Автобиография. Моав — умывальная чаша моя

Не могла жизнь такого незаурядного человека, как Стивен Фрай оказаться скучной и неинтересной - она и не оказалась: путь пройденный от закрытой школы для мальчиков до провинциальной тюрьмы довольно любопытен(хотя, конечно, в произведениях Фрая главное не "что" описывать, а "как").
Автор "Лжеца" повествует о событиях первых двух десятков лет своей жизни с поразительной честностью и откровением (не могу сказать, что все они приятны для читателя), он нисколько себя не превозносит, но и не старается умалять собственных достоинств. Он действительно "одарен с охеренным избытком", в чем уже многие успели убедиться.
Не могу сказать что прочитал так уж много биографий и автобиографий, но у меня нет ни тени сомнения, что эта - самая лучшая, самая сочная, и, еще раз повторюсь, самая честная из тех, что успели выпасть на мою долю.
В конце книги автор намекает на возможность написания продолжения истории своего жизненного пути, отрезок "через тернии" пройден, будем ждать "к звездам".

• Нет, сэр.
• Потому что вы обладаете дерзостью, равной которой не то, чтобы мало, а просто нету больше на свете.
• Правда, сэр?
• Фантастической, наиполнейшей, сверхъестественной дерзостью, подобной которой я еще никогда не встречал.

К автобиографическим вещам часто возникает интерес далеко не с первого знакомства с автором. Сначала одно произведение - восторг (или нет, но что-то цепляет и продолжаешь читать дальше), потом другое, третье, родство душ (как тебе кажется), узнавание себя, любование смысловыми рифмами, литературным талантом, искра, буря, безумие, вопрос - "а что же ты такое на самом деле?"

Как правило, все так и происходит. Но только не со Стивеном Фраем. Я читала "Гиппопотама" дивясь отличному слогу и чувству юмора, а зная что Фрай - еще и оскароносец, комедиант, шеролковед,бывший заключенный, всеми любимый дворецкий, открытый гей - сочла, что хочу узнать историю жизни от первого лица.

Я бы очень хотела бы, чтобы мой 14-ти летний сын (если у меня будет такой) прочитал эту книгу, это очень поможет разобраться в себе, Фрай описывает все сложности подросткового характера с последствиями: в школе он отнюдь не отличался хорошим поведением; и выдает анализ своих поступков спустя много лет: описал всю подростковую злость, все отчаянные попытки присоединиться к остальным, будучи настолько непохожим, . Кроме того, описывает свои увлечения музыкой и литературой, мне бы хотелось, чтобы мои дети тоже читали хорошую литературу и любили искусство.

И еще больше хочу, чтобы рьяный гомофоб прочитал эту книгу, и осознал, сколько нелепых и отвратительных мифов до сих пор живы и процветают; понял, как сложно себя ощущает человек, когда понимает, что он другой, а пока нет ни сил, нет принятия себя таким какой ты есть чтобы открыться окружающим.

Эта книга - своего рода исповедь, по одну сторону в исповедальне находится автор, по другую - любой желающий, я в том числе. Дафна Дюморье как то высказала такую мысль, что ад - это когда ты сидишь в зале и на экране разворачивается вся твоя жизнь с самого начала и ни одна подробность не упущена: все как есть. Фрай, судя по всему, репетировал свое пребывание в преисподней: подробно описал неприглядные моменты своих первых 20-ти лет своего существования: кражи во имя чревоугодия и странствий (а в итоге тюрьма) вранье и весьма натуралистично описал забавы с другими пацанами. Видимо, представить все без прикрас на суд читателю (хотя какой нахрен суд, кто тут у нас закутан в белое пальто по самые здрасте) есть важный этап на пути согласия с самим собой и для того, чтобы помочь остальным в этом. Но, судя по тому, что времена затяжной алкогольной и наркотической зависимостей впереди (автор за все 20 лет напился всего раз, но упоминал о том, что постигнет в будущем), следующие части биографии будут мрачнее.

Как часто бывает с людьми с незаурядной судьбой, семья тоже весьма нетривиальна. С отцом, гением в области математики и, кажется, инженерии, при этом полным профаном в бытовых вопросах, будучи также далеким от гуманитарных материй, сложились непростые отношения; с матерью более теплые, но нельзя сказать, что Фрай, будучи ребенком и подростком, мог разговаривать по душам. История матери, еврейки по происхождению, легла в основу одного из персонажей "Гиппопотама", и не только это касается личности, но и дома, поместья в Норфолке - действия романа, кажется, развиваются там же, где вырос Фрай.

