Хвала и слава. В двух томах. Том 1

Стихи его хороши, но всегда почему-то напоминают рюмки, наполненные не до краев. А я не люблю, когда не доливают рюмки.

Как часто композиторы вводят в свои партитуры одним им понятные намеки, цитаты, шутки, о которых слушатель никогда не подозревает, исследователь же знает только иногда.

Я теперь понимаю, что такое одиночество в старости. Страшные долгие вечера, долгие дни одиночества; ожидание собственного конца. Нет, это ужасно! И, наверно, это худшая из всех разновидностей одиночества, потому что одиночество человека еще молодого всегда скрашивается пусть неопределенной, но какой-то надеждой.

Так всегда бывает: если кто кого предаст, то потом его ненавидит.

«Какая удивительная спутница наших дней на этой земле, верная, неразлучная и всегда такая прекрасная, — музыка!»

Никогда не угадаешь, кому и в чем завидовать. Человек обычно не ценит того, чем сам обладает.

Человек одинок не только в смерти: смерть настолько могущественна, что перед огромностью этого события можно даже забыть об одиночестве. Но еще более одинок человек в страданиях. И тут ничто не поможет

Самое странное и самое поразительное — это бесконечная пустота вселенной. Если бы атом мог разрастись до величины шара диаметром в десять метров, то его ядро имело бы радиус всего лишь в одну десятую миллиметра, а электрон и того меньше. Атом водорода, например, выглядел бы как две пылинки, вращающиеся на расстоянии пяти метров друг от друга. Остальное — пустота! Мир удивительно пуст…

Ох уж эти поляки — точно собака на заборе: удержаться не могут, а на какую сторону упасть — не знают.

страдание — это только одна из истин.

Возврата к минувшему нет, но именно вот так, как сегодня на берегу моря, он вдруг увидел, что после каждой волны, которая бесплодно разбивается о песок, вздымается новая, другая волна. И она несет новые раковины, новые чудеса, сосредоточенные в капле воды, и точно так же рухнет.

Алкоголь никогда ничего не проясняет, скорее затемняет. Алкоголь — это слишком примитивно.

В искусстве, на мой взгляд, слишком много от самообнажения.

В молодости мне казалось, что я умру молодым, и только позже понял, что умирают всегда молодыми.

Слава излучается, как радий, и через какое-то время полностью растрачивает себя на это излучение.

Художник-творец никогда не бывает одиноким. С ним все будущие поколения.

Любовь — это главное в жизни,
Но любви не найти никогда…

человек творческий так же одинок, как женщина, разрешающаяся от бремени…

А хватит ли у тебя сил отныне всегда подчинять себя богу, посвятить себя божьему делу? Ведь ты выбираешь бога только из упрямства. А бог — это не дух противоречия, это любовь.

«Ему хочется умереть, ведь он думает, что станет ангелом, и на небе у него не будет горба!..» Но ему не хотелось умирать, и поэтому он плакал.