чем от Солженицына. По-разному можно судить-рядить об этом факте, но бомба есть бомба, даже и не разорвавшаяся. Может пригодиться для следующего сражения.
Напечатана «Последняя ступень была» только в середине 90-х годов, уже в постсоветской РФ. Вроде бы факты почти все стали уже известны, и идеологические битвы времен перестройки сменились новыми (на фоне ограбления и обнищания уже «советского народа»), но все равно – текст Солоухина производит впечатление даже сейчас, своей цельностью и убежденностью автора. Даже не хочется смотреть свысока доступного сейчас Знания на прозрения автора – сам ведь стал понимать кое-что только ко времени акмэ, несмотря на все «гласности». Беда в том, что это все, уже известное и доступное не знают, не понимают и НЕ ХОТЯТ наши современники в условиях уже, казалось бы, почти полной информационной прозрачности. А ведь болезнь до сих пор терзает нас и не хочет даже признаваться даже не большинством «дорогих россиян», а хотя бы сколько-нибудь заметной и влиятельной группой. Знание о причинах трагедии, произошедшей с Россией, конечно, существует, но не оказывает существенного влияния на текущую политику и общественные настроения. «Оккупация сохранилась, а власти нет» - это замечание Солоухина застойных времен актуально и сейчас, при утвердившемся неозастое. Ну, а сколько лжи, клеветы, да и просто откровенной глупости наворочено вокруг наших историй-политик. Почитали бы лучше «Последнюю ступень», да ведь не хотят и не будут!
почитаем Солоухина. Признаюсь, что я считал его литературные способности весьма скромными. Ну, был советский деревенский «самородок», попавший в «струю» и вовремя замеченный и поддержанный «старшими товарищами». Стихов я его не знал (за исключением текста песни «Мужчины»), а проза казалась пресноватой, слишком уж связанной с обстоятельствами своей, уже отошедший эпохи. В общем, типичный «совпис». Все эти приглаженные, лицемерные тексты, пустые рифмы выдоенные, точнее, вышедшие навозом из стада советского писательского союза, с младых ногтей, с «родных речей» и детских хрестоматий отравляли наше сознание, мешали воспринимать мир адекватно. В голову «самой читающей в мире» впихивались комбикорма из марковщины, кайсынкулиевщины и т.п., а гарниром были «прогрессивыные гении» африк, америк и островов свободы. Кое-кто позволял себе залежалые пряности от полуфрондерствующих евтушенок. От таких «духовных пищ», как не случиться длительному и устойчивому несварению в мозгах? Не будет большим преувеличением сказать, что вся, так называемая «литература советского периода» /без непосредственной связи с уничтоженной РУССКОЙ/ не стоит одного стихотворения Блока, не говоря уже о Пушкине. Но на выжженном поле буйно росли сорняки – миллионные тиражи советских «лауреатов» и разнообразных туземных «художников слова». И Солоухин тоже в этом участвовал в меру своего скромного таланта, но - ведь прозрел!
Да, писатель оказался гораздо больше, чем ведущий член СП СС. От текущей «злобы дня» он выгребает на ряд сквозных тем и справляется с ними весьма ловко. Удачной в композиционном отношении «Последней ступени» представляется то, что герой, уже готовый вступить с свою индивидуальную последнюю битву со Злом, и читающий как молитву, «куликовские» стихи Блока, в последнюю минуту оказывается предупрежден православным пастырем. Оказывается, Буренин, его Вергилий по закоулкам советского ада и открыватель «тайны времени», сам, в лучшем случае находится «под колпаком", а возможно, что и служит Злу, сознательно и со знанием дела (немыслимого не только для рядового советского обывателя, но и для продвинутого московского интеллигента) приняв его сторону, являясь изощренным конторским провокатором. Получается, что все главные и «опасные идеи» в «Последней ступени» высказываются этим провокатором и поклонником фюрера, полагавшего этого архитектора» - последней и упущенной надеждой Европы. Но являются ли от этого высказанные идеи менее важными, а факты русской Катастрофы менее вопиющими?..
