Человек-зверь

«Человек-зверь» Эмиль Золя

  Судьбоносный роман, который полностью перевернул моё мнение об авторе, да и в целом навеял размышления о классической литературе. Столь сильно впечатлило произведение, что даже по прошествию приличного времени спустя, мысленно возвращаюсь к сюжету и героям. Исключительно нетривиальный , жуткий, тяжелый морально и в то же время безумно интересный по замыслу. 

  Название «Человек-зверь» некорректное, на мой взгляд в этой страшной истории все люди-звери. Автор обличает самые страшные человеческие пороки, граничащие с безрассудством. Ни одного положительного героя я так и не встретила, порой даже казалось, что «зверь» был самым адекватным. Психически нездоровый Жак хотя бы пытался контролировать свои приступы и держаться в рамках приличия ( на сколько получалось). Чего не скажешь про других участников истории, их прорвало всех и сразу.

  Не ожидала от Золя столько кровавых сцен  С красочными описаниями и подробностями… Больные параноидальные наклонности , откровения маньяка, бред и безумие. После «Дамского счастья» это было на контрасте.

   Рекомендую любителям триллеров про кровожадных маньяков познакомиться с такой классикой. Просто посмотрите как звучат эти истории на прекрасном художественном языке великого Золя 

Мой рейтинг 10/10

С первых строк книги я понял, что пишет очень умный человек. Но вдруг мне резко захотелось бросить книгу. Я возненавидел главного героя, последний раз такое было в «Господах Головлевых» Салтыкова-Щедрина. Как Золя пишет… Мне тошно было от его героев. Думал: почему, как сносит все это мир? Продолжил чтение... Отпустило вроде, выровнялось. Без пустых мест и неотвеченных вопросов, шаг за шагом, все для всех и счастье каждому! Он целовал украдкой ее юбки…. между ними социальная пропасть, а он влюбился…. и последствия…. Браво, маэстро!!!

Как он описывает любовь, сколько вкусных и ярких слов, переживаний. Ты принимаешь их и думаешь, что в душе ты такой же, только сказать об этом не можешь, и восхищаешься тем, как он простыми «твоими» словами говорит то, что ты чувствуешь. Невозможно красивее описать любовь к Лизон. Какая она красивая и верная, и ты страдаешь вместе со всеми об утрате. Сильно! Мощно! И хочется плакать, потому что ты с Лизон, и вы мчитесь в снег, а ты там с ними, в кабине, пьяный и верный друг рядом.

Лизон! Ах, Лизон!!! Только бесчувственный человек может остаться равнодушным к Лизон. Я не смог не плакать, когда они «такое» делают...

Я как наркоман, который закинулся качественной литературой и уже устал кайфовать. Я уже 2-ой день хожу, а меня не отпускает, оторваться не могу. Я сравнил бы Золя с Набоковым и его художественными словесными выкрутасами: первые 40 раз - это весело, потом угнетает. Так и с Золя. Только у него слог, картинка и диалоги одинаково хороши и просты, что говорит о мастерстве. Он выдает тебе одно и тоже, ты сыт, а он продолжает крутить тобой, и говорить, и убивать. Ты думаешь: ох, хватит. А тут уже другая история… Но ты сыт, а тебе ещё одну… Я за одно это произведение как будто прочёл 2-3 хороших книги. Очень хороших. Но они не кончаются. Книга - как густое вино, оно хорошо, но я не стал бы его рекомендовать каждому, очень на любителя.

Избыток вкуса иногда убивает вкус, извините за такое вульгарное сравнение.

Данная рецензия представляет собой по большей части продукт моего личного осмысления данного произведения, чем пересказ и оценку непосредственно сюжета, в том числе включает некоторые философско-религиозные теоретизирования, не содержащиеся в книге, равно как и полемику с теориями автора.