В общем, Стивен Фрай тот человек, с которым хочется выпить чаю или чего покрепче, поржать. Обнять. За все, что сделал для нас всех. Нужно обладать недюжинным мужеством, чтобы написать такую книгу, я до этого не встречала еще ни одного автора, кто способен на такое. Браво.

Это вторая книга Стивена Фрая, которую я прочитал. Первая была "Как творить историю", и мне ещё тогда очень запомнилась неординарность мышления автора. Была ещё "Книга животных заблуждений", она мне показалась забавной, но не более того, но и написана она не столько Стивеном Фраем, сколько ещё кем-то не помню кем.

Сам автор -- личность неординарная, даже выдающаяся. Не буду описывать подробности, их достаточно в интернете. Скажу только, что я за свою жизнь посмотрел всего три телесериала: "Идиот", "Мастер и Маргарита" (полностью, ибо короткие) и "Дживс и Вустер" со Стивеном Фраем в главной роли (не все серии, ибо длинен). Замечу ещё, что Стивен Фрай известен своим огромным вокабуляром и лёгкостью обращения со словами. Поэтому книга насыщена малоупотребительной лексикой типа
-- скатологический
-- спунеристский
-- звук казу
-- шандалы
-- бензедрин
-- кардиган
и т.п., так что временами я лазил в словарь. Только не подумайте, что это недостаток. Это авторский стиль. Одно из выражений осталось для меня и до сих пор загадкой: "они действовали на нас, как лимонный сок на влагалище". Не имею понятия, как может действовать лимонный сок, но и бог с ним...

Кроме того, книга полна настоящего английского юмора и афористических выражений. И тут невозможно не помянуть добрым словом Сергея Ильина. Это, между прочим, переводчик. Его работа несомненно удалась. Спасибо ему большое. Он сумел передать даже непереводимое вроде школьного и тюремного жаргона. Не удалось ему перевести только отдельные совсем уж рассчитанные на native British места, например, ни один русский никогда не сможет понять, почему имена порождают в авторе такие разные чувства:
"Вдруг он носит имя совсем заурядное, наподобие Ричард, или Саймон, или Марк, или Роберт, или Найджел? Как это было бы скучно! Если же его зовут Нэйлом, или Кеннетом, или Джеффри – смогу ли я это вынести?" и т.д. С моей непросвещённой точки зрения Найджел не сильно отличается от Нэйла, но вот с британской...
Можно было бы снабдить это место обширным пояснением об английских именах. Но Сергей Ильин этого делать не стал, и правильно: пусть читатель попробует домыслить сам, что бы это могло означать. Там и без того полно пояснений, которые я очень скоро читать перестал. Бесконечные великие писатели, гениальные актёры и всемирно известные комики временами напрягают, потому что я никого из них почему-то не знаю. Ну, почти никого.

Самое же главное вот что: не припомню другой книги, в которой детство было бы описано ТАК ПРАВДИВО, РАЗНОСТОРОННЕ И ДОСТОВЕРНО. (Разве что "Тимур и его команда" -- шутка! шутка! -- это у меня шутки такие). Станиславский с радостью крикнул бы: "Верю! Верю!" Я учился в школе не в Англии, и советская школа во многом конечно отличалась от британской, но общее впечатление от этого заведения у меня осталось похожее:
"жизнь в тюрьме давалась мне легче легкого, поскольку большую часть прожитых мной к тому времени лет я провел в закрытых школах. Я вовсе не хотел, вопреки распространенному мнению, сказать этим, что закрытые школы похожи на тюрьмы, я хотел сказать, что тюрьмы похожи на закрытые школы."

Я отлично понимаю автора, я тоже "не умел присоединяться", да и теперь не умею. Не люблю школу, армию, тюрьму, церковь и остальные места, где надо ходить строем и подчиняться иерархии.

Единственное кардинальное отличие моей школы от Стивеновой было в том, что я за всё время не припомню, чтобы какие-либо мальчики восхищались попками других мальчиков, во всяком случае вслух. Причём, насколько я понимаю, британцы воспринимали это как вполне обычное дело. Мои одноклассники такому отношению весьма удивились бы, это точно. Ясно, что разница объясняется ПОЛНЫМ отсутствием девочек в британской школе.