Судьбы ли хранила Солоухина от участи Огурцова, Осипова или Бородина или он, таким образом, оправдывает свое молчание. Во всяком случае, «пасли» его не так плотно, как пророка Исаевича, а зерно сомнения было брошено, и росток Знания о «тайне времени» взошел, хоть и не разросся.
посмотрим на идеалы понимающих. О чем, скажем, мечтали, наши антикоммунисты из «Последней ступени», разговорившись в изолированном салоне едущей машины. Они чаяли о полных прилавках, о том, что будут обратно переименованы Тверь и С-Петербург и закончится коммунистическая пропаганда (писал о чем-то схожем и Солженицын в «письмах к съездам и вождям»). Ну, вот магазины забиты шмотьем, и церкви растут как грибы, и Санкт-Петербургский университет лишился имени Жданова (сам, помню, подписи за это собирал, напитавшись уже карякинской «ждановской жидкостью»), и даже ХСС восстановлен – и что?
И – ЧТО!
Конечно, все это не вполне настоящее. И возвращение исторических имен заторможено (по поводу чего так негодует белый историк С.Волков), и попы ведут себя по советско-чекистским образцам, и изобилие неозастоя куплено слишком дорого, фактически это проеденный кровью и потом накопленный прошлый запас и заимствование у будущих поколений, которых еще может и не быть. Но все-таки: всё, о чем так долго мечтали, как-то реализовано, а счастья нет и тревога за будущее все больше. В советско-перестроечные времена хотя бы надежды-иллюзии были, а теперь они растаяли. Хотя и не у всех…
Большинство просто не думает ни о чем серьезном. Выгнало из голов все подобные мысли и забор высокий поставило. Смотрит народ, футбол, сереалы и рекламу, млять, а проблемы видит только в «пусть говорят» и «давай поженимся». И опять всплывает вопрос: может быть, так и надо?
Погибающий народ и не захотел просыпаться и бороться, когда его отчасти разбудили в конце прошлого века. В начале наступившего тысячелетия он предпочел залечь перед зомбиящиком, откуда уже вычищалась вся актуальная «политика». Неправильно поступил? Всяк поступает по своей природе. Если сил уже нет, то чего и дергаться. Возможно, это имело смысл сто лет назад, но великую и прекрасную Россию – живую страну! – прос-ли, сдали торжествующему Врагу. И – враги глумятся, глумятся. Надо и, может быть, можно было бороться. Но… Не удержали, не поняли, что надо было терпеть и постепенно исправлять неприятное, чтобы избежать невыносимого, запредельного зла. Наоборот, уровень понимания, то есть, предпосылки для сопротивления и адекватных действий, ориентаций в вихре предреволюционных времен, это уровень понимания критически снижался. Ну, что такое, к примеру, эту пресловутые, половинчатые, ублюдочные и во-многом НЕрусские «Вехи» по сравнению с «Дневником писателя». Достоевского вспомнили, зацитировали, когда уже поздно было и очаги нашего сопротивления беспощадно выжигались.
Но выбор – это дело личной совести. И ума, конечно. Мы все умрем, как умер автор «Последней ступени». У нас нет его утешений в виде «берёзок и христосиков» – увы. Остается лишь лишенный иллюзий стоицизм. Но нужно отдать должное хорошему писателю Владимиру Алексеевичу Солоухину, который смог превратиться из советского зомби, коммунистического литератора в умного русского человека.