В христианской антропологии имеет место такая изумительная, на мой личный взгляд, и довольно поучительная легенда появления злобы и агрессии в мире природы. Согласно этой метафизической концепции, подобно тому как человек был создан по образу Бога, так и Природа с ее животными является отображением архетипического Человека (а отчасти и других разумных творений Божиих, Ангелов и т. п., но для краткости я буду говорить только о Человеке). Различные звери призваны являться живыми воплощениями различных качеств и свойств человеческой сущности. Когда Человек был духом, и Природа была духовной и нетленной. Когда Человек пребывал в мире с самим собой и с Богом, и в мире природных духов царило согласие, никто не убивал и не мучил друг друга. То была иная Вселенная, иной уровень бытия, с совершенно отличными от нынешних категориями пространства-времени и материи-энергии. Но после того как Человек впустил зло в свое сердце, через него зло проникло и в сердце Природы, сделав ее расчетливой и безжалостной. Он отвернулся от своего Творца и Друга, променяв Его Истину и Любовь на услаждение эгоизмом и низменными удовольствиями и тем самым исказил всю структуру связанной с собой энерго-информационной реальности, которая отныне сделалась его темницей. Вместо первичной, духовной и тонкоматериальной Вселенной, начала быть новая, из материи грубой, инертной, стремящейся к минимуму потенциальной энергии и возрастанию энтропии. Она переродилась в Большом взрыве, сопровождавшемся формированием нового пространства-времени и развитием форм бытия энергии по новому типу, затем появились элементарные частицы, атомы, звезды, планеты, эволюция телесной жизни, круговорот болезненных рождений и жестоких смертей, борьба за существование, выживание сильнейших и самых приспособленных к новому царству плоти - за счет гибели и убийства остальных...

Природа злится, потому что Человек заставил ее страдать. Природа злится, потому что Человек научил ее злиться, сам сделавшись духовно злым. Агрессия, желание властвовать, обладать, подчинять, пожирать - изначально чисто духовное стремление, берущее свое начало в свободной воле высших разумных созданий, а никак не в естестве бессловесных тварей, и лишь впоследствии пропитавшее собой всю изначально подчиненную Человеку область мироздания и прочно закрепившееся там во врожденных инстинктах всех существ. А теперь всю вину за свою кровожадность люди перекидывают на Природу и всякие проявления агрессии, жестокости или дикой нелюдимости именуют "звериными" качествами. А человек, одержимый "необъяснимой" жаждой убийства, соответственно - "человек-зверь". Таковой же все упрощающей традиции объяснения человека животным придерживается и автор сего произведения Эмиль Золя.

(Термин "зверь" в этой книге в основном служит синонимом "животного", а не "чудовища" или "демона" - хотя последние два варианта, как мне кажется, как раз гораздо лучше многое объясняют и отражают истинное положение описываемых вещей.)

В своем романе "Человек-зверь" Эмиль Золя задается целью показать "звериное" в человеке. И не в каких-нибудь представителях нецивилизованных народов, а в просвещенных горожанах Франции XIX века. Практически в каждом герое автор выискивает и демонстрирует его животное наследие или то, что он полагает таковым. Он пишет, что в любом, даже самом внешне благопристойном, человеке кроется та или иная разновидность похоти и/или соблазн совершить преступление. Первый из персонажей романа становится убийцей из-за всепоглощающей ревности и собственнической гордыни; его жена содействует ему в преступлении из-за страха за собственную жизнь, пассивности характера и слепого эгоизма; один из второстепенных героев хладнокровно и цинично убивает свою супругу на протяжении нескольких лет, ежедневно подмешивая ей яд в пищу, ведомый страстью сребролюбия; "дева-воительница" не задумываясь жертвует жизнями десятков невинных людей, чтобы отомстить за свою отвергнутую любовь; еще один человек хоть и является одним из самых честных и чистых душой в этом произведении, но все равно тоже "зверь" - потому что живет отшельником в лесу и в порыве праведного гнева может убить того, кого считает негодяем. И наконец главный герой, Жак Лантье, совершенно особый случай: им изначально не движет ни похоть, ни ревность, ни злоба, ни гордость, ни какая-либо корысть или выгода, ни даже идеология. Он - невольная жертва врожденной психической патологии, мании человекоубийства, с которой с самой юности стоически борется и вынужден жить как аскет - ни контактов с женщинами, ни алкоголя, ни иных развлечений, могущих пробудить его неконтролируемую вторую личность, кровожадного монстра. Впервые он смог полюбить лишь ту женщину, что сама участвовала в убийстве, то есть уже сделала то, на что он решиться никак не может, а лишь мечтает и сам страшится этих диких желаний своего второго "я", ибо не способен их объяснить, не способен примирить две свои половинки под единой властью ума и духа, не способен направить свою необычную энергию в благое русло...