В общем с удовольствием рекомендую книгу всем, особенно тем, кто "неприсоединившийся". Она заслуживает 10 баллов, но к сожалению, высший балл у меня зарезервирован для Булгакова и Достоевского. Простите, Стивен!..

Стивен, мать его, Фрай

Сложно сказать что-то хорошее о книге. Сложно сказать что-то плохое об этой книге. Сложно вообще сказать что-то определенное об этой книге.
Она не шокирует, не отвращает от себя или от автора, не раскрывает глаза на какие-то новые «святые истины». Если удалось до «Чаши» прочесть другие его произведения, то все это, и даже больше, вы уже пережили. А автобиография просто для того чтобы «закрепить материал».
Стивен Фрай во всех отношениях уникальный человек. Гениален ли он, можно еще поспорить, но в его уникальности и неповторимости сомневаться не приходится. И то, с каким откровением он рассказывает о, казалось бы, вещах на первый взгляд «не приличных», может действительно пугать людей, но в то же время и заставляет их взглянуть на мир под другим углом.
Для меня «Лжец» всегда был более чем автобиографической книгой Фрая. Именно таким как герой Адриан Хилл он мне и виделся. Эдаким засранцем не от мира всего. И в «Чаше» Фрай подтверждает то, что большинство эпизодов он перенес из личного жизненного опыты и пережитых эмоций. Отсюда нельзя не задуматься над вопросом: а что из всего сказанного действительно правда? Стивен Фрай всегда славился скрытностью в плане своей частной жизни. Так где гарантия в том что он не приукрасил действительность и в этот раз? С другой стороны – столь ли это важно?
Фрай мастер слова и читать его в любом случае будет интересно. Хочется вам комедии, трагедии, драмы или психоделической моральной оперы, Фрай даст вам все, а потом еще будет насмешливо наблюдать за тем, как рушатся основы вашего мироздания и моральных устоев.
Книга странная и местами трудна в чтении, в том плане, что полет мысли Фрая невозможно предугадать. Начиная с одного, он перескакивает на другие темы, а потом еще и еще и только потом возвращается к первичному повествованию. Но это же, все таки, биография. Пересказ собственной жизни на типичный, «фраевский» лад. На страницах этой книги Фрай творит историю собственной жизни, ничто и не должно его сдерживать. И пусть там тьма тьмущая отступлений, без них книга была бы в разы тоньше… и куда как менее интересной.
Сложно рекомендовать нечто подобное к прочтению. Хоть кому-нибудь. Но если Фрай интересен вам и вы уже знакомы с его творчеством не понаслышке, то чем черт не шутит? Лишним такой «багаж знаний» точно не будет.

Только что дочитала, и эмоции переполняют меня.

Даже и не помню, с чего началась моя всё нарастающая симпатия к Стивену Фраю.
Нет, не восторгалась я еще тогда его ролью в великолепной экранизации Вудхауза, не знала я тогда, что он записывает аудиоверсии горячо любимого мною Гарри Поттера. Не видела в нем такого потрясающего писателя (нет, волшебника слов), какого вижу сейчас.
По большей части я связывала его персону с великолепным Хью Лори, оплотом всех моих мечтаний, так правдоподобно выразившемся в известном многим сериале "Доктор Хауз". Изучая факты биографии Хью, я и натолкнулась на феномен под названием "Стивен Фрай". И с тех пор его имя, услышанное или прочитанное где-либо, воодушевляет меня особо.
Насколько разносторонней является его личность, я поняла не сразу, но он вызвал у меня огромный интерес (сродни интереса тщательного изучения какой-либо узконаучной области обезумевшим фанатиком своего дела). И лишь стоило мне прочитать лишь пару абзацев из его блога (конечно, вооружившись словарем), как я поняла, что его язык если не уникален, то настолько интересен, насколько вообще может быть занятным чей-то способ выражать мысли.
Это и привело меня к прочтению, к сожалению, пока что на русском языке, его автобиографии. Точнее, первой его части, как мне теперь известно. Ведь буквально на днях купила эту книгу и, уже дочитав до середины, сокрушалась о том, что так и не узнаю "из уст" самого Фрая, что же было дальше, после учебы в закрытых учебных заведениях (ведь это и занимало меня более всего), как мне на почту приходит сообщение о том, что можно приобрести вторую часть автобиографии, где (о, Боже!) повествуется о его годах в Кембридже, о дружбе с Эммой и Хью!
И вот теперь, "на пороге новых открытий", когда осталось невероятное послевкусие от "Моав...", где сплетаются комичные, трагичные, ужасные и непереносимо прекрасные моменты из жизни маленького лжеца, вырастающего в Человека, я волнуюсь и терзаюсь желанием открыть скорее продолжение этой стоящей эпопеи... Но желание оставить время для раздумий пересиливает всё.
К тому же, так многое почерпнуто из этой биографии, так много книг хочется прочитать, чтобы понять некоторые моменты более полно... И как всё-таки жаль, что в электронную версию, приобретенную мной, не включены фотографии, на которые Стивен часто ссылается. Ведь почитатель есть почитатель :)