Солоухин В. А. Солёное озеро. - М.: Цицеро, 1994. - 208 с., ил.

Главным героем этой книги, согласно авторской декларации, должен был стать Иван Николаевич Соловьёв, в 1920-1924 гг. предводитель действовавшего в Хакасии антикоммунистического партизанского отряда. Четыре года без малого Соловьёв оставался неуловимым.

Однако достоверных сведений о Соловьёве крайне мало, поэтому Солоухину весьма пригодилась зловещая фигура антагониста главного героя, созданная хакасским народом в песнях и устных преданиях. В этой роли оказался никто иной, как будущий знаменитый писатель, известный нам под псевдонимом «Гайдар».

Книга получилась у Солоухина, на мой взгляд, безобразная, но это не значит, что ничего полезного там нет. Есть, и немало! Но всё, что объективно представляет интерес, автору не принадлежит: книга наполовину состоит из цитат. Желающие могут проверить это по электронной версии: копируем текст к себе, и текстовый редактор Word подсчитывает число слов автоматически. У меня получилось, что объём цитат - 51% (даже если отнести к авторскому тексту переведённые им и адаптированные, в духе русской поэзии, хакасские песни).

Наибольший интерес представляет большой массив выписок из архивных документов 1920-х гг. Но сделаны эти выписки отнюдь не Солоухиным. Свою органическую неспособность к работе в архиве он описывает с трогательным простодушием литературного генерала:

Спас горе-архивиста устроенный ему в Абакане литературный вечер: там его увидели и захотели с ним познакомиться два очень полезных человека. Это были учитель истории местной школы №19, Борис Григорьевич Чунтонов, и его ученица из девятого класса, Таня Соломатова.

Реферат, попавший в руки Солоухина, оказался полноценным историческим исследованием, с огромным количеством выписок из архивных документов. Грех был не воспользоваться, правда? Выписки Тани Соломатовой занимают 28% общего объёма текста опубликованной Солоухиным книги, то есть девочка-девятиклассница фактически является его соавтором. Но как-то я не уверен, что он поделился с ней гонораром (а гонорар, видимо, был огромен, поскольку книга моментально была переиздана колоссальным тиражом в «Роман-газете»).

А ведь без Таниных выписок никакой книги не было бы вообще!

Впрочем, нельзя сказать, что Солоухин так-таки неблагодарен. Хвалит он простодушных абаканцев: «школьница и её руководитель оказались на правильном пути к истине». И цитирует большой фрагмент Таниного текста:

Таня, конечно, молодец, но надо показать читателю, что и он, Солоухин, не лыком шит:

Последняя фраза - конечно, грубая ложь: автор ведь сам расписался выше в своей полной неспособности к работе в архиве.

Далее следует неуклюжая попытка прикрыть свою стопроцентную зависимость от Таниного реферата:

Заверяйте, Владимир Алексеевич, заверяйте... Кто-то, может быть, и поверит: наивных людей много.

Вторую по значению в этой книге группу цитат составляют фрагменты двух текстов, взятые Солоухиным из номеров эмигрантского исторического альманаха «Минувшее» (за 1987 и 1988 гг.):

1. Фрагменты (примерно 50%) письма А. П. Гайдара его другу, Рувиму Фраерману, из Сокольнической психиатрической больницы (не позднее 6 апреля 1939). В советские собрания сочинений Гайдара это письмо, как излишне откровенное, никогда не включалось.

2. Воспроизведённые почти полностью воспоминания о Гайдаре его приятеля Бориса Закса (1908-1998), инспирированные публикацией в 1987 г. вышеназванного письма.

В России оба текста до появления книги Солоухина были практически неизвестны, а он их, можно сказать, ввёл в оборот, и в этом его несомненная заслуга. В наше время все тома альманаха «Минувшее» легко найти в Сети, в электронной библиотеке ImWerden. Для интересующихся личностью и биографией Гайдара привожу библиографические данные:

А. Гайдар. Письмо Р. Фраерману // Минувшее. Исторический альманах. № 3. - Paris: Atheneum, 1987. - С. 348-351.

Закс Б. Еще раз о письме Аркадия Гайдара // Минувшее. Исторический альманах. № 5. - Paris: Atheneum, 1988. - С. 382-390.

Прочие цитаты из разряда «необязательных». Выделяются среди них обширные выписки из романа А. И. Чмыхало «Отложенный выстрел»: беллетрист, обильно цитирующий роман другого беллетриста, всегда выглядит двусмысленно. Особую пикантность придаёт ситуации тот факт, что Солоухин цитирует художественный текст в своей как бы документальной повести. Впрочем, за эту крайне своеобразную рекламу малоизвестной хорошей книги ему спасибо.