И эти-то персонажи, этот цветник разнообразнейших страстей, они - звери? А может, наоборот, когда животные проявляют подобные склонности, то это их, по справедливости, следует сравнивать с человеком - настоящим преступником? Ведь в отличии от животных он всегда обладает хотя бы частично свободной волей - необходимым условием для любого преступления.

Получается, что "людьми-зверями" (то есть практически всеми людьми, согласно Золя) движут две главные врожденные страсти: 1) инстинкт размножения и 2) стремление к обладанию желанным и отторжению нежеланного, часто проявляемое в форме агрессии. Если подходить к вопросу с идеалистических, а не с материалистических позиций, то явно, что лишь первый из этих поведенческих мотивов является подлинно и целиком животным (хотя реальные звери не доходят в его удовлетворении до тех степеней похоти и сладострастия, на которые способны люди, и не лицемерят, подобно человеку, связывая и даже отождествляя любовь с плотским совокуплением). Совсем другое жадность, голод и агрессия - ведь они имеют прямые аналоги на духовно-нравственном уровне. В отношении этих врожденных стремлений уже, по-моему, близоруко списывать все на одних только примитивных зверушек. Если инстинкт размножения - от мира сего, от земли, то инстинкт жажды крови, с духовной точки зрения, упал к нам с Небес, вместе с первыми грешниками.

Кому-то из читающих эту рецензию, вероятно, мои "духовные" объяснения покажутся весьма странными и нелепыми, потому что они "ненаучны", на что замечу, что религиозные объяснения изначально не претендуют на естественнонаучный статус и никак не мешают параллельно описывать вещи и с позиции современных биологии и медицины, в то время как ложные биологические теории - мешают. И как раз такие ложные биологические теории приводятся в этой книге.

Единственное предлагаемое автором объяснение болезни главного героя базируется на недоразвитых бихевиористских учениях, популярных среди позитивистов XIX века, которые с точки зрения науки XXI века неверны и смехотворны. Первая теория гласит, что инстинкт хищного животного, например волка, велит ему постоянно убивать всех, кто попадает в его поле зрения, просто так, на всякий случай (накопленные к настоящему моменту сведения об этологии животных опровергают ее). Вторая теория еще нелепее: первобытный человек был по характеру подобен хищному волку, кроме того, любить и убивать для него было почти одной и той же страстью, и потому для самца человека было естественно по ошибке убить (зарезать, пришибить, загрызть) самку, вместо того, чтобы начать с ней спариваться (современные антропологи, наверно, сочли бы это за анекдот). И в-третьих, причина маниакального расстройства - наследие этих самых древних хищных людей, пожирающих своих самок, да еще и хронически за что-то им мстящих (сейчас подобные психопатологические состояния объясняют совсем иначе)... Меня по-настоящему бесило, когда автор снова и снова повторял эти нелепые претензии на научное объяснение болезненной одержимости его героя, не к месту вставляя их рядом с самыми "вкусными" моментами (такое же ощущение, как когда на самом интересном моменте фильма появляется реклама).

Однако сила совести главного героя помогает ему противостоять соблазнам преступления, опровергнуть все разумные доводы в пользу убийства по расчету.

