Цитаты из книги Спектр

В мире не бывает случайностей...

- Когда-нибудь, очень-очень не скоро, - терпеливо сказал Ярослав, - расплатой за подлость будет такая доза отравы, которой человек не выдержит.

• И что?
• Не знаю, Визирь. Но если подлость станет равна смерти, то мир, наверное, изменится.

"Мысль изреченная есть ложь..." Куда там. Мысль изреченная есть пощечина.

Ну, поехали. Здравствуй, желудок; как дела, печень? А теперь самое приятное добавление к кофе - сигарета. Хеллоу, легкие!

Вот всегда так... даёшь человеку любовь и доброту, а он пытается разделить подарок на всех.

Если нет ничего, кроме достоинства, то и оно становится силой.

Мир уже не спасти любовью, девочка. Слишком часто любовь предавали, слишком часто ею оправдывали зло.

- Человеческое общество не является простой суммой индивидуумов. Оно обладает некоторой... э... силой. И определённой свободной воли.

• Достаточной, чтобы создать копию старого грустного еврея?

– Вас зовут Мартин? – спросил гость. Мартин сделал головой странное движение, которое могло означать все что угодно: «да», «нет», «не помню» или «у меня болит голова, а вы задаете дурацкие вопросы». Последнее предположение было бы верным.

Мартин успокоился и, распрощавшись с дядей, достал из холодильника маленькую, ноль пять, бутылочку водки – ведь был он не просто культурным и умным русским человеком, но ещё и отличался ленцой, заставляющей делать запасы продуктов первой необходимости.

О, как опошлены и унижены настоящие пельмени теми раскисшими комками теста и субпродуктов, что стынут в целлофановых саванах на прозекторских полках супермаркетов!

А это иногда очень плохо, мальчик – быстро адаптироваться. Особенно когда приходится привыкать к смерти и ненависти

Тишина и пустота - это даже хуже страха, хуже врагов.

— Подожди! Ты не сможешь уйти без меня! — Может быть, но выхода нет. Альянсы с тобой невозможны. Ты — Власть. Железные законы и колючая проволока. Приказы и подчинение. Праздничные демонстрации и живые панно на стадионах. Все как один. А я… — Карамазов тихонько засмеялся, — я — свобода. Хаос. Право каждого на все.

— Приди к нам, — Мария сделала шаг в его сторону. — Я даю тебе руку, Визард. Я не отвергаю никого, ты видишь. Почему ты не с нами? — Потому что ты никого не отвергаешь.

Счастье для всех… и пусть ни один обиженный не уйдет…

Зеркало, Ярик, зеркало. Смешно бить зеркала.

Много... Слишком много силы... Но слишком много — не бывает... [...] Силы — слишком много не бывает.

Все мы разные ночью и днём. Может потому он так любил сумерки.