Что касается оригинального солоухинского текста, то он удручающе слаб. Вылиты целые ушаты грязи на Аркадия Голикова, хотя роль этого 18-летнего командира небольшого отряда ЧОН в реальной истории была третьестепенной. За пару месяцев своей активной деятельности в Хакасии (апрель-май 1922 г.) комбат Голиков не сумел причинить Соловьёву ни малейшего вреда, зато успел набедокурить, был отстранён от командования и едва не попал под суд; отделался легко - исключением из партии (1 сентября 1922 г.) и запретом занимать ответственные должности.

Именно в Хакасии фантастическая военная карьера юного Аркадия Голикова закончилась крахом. Но фигурой он был яркой, и на роль отрицательного фольклорного персонажа подходил идеально. Я полагаю, что этому парадоксальным образом способствовало и прославление Гайдара советской пропагандой в послевоенные годы: поскольку отрицательный знак в сознании хакасов был уже давно поставлен, пропаганда оказалась бессильной поменять «минус» на «плюс» и только увеличивала масштаб личности фольклорного злодея. У Солоухина, наслушавшегося страшных рассказов глубоких стариков-хакасов о злодействах «Аркашки», неуравновешенный мальчишка-командир вырастает в инфернальную фигуру, носителя мирового зла. Роль устных источников Солоухин крайне переоценивает и явно не понимает, что через 70 лет после событий воспоминания естественным образом трансформируются в фольклор. Именно это мы и видим в устной традиции: Иван Соловьёв, в отряде которого численно преобладали хакасы, становится у них народным героем, эдаким рыцарем без страха и упрёка; Аркадию Голикову, персонажу отрицательному, приписываются (по закону циклизации, хорошо известному фольклористам) злодейства всех чоновцев за все четыре года противостояния.

Многие рассказы о жестокостях «Аркашки», собранные Солоухиным, попросту неправдоподобны, но он простодушно воспроизводит их все без исключения. Включая даже и те, где действие происходит зимой (хотя исторический Голиков принял командование своим боеучастком лишь 29 марта, и уже 7 июня командующий ЧОН Какоулин распорядился его отозвать).

Понимал ли Солоухин, что он фактически упражнялся в клевете, приписывая Голикову преступления, которых тот физически не мог совершить? Не думаю: слишком уж маститый писатель простоват. Но здесь именно та простота, которая хуже воровства.

О содержании и литературном уровне ничего не буду писать, уже написано. Наверное если бы пришлось прочитать роман в 70, на меня он оказал такое же влияние как и на автора. Не высокий уровень образования, юный возраст, вопросы почему так плохо живем,наша наивность, готовность верить всему, что говорят "умные люди-интеллигенты" несомненно дало бы такой результат. В чем мы все убедились когда весь советский народ "прозревал" в конце 80 начале 90.
Но мы эту книгу читаем 2020. И сейчас это выглядит как помои, выдергивание и передергивание фактов. На сегодняшний день опубликовано много информации и документов, вскрыто архивов и если задаться целью пройтись по каждому пункту "прозрений" автора, все выглядело мягко говоря не совсем так или уж совсем вранье.
Но для художественного произведения это не так важно. Писатель может сказать, что он так видит тему. Важно другое. Автор с завидным садизмом проходится по всем болевым точкам советской истории и читая роман, не чувствуешь, что у него душа болит за страну, за то, что русскому народу пришлось пережить по вине недалеких политиков. Он похоже получает удовольствие от ковыряния в ее ранах. Автор-советский писатель, получал зарплату, имел доступ к архивам, имел возможность в рабочее время много почитать и осмыслить. Мог бы хотя бы перепроверить информацию, подумать, что он несет в массы. У читателя такая возможность не всегда есть, Но нет, он слушает провокатора и учится выражаясь его фразой "пускать вшей в головы" своих коллег и читателей.
Автор обвиняет русских мужиков в том что сносили дворянские усадьбы, так не спроста, видимо так допекли мужичков интеллигенты! Вот скажите, нам, современным мужичкам жалко будет дворцов с золотыми унитазами нынешней "илитки"? А ведь они тоже себя интеллигенцией и мозгом нации считают.
В итоге: были, есть, будут провокаторы и такие писатели как Солоухин, по глупости или специально "запускающие вшей", но мы-русский народ должны наконец-то начать мыслить критически и пусть нас история все таки учит. Чтобы не стала работа таких просветителей нашей "последней ступенью" в могилу