Напоследок, отходя от основной темы моей рецензии-рассуждения, кратко дам оценку всему роману в общем: книга понравилась. И не только подробным описанием маниакальных переживаний главного героя. Чем-то она действительно напоминает произведения Достоевского (моего любимого автора), как пишут в других рецензиях, хотя, конечно, и существенно отличается. Глубоко прописанная психология персонажей, интересный и интригующий сюжет, логичный и цельный от начала до конца, присутствие общей моральной идеи, тонко пронизывающей и направляющей весь ход повествования, хороший слог со множеством искусных метафор. Из деталей второго плана, к примеру, запоминается замечательная "персона" очеловечиваемого и словно бы почти живого паровоза с женским именем Лизон, которая долгое время являлась лучшим другом несчастного Жака, ее машиниста, из-за своей болезни предпочитавшего общество машины человеческому обществу, и описание двух ее эпических аварий. Несмотря на упомянутые единичные раздражающие моменты, пять баллов сие произведение с моей стороны вполне заслужило.

Эта книга по всем параметрам - не мое чтение. Но я ставлю ей 5 из 5, она потрясающая!
Этот роман - один из цикла "Ругон-Маккары", в котором Золя прослеживал ветви семейного древа Аделаиды Фук. Жак Лантье - ее потомок. Но эта книга далеко выходит за рамки истории жизни одного человека.
Вся книга пропитана размышлениями о возможности/невозможности убийства. Узнаете почерк Достоевского? Впрочем, у Достоевского все как положено: преступление и затем наказание. Много размышлений и выношенное в раздумьях раскаяние. У Золя в этой книге убийство и насилие - вещь чудовищно простая и обыденная. Ради денег, ради более удобной квартиры, из ревности герои уничтожают друг друга так терпеливо, изобретательно и успешно, что можно сказать, краткое содержание романа: все умерли. При этом герои не вникают, "тварь ли они дрожащая или право имеют", а только следуют инстинкту. Здесь нет ни одного положительного героя, и более того, маньяк, в мозгу которого бушует ненасытное желание убивать- самый симпатичный персонаж.
Но знаете, Золя так убедительно рисует мотивы преступлений, что все герои вызывают какое-то сочувствие, и невольно почти оправдываешь их нечеловеческие поступки. Единственный поступок, который совершенно отторгается и разумом и чувствами - неудавшаяся месть Флоры Жаку и Северине.
Удивительно, как, начав книгу с мелких дел, маленьких квартир, частных разговоров в финале Золя совершенно естественно приходит к грандиозной метафоре всего человечества. Это очень сильно. И вот тогда понимаешь, что Человек-зверь - это не тот маньяк, который выглядит нормальнее любого обывателя, это что-то другое.
Книга очень увлекательная. Читается как детектив, постоянно держит в напряжении. Есть много описаний мира железной дороги, они создают какое-то особое настроение. Удивительно выписана пара машинист-паровоз. (Это, конечно же, след Толстого, его пара Вронский - Фру-Фру). Золя вдохнул в Лизон душу, и через нее показывал нам эмоции Жака Лантье.
Жак Лантье - главный герой - страдает маниакальным стремлением убивать женщин (отголоски дела Джека Потрошителя). Хотя, знаете, там все по-своему маньяки...

Книга очень впечатлила! Говоря современным языком, это эдакий остросюжетный триллер, и созданный так великолепно, как современным авторам только поучиться. У Золя это произведение точно не лучшее, но только потому, что с "Жерминалью" для меня ничто не сравнится. А так- роман фактически на высший бал, особенно, если учесть, что он писался ещё в те далекие времена, когда тема маньяков, одержимых убийствами в литературе была практически не раскрыта.
Увидав название- "Человек-зверь", поначалу наивно думаешь, что речь пойдет тут о некоем конкретном человеке, и начав читать, вроде бы как убеждаешься в своей правоте. Итак, это Рубо? Как он жесток, избил свою жену и замыслил ещё убийство, и осуществил замысел. Вроде бы кажется, что с главным злодеем определились. Да нет, как же. Определение "Человек-зверь" тут можно применить к кому угодно. Жак, Флора, Пеке, Мизар, Гранморен? Или и сама Северина тоже? Отнюдь не невинная жертва. Все там "хороши". Читаешь и понимаешь, что просто попал в окружение маньяков. И, хотя, книге веришь, не верить Золя просто нельзя, но все же слишком уж густая концентрация убийц на квадратный километр. Ну бывает ли так? Но задумываешься на минуту- а вдруг да? И с подозрением поглядишь иной раз на каждого встречного. А вдруг это тоже "Человек -зверь?".
Но это и хотел донести автор. Мы не знаем и знать не можем, какие тайны скрывают в душе в виду "очень приличные люди", что происходит в обыкновенных и почтенных семействах? Значит, не Человек-зверь, а люди- звери. Животные, одержимые первородными инстинктами и страстями, как бы ни облачали себя атрибутами цивилизации.
Не случайно же автор избрал для арены действия железную дорогу. Поезда...На тот момент- не привычный ,как сегодня нам, ( и даже устаревший) вид транспорта, но новый, символ прогресса, символ стремительно шагающей вперед техники. И что? Как бы не шагала вперед наука, техника, что бы человек ни изобрел, он все равно останется зверем!
Тема маньяков, тема убийств в литературе да кино уже жевана- пережевана, но многие ли раскрыли её ТАК? Так натуралистично, настолько изнутри, и так...черт возьми, все же красиво! В этом весь Золя. Прекрасно описать прекрасное могут многие, мерзко описать мерзость- так же, ну а прекрасно описать мерзость? Вот это уже куда сложнее. А Золя это умел филигранно!
И вот что ещё скажу- отчего-то не повернется язык назвать книгу трагической, хоть оно явно так. Что такое для меня трагическая книга? Это такая, которую закроешь и грудь сдавливают рыдания. От сострадания к герою или героям. А тут - нет ничего подобного. Сопереживать по настоящему можно только тогда, когда присутствует симпатичный тебе герой, судьбу которого ты принимаешь близко к сердцу. А тут этого нет, потому, что все мерзки со своими страстями. Все отвратительны. Единственные, кого тут пожалел, это Кабюш, и (внимание, это необычно!) ..."паровозиха" Лизон. Она тут предстает как настоящий одушевленный персонаж. И гибель её тут описана как гибель если не человека, то настоящего живого существа!
И конец. Поезд, оставшийся без машиниста везет людей на войну. Везет убивать, проявлять свои зверства. Или на гибель? Там ведь не понятно, остановят поезд, или нет? Но так ли важно? Что это за символ? Символ человека, потерявшего разум? Или Франции, оставшейся без управления? Или всего нашего мира, которые все быстрее и быстрее несется куда-то навстречу неизвестности?

...спойлеры...

На самом деле в этой книге только один человек-зверь. И это Флора.
Да, в той или иной мере человек-зверь - едва ли не каждый из персонажей, в зависимости от того, как трактовать этот термин. Но Флора - высоко над остальными, так высоко, страшно и бессмысленно, что и подумать опасно.

Флора - чудовище. Я не права, она не зверь, она именно чудовище. Безмозглое, уродливое и страшное. Эпизод крушения поезда написан так, что шевелятся все волосы на теле, пересыхает во рту. А члены участковых комиссий в лице меня, читающие книгу на коленях, выпадают из жизни, не реагируют на машущих паспортами избирателей и окликающих их сотоварищей)))) Потом они какое-то время опасаются читать за работой))

Ну так вот. Флора. То, что она сделала, не поддается ни осмыслению, ни осознанию. Ни зачем. Искалечить, убить сотни человек - просто так, "из-за минутного порыва". Безумная, убогая, отталкивающая ревность. Не чтобы быть вместе с любимым, а просто чтобы убить и его, и его женщину. Просто потому, что тебе не нравится смотреть, как им хорошо. А вот просто. В этой убогой, недоразвитой женщине, скорее походящей на дикарку, и имеющий такую же долю интеллекта, воплотилось все самое отвратительное и мерзкое, что было в этой книге. Кошмар.

