
Альтернатива
slonixxx
- 247 книг
Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Ваша оценкаЖанры
Ваша оценка
Книга не оправдала ожиданий от слова совсем. По названию ожидала историю действий кровавых убийц. Они в книге есть. Но не ордена, а существовавших в мире, в том числе грабителей и душевнобольных. Но что мне вовсе не понравилось, так это многостраничное повествование в духе Фрейда, Маслоу, де Сада. Особенно много описаний из романов де Сада. Повторюсь, ожидался рассказ о восточном Ордене убийц. Но никак все в одну кучу. И с выводом в сексуальности преступлений. Каким образом убийство вымещает сексуальную сторону жизни.
Не знаю, следует ли читать такое месиво без конкретной цели. Много дат, имен. К этому надо быть готовым. Ну и, как уже сказано, про ассасинов совсем чуть-чуть в начале

«Орден ассасинов» – документальная книга Уилсона про то, почему люди убивают. Автор охватывает несколько эпох с конкретными преступлениями – начиная с наёмных убийц – ассасинов – и заканчивая Чарльзом Мэнсоном. В каждой главе Уилсон рассматривает одну из причин убийства человеком себе подобных – деньги, секс, власть, самовыражение, отсутствие воли или будущих перспектив. Но все эти причины лежат на поверхности, хоть автор и пытается копать глубже. Поэтому самый интересный из всех типов убийц – те, которые получают от этого удовольствие. На них Уилсон делает самый большой акцент и пытается понять, что ими движет.
Если вы любите криминальные подкасты про серийных маньяков, кровавые подробности их преступлений, запутанные расследования, то эта книга вряд ли вас удивит. В ней упор сделан не на красивое изложение душещипательных историй насильников и убийц, а на сухие факты. Но, может, узнаете пару новых имён и пополните свою коллекцию преступников. Уилсон расскажет историю зарождения ассасинов, покопается в личной жизни Мэнсона, разберёт персонажей Достоевского с их реальными прототипами, поведает про де Сада, Казанову и посвятит вас в тайны Джека Потрошителя.
Уилсон провёл огромную работу, откапывая в архивах преступления двухсотлетней давности, но то, что точно было лишним в книге – это субъективное мнение автора. Как то, например, что Лавкрафт и Достоевский стали бы убийцами, если бы не стали писателями. Потому что, по мнению Уилсона, они переносят на персонажей то, что хотели бы совершать сами. Следуя этой логике, то теперь и Стивен Кинг, и Томас Харрис, и даже я со своими рассказами – нереализованные маньяки. От вставок с мнением автора атмосфера книги портится, и ты уже ставишь под сомнение прочитанное – может, и всё остальное лишь субъективное мнение Уилсона, а не подтверждённые теории? Как и громогласное заявление, что автор знает правдивую историю Джека Потрошителя от начала и до конца.
В остальном книга достаточно интересная. До этого я не знал ни истории ассасинов, ни про душителей, убивавших туристов и поклонявшихся богине смерти в четырнадцатом веке, ни про Иэна Брэйди и Майру Хиндли, ставших новыми Бонни и Клайдом в шестидесятых годах прошлого века, ни про русского революционера Нечаева, убившего студента. Этих и множество других преступников Уилсон поместил на страницы своей книги, чтобы показать читателю, какая из десятков причин двигала ими в момент совершения преступления. Людям, у которых хорошее воображение, но отвращение к расчленённым телам и бессмысленной жестокости, читать не советую. Остальным же – добро пожаловать в мир криминала.

Данную работу можно с лёгкостью отнести в раздел "Психология". Единственное, что мне показалось лишним - это наличие описания расправ убийц над своими жертвами. Отдаёт манерой де Сада, где сцены насилия чередуются с философией автора. О нём, здесь, кстати, тоже есть, как и о Чарльзе Мэнсоне. Этим ребятам автор решил уделить особое внимание.
Основная идея книги заключается в том, что пока человек не может найти применение своему потенциалу и вынужден выполнять функции, подобно работу, уровень насилия в обществе не уменьшится. Так как нереализованная энергия требует выхода, и зачастую ищет самые короткие пути разрядки.
У. Колин, в основном, опирается на идеи А. Маслоу, поскольку он шагнул намного дальше, чем З. Фрейд со своим ограниченным походом к личности человека.
Автор упоминает следующие книги:
- М. де Сад "Жюстина", "Джульетта";
- З. Фрейд "По ту сторону удовольствия";
- Д.Г. Лоуренс "Любовник леди Чаттерлей";
- В. Брюсов "Республика Южного Креста";
- Э. Паунд «Хью Селвин Моберли (Жизнь и связи)»;
- Т.С. Элиот "Бесплодная земля";
- Д.Х. Чейз "Нет орхидей для мисс Блэндиш";
- А. Жид "Имморалист";
- Р. Музиль "Человек без свойств";
- У. Фолкнер "Когда я умирала";
- Б. Шоу "Дом, где разбиваются сердца";
- Т. Мертон "Семиярусная гора";
- Д. Керуак "На дороге", "Бродяги Дхармы";
- Г. Гессе "Сиддхартха", "Демиан", "Степной волк";
- Т. Манн "Будденброки";
- О. Хаксли, Т. Лири, А. Уоттс;
- М. Пруст, У. Фолкнер, Э. Хэмингуэй, Г. Грин.

Главная человеческая тоска - по смыслу, по «непохожести», по широким сферам безличных значений. Мы пойманы в маленьком собственном мире, который подавляет нас, душит нас; мы ходим по кругу в этом маленьком мире персонального значения подобно ослу, привязанному к столбу. Эти более широкие значения, «безличное», служат той же цели, что вода в радиаторе машины; они охлаждают двигатель. Быть пойманным в личности - это все равно, что всегда жить в крохотной комнате размером со шкаф; она скоро становится грязной и неопрятной. Все, что отвлекает нас от маленького личного мира, блаженно, даже порочные сплетни о соседях. Преимущество интеллекта в том, что он имеет более широкую область объективных интересов. Расширение интеллекта требует явных усилий - тех же усилий, например, что любитель музыки предпринимает, чтобы усидеть на длинных операх или симфониях. И награда пропорциональна этому усилию. Ученый, исследующий кристаллы через электронный микроскоп, или звезды через зеркальный телескоп, не нуждается в состоянии «обезличенности». Он может не прилагать настоящих усилий для этого и наполовину думать о некой ссоре в колледже. Но если он только что вернулся с научной конференции, где атмосфера была банальной и индивидуальной, он более вероятно погрузится в свою текущую работу с рвением и облегчением, потому что он стал явно осознавать то, чего он не хочет, а это создает сильное чувство того, что он хочет. Все кризисы или беспокойства имеют этот эффект разрушения нашей беззаботности и смещения смысла ценностей; но мы не должны нуждаться в этих кризисах. Мы должны быть способны сфокусировать ценности без этого.


















Другие издания