Эта книга не стала для меня открытием Америки в плане фактов, приведенных в ней, но было интересно то, как человек шел к правде. Родился автор и провел детство и юность в страшное сталинское время, потом - молодость при дурачке Никите и только в брежневское время человек начал прозревать. Именно это прозрение интересно. И ведь это все пишет не белогвардеец, не купеческий сын, не царский генерал и не иностранец. Обыкновенный русский, из простого сословия, просто человек, уставший от вранья.

В книге очень много правды. Полагаю, что либералы, прочитав, устроили бы извечный шабаш о "бедненьких евреях", но им здесь досталось по делу, за все, что они сотворили с Россией. Нужное произведение. Особенно для тех, кто до сих пор полагает, что в царское время Россия была отсталой дремучей страной.

Совершенно не детское чтение. Больше для старшеклассников подойдёт и особо интересно будет читать взрослым людям. Я под большим впечатлением от цикла заметок "Камешки на ладони" . Это небольшие заметки, записи наблюдений,разговоров и мыслей, которые писатель советской эпохи собирал всю свою жизнь и решил опубликовать отдельным небольшим сборником. Такие интересные рассуждения у писателя, необычный взгляд и понимание других людей, писателей. Нестандартный взгляд. Часто с юмором. Мне очень понравилось. Я очень люблю такой формат. Больше даже, чем рассказы и повести. Хотя приметила себе несколько произведений Солоухина, которые хочу прочитать. Как и его поэзию, с которой я знакома только по предисловию к сборнику. Считай, что и не читала ещё ничего.

Книга была написана в 1976 году. Для того времени это была бомба, сравнимая с "Архипелагом ГУЛАГ". Но она, конечно, не могла быть тогда напечатана.
Книга наконец издана была на исходе жизни автора в 1995 г. Эх, если бы ее прочитать ТОГДА. Хотя развенчание социализма, Ленина, реабилитация Российской империи, монархизма, etc - началось еще в поздней перестройке и 90-х годах, но в этой книге вся эта проблематика, во-1, пропущена через восприятие русского патриота, писателя, во-2, все стройно и концентрировано, в-3, отличный публицистическо-полемический стиль.
В романе почти отсутствует сюжет, или весь сюжет составляет перемена ума правоверно-советского интеллигента, происходящая под воздействием некоего фотохудожника Буренина. Этот перелом, конечно, стал возможен уже на фундаменте, как говорил Буренин, в авторе-рассказчике был "пульс", человек был "живой". Результат многолетней "работы над собой" под влиянием "гуру": совпис на должности, коммунист превращается в антикоммуниста, монархиста, русского патриота, со зрелым взглядом на роль евреев, и т.д.
В общем, роман прочищает мозги капитально. После него потуги обеления совка современными совкодрочерами выглядят несерьезно.
А финал романа неожидан (спойлерить не буду). Он еще показывает, что от даже полной убежденности до реальных действий - дистанция огромного размера...

Интересная цитата: "Чем выше ты будешь подниматься по общественной лестнице,тем чаще тебе дорогу будут перебегать евреи" Деревню значит нужно считать самой нижней ступенькой)
Довольно неоднозначная книга. Моя оценка три. Потому что в концовке уже все свалилось к каким-то фантазиям. Про ВОВ,что нужно было сдаться в плен к Гитлеру и тогда бы жизнь наладилась, ну это для меня полный бред, ну и все в таком роде. В принципе в книге прописаны прописные истины, которые на данный момент уже всем известно и тайны ни для кого нет. Но для 70-ых годов эта книга конечно бомба.