Жак - болен. Психически, очень серьезно, но он действительно болен.

С Рубо все понятно также. Это осознанная месть, и это месть - человеку, одному конкретному за конкретную вещь. То же в случае с кочегарам Пэке.

В какой-то мере человек-зверь и Гранморен. Но в сравнении с Флорой, и он - сизокрылый ангел.

А в целом книга отличная. Сильная, яркая. Одно из лучших произведений Золя на мой взгляд.

Роман о доминировании в человеке животных инстинктов. И одновременно – возможно, неумышленное предъявление упрека обществу конца XIX века, в котором убить в своих интересах может практически каждый, царит разврат, разложение «верхов», тут и недостаткам судебной системы место нашлось.
Начинается с того, что железнодорожник Рубо по причине разыгравшейся вдруг ревности убивает старинного любовника Северины, его молодой жены, председателя суда Гренморена. Затем на первый план выходит новый герой – машинист поезда Жак Лантье, которого мучает психологическая проблема: при виде женщины у него возникает желание ее убить. Постепенно Жак и Северина становятся любовниками, машинист считает, что болезнь прошла. Но не тут-то было.
Гнусности в романе полно: и Северина, подбивающая уже Жака убить своего мужа, и сам Жак, и Флора, девушка несколько не в себе, в порыве ревности пустившая под откос пассажирский состав. И Мизар, годами травивший ядом жену ради денег. Герои не вызывают соучастия, многие просто мерзки. Золя не оправдывает их, но объясняет мотивы их действий преобладанием в человеке животных инстинктов. Спорно, конечно, но на то он и писатель, чтобы темы для споров и обсуждений подкидывать. А писалось это во времена, когда популярны были подобные теории, как и мысли о генетическом «коде» преступников.
Довольно много – о внутреннем устройстве железной дороги, но это, скорее, утомляет, тормозит развитие романа.

Автор рассказывает о том, какие злые пороки могут жить в душе человеке, и если их не сдерживать, то это обязательно обернется в такую историю. Для меня эта книга была очень похожа на другое произведение Золя «Тереза Ракен», может поэтому я не так высоко оценила эту. У меня периодически возникало даже чувство дежавю от некоторых сцен. 

Нравятся мне такие истории, в которых зло это не что-то сверхъестественное, а человек со своими мыслями и тайнами грешными. (привет Стивену Кингу). Видеть как обстоятельства наталкивают их на те действия, которые они никогда бы не совершили. А может, это жесткость в них была всегда, и нужен был только повод? 

Как страшна и изменчива человеческая природа, что в каждом можно обнаружить этого «зверя». (в этой истории это точно)

В книге 448 страниц и много глубокого психологизма, который благодаря прекрасному слогу автора читается легко. Много психологически неуравновешенных героев, трагедий, тайн, безумия и страстей.

Исследователи давно выделили 3 главных отличия человека от животного. Одним из них является преобладание морально-волевых качеств над инстинктами, но творчество Золя показывает противоположную картину.

Как и большинство произведений второй половины девятнадцатого века, здесь главенствует влияние физиологического аспекта. Жак Лантье всячески пытался противостоять внутреннему пороку, но в итоге познает вкус морального падения. Рождённый и выросший среди низших слоев общества, будет наивно предполагать благополучное будущее. Вне зависимости от обстоятельств, автор подчёркивает влияние "дурной крови" на формирование личности.

Именно такие моменты побуждали к умертвлению женщин. Слияние садистической составляющей с эротической часто прослеживается среди тяжёлых преступников. Усугубление подобной симптоматики выпало на шестнадцать лет - период полового созревания. Неистовое влечение, восприятие противоположного пола в качестве "добычи", развратная обстановка окружающей среды лишь способствовала появлению психически нестабильно человека. По мере развития сюжета, читатель наблюдает движение вспять, главный герой окончательно деградирует. Эмиль Золя помогает проникнуться этим становлением нового типа животного, который откинул блага эволюционных изменений чтобы сделать рывок вниз и даже пробить пределы дна.