И думаю, будучи даже столь изысканным лжецом, Стивен Фрай рассказал нам правду, и его "омовения" были искренними, ведь какие еще смогли бы вызвать столь сильные эмоции у отдельно взятого читателя?

Он бесспорно гениален.

Фрай, который пишет автофикшн, однозначно интереснее Фрая, который пишет фикшн. Это можно понять только после того, как прочитаешь Моав.
Это тонкая и пронзительная работа, полная как юмора и самоиронии, так и той степени исповедальности, на которую решится не каждый. Что делает Фрай в Моав? Исследует самого себя, пытается в свойственной ему одному фраевской манере (фирменный знак! достояние Британии!) разложить свою жизнь по полочкам, детство, юность. Проанализировать без морализаторства и излишней драмы, откуда растут ноги его страхов, тревог, депрессий. И всё это на публику. Это достойно уважения. Ведь делает он это не случайно. Когда читаешь, что пережил и что чувствовал сам сэр Стивен Фрай, перестаёшь думать, что ты один такой, изгой и неудачник. Раз Фрай неоднократно переживал влёты и падения - то, что переживаешь ты, тоже нормально.

К Стивену Фраю у меня всегда было довольно противоречивое отношение. Знала набор каких-то общих фактов, что он британский актер, писатель, открытый гомосексуалист и... Пожалуй, все на этом. Актерской деятельностью я особо не интересовалась, а вот его книги вызывали изрядную долю любопытства. Потому что британец и потому что у него должно быть чувство юмора.

Теперь же все мои представления о Фрае разделились на ДО чтения автобиографии и ПОСЛЕ. Она охватывает период его детства-юношества, примерно до восемнадцати лет. Очень откровеннаи экцентрична, иной раз даже чересчур. Поскольку Стивен Фрай довольно харизматичная личность, то мое воображение очень живо рисовало образы в моем мозгу. Вот маленький Фрай в коротеньких шортиках отправляется в свою школу-пансион, вот он хулиганит, вот ломает нос и начинает выглядеть так, каким мы его знаем. И все бы ничего, но только некоторые факты мне бы хотелось никогда не знать, потому что они слишком откровенны и подробны, и навсегда отпечатались в моей голове. Впрочем, из песни слов не выкинешь и возможно, что жизнь Фрая именно такой и была. Из достоинств, книга приправлена юмором, но то и дело через повествование скользит грусть.

Я до сих пор не определилась, как же я отношусь к автору, но однозначно буду читать дальше.

Мне очень нравится Стивен Фрай. Когда-то я уже начинала читать его биографию, но не тот момент был, наверное. А вот сейчас момент был самый тот. И биографию эту я прочла с огромным удовольствием. Жаль только, что она охватывает достаточно небольшую часть жизни автора – детство и учебу. А дальше – дальше он обещает, может быть, когда-нибудь, написать еще одну книгу. Но написал ли, или напишет ли, не знаю.
Читая эту книжку, я много удивлялась. Какой Фрай был в юности, оказывается, трудный подросток. Вот родители с ним намучались, и учителя, и друзья. И вместе с тем его обаяние, харизма, интеллект (по поводу которого он в книге многократно проходится с иронией), - все это очаровывает, сразу чувствуешь, насколько он неординарный и особенный. Хоть и вредный:)
Надо взяться за чтение его других книг. Предчувствую много удовольствия. Только не знаю, с чего